Достояние империи - Ника Дмитриевна Ракитина
— Да ну! — отмахнулась девушка. — Не собираюсь я в него влюбляться. Как-то он чересчур хорош для меня.
— А Андрей Звягинцев, стало быть, не чересчур? — хитро покосился на нее Сергей.
— А он тут причем? — Марина с трудом заставила голос не дрогнуть, но почувствовала, как кровь прилила к щекам.
— Ай, Мариночка, лукавите! — засмеялся мужчина. — Можно подумать, я вас на балу не видел.
— Ну вот! И вы тоже! — в сердцах воскликнула Клюева.
— И я тоже — что? — очень заинтересовался Ланской.
— Вот и Мигелито… выводы сделал, — пробурчала обиженно. — Видел он, как мы танцевали. Прям вот только друг для друга и были тогда.
— Какой наблюдательный юноша! — восхитился фельдъегерь. — И ведь как верно все подметил.
— Бросьте, Сергей Александрович, — девушка вздохнула. — Не дразните. Думаете, не понимаю, что Андрею Ильичу я не интересна совсем? Сегодня вон, вместо спасибо, накричал и на меня, и на княжича. Будто мы что-то плохое сделали, а не его поручение выполнили.
— Какая прелесть! — непонятно чему обрадовался Сергей. — Вы на него не обижайтесь, Мариночка. Мы, мужчины, знаете ли, иногда такими тугодумами бываем, того, что под самым носом, не замечаем, себя не понимаем. Да и загружен сейчас Андрей сверх меры. Кому ж приятно знать, что пока работаешь, как каторжный, твоя помощница с красавцем-княжичем по праздничному городу гуляет да еще и ценные сведения добывать умудряется.
— Вы так говорите, будто ему дело есть до того, где и с кем я гуляю. Ладно, Сережа, пришли мы уже, а я замерзла. Спасибо, что проводили.
С тем не слишком тактично сбежала она от настырного Ланского. Вот еще выдумал! Только открыто не сказал, что Звягинцев ее к Мигелито приревновал. Глупость какая!
Домой Марина влетела раздраженная. Собиралась сразу проскочить в свою комнату, да только Ванька на пути попался. И тут девушку осенило. Братец-то у нее предприимчивый, нос совать повсюду любит, в деле Елизаветы Львовны без чьей-то помощи все про Бурлакова вызнал. Вдвоем они с Мегилото искать незнакомую бедную девчушку по всему городу до морковкиного заговения могут, а вот если подписать под это Ваньку и его дружков-лоботрясов… А что? Звягинцев так и делает, на него целая ватага мальчишек работает.
Так что Марина зазвала к себе брата и рассказала ему об их с Мигелито расследовании. Ванька, кстати, на Звягинцева был сильно обижен из-за того, что тот других мальчишек к расследованию привлек, а его — нет. Так что в предложенную сестрой авантюру ввязался с радостью, еще и друзей позвать обещал. Договорились завтра днем встретиться, портреты поделить. Те, увы, остались у княжича, так что сразу показать искомую девчонку не получилось. Но Ванька не сомневался: уж они-то точно ее найдут!
'Сговорились они, что ли? — писала Марина позже в дневнике. — Что они там увидеть-то могли? Будто не понимают главного: не существует для Андрея девушки Марины Клюевой. Помощница есть, да только проблем от нее больше, чем пользы. Оттого он и злится. А что рычит, так, видно, и впрямь устает сильно. Дело-то у него нынче серьезное, государственное. И в частных заказах Звягинцев себя не жалеет, а тут — импер-куны!
Только все равно обидно до слез. Неужели хоть одной улыбки не заслужила я за то, что все утро старалась найти ему запрошенную информацию? Моя ли вина, что ничего в библиотеке не было? Да и быть-то не могло, как оказалось. И сейчас чувствую себя я так, словно не от дела важного Андрей меня отстранил, а от персоны своей. Получается, теперь его и не увижу вовсе, пока котят не найдут. И так грустно становится, так тоскливо…'
Глава 10
Заводчика Селянинова искать полицмейстер выделил лучших людей. Точнее, приказал околоточным выделить и самим отрывать афедроны от стульев и искать. Но что могли эти лучшие, если заводчик пропал напрочь, растворился, как сахар в чае? А ничего. Только разводили руками и вздыхали тяжко. Им самим котят жалко было до ужаса, из жил рвались, чтобы найти.
Из города Селянинов точно не выезжал — патрули Осокина бдили. Да их сам градоправитель проверял их чуть ли не ежечасно. Каждому солдатику выдали по тулупу, по башлыку и теплым валенкам, позволили закутаться не по уставу: только бди, родненький, не пропусти супостата! Достояние империи похищено! Государыня-императрица лично найти требует.
И старались солдатики не за страх, а за совесть. У самих вон у многих дома жили хвостатые. Хоть и не импер-кунской крови — а свои, родные, таких нельзя в обиду давать.
Осокину даже унимать иных караульщиков требовалось, чтобы не грозили похитителям лютым мордобитием, когда их поймают. Да, тоже не по уставу, но по-человечески понятно даже очень.
Вот и выходило, что не мог заводчик просто взять и сбежать, особливо, ежели с котятами. Да и если один уходил, запомнили бы и прописали. Разве только что усыпил котят и огородами, огородами… Один из околоточных попробовал провести следственный эксперимент, так его подчиненный был пойман и даже слегка помят. Стало быть, нет, не покидал Селянинов Ухарск, затихарился где-то. Разве что прямо вот сейчас роет под болотами подземный ход до Властинца ковшом для киселя.
Искали и свидетелей — не пешком же заводчик от Володенских ушел и не улетел на воздусях. Так их, свидетелей тех, набралось воз и тележка, только все больше чтобы нос в расследование сунуть и раньше прочих узнать, что с котятами, а не оттого, что и впрямь знали что-то. Пришлось Звягинцеву к допросам подключаться. И не зря. Одна из горничных Володенских, Марья, видела, оказывается, как Ярослав Борисович, искомый Селянинов, извозчика взял — как раз половики на снежку вытряхивала да и заметила. А что, мужчина видный, да заводчик еще, профессия надежная.
— Самое оно для половиков по снежку-то, — трещала бабенка, но пришлось ее остановить и от хозяйственных и матримониальных дел отвлечь.
— Так я ж и говорю! — возмутилась она. — Выходил гость-то. Задумчивый такой весь из себя, ни здрасьте, ни до свидания. Князь ужо на что голубых кровей, а завсегда доброе слово скажет. А этот, как сыч. Неприятности, видать, у него.
Тут Андрей опять прервал деваху, не
