Руины тигра – обитель феникса - Ами Д. Плат

– Ты ведь слышал, что я подошёл.

Его фразы, короткие и простые, на моём языке звучали натянуто, но я старался отвечать так же коротко, ведь привычного переводчика рядом не было.

– Не считается, – сказал он.

– Не напугал, – согласился я.

– Хочу знать…

– Не начинай, – оборвал я, не желая снова отвечать на расспросы о том, зачем его купили. Я уже всё сказал: просто случайный порыв. Парень напомнил мне юность, слово за слово, и я решил отыграться на Тэ Сяоху.

– Нет!

– Ты можешь остаться в любом городе по пути. Никто тебя не держит.

– Но золото…

– Не имеет значения.

– Я не хочу уходить. – Эта его фраза упала между нами, как поток воды с горы, будто мы оба промокли с головы до ног и стояли оглушённые. – Дай мне работу. Я не хочу… – Он заговорил на своём языке.

– Что это значит?

Коити задумался, а потом, тщательно подбирая слова, выговорил:

– Я не бесполезный. Ненавижу быть бесполезным.

Наши взгляды встретились – его глаза, блестящие и строгие, словно хотели прожечь меня насквозь.

– Моя мать. Отец. Миюки… Для всех я был бесполезен. Меня тошнит!

– Тошнит? Хонкги давно научил тебя этому слову? Неужели мои повара так плохи? – Я всё перевёл в шутку, и мы оба улыбнулись.

– Пожалуйста, – сказал он.

– Расскажи, что умеешь, и получишь работу в моей торговой компании. Уверен, что-нибудь подберём. Ты ведь не кажешься… бесполезным.

Коити открыл рот, хотел что-то сказать, но его отвлёк нечеловеческий крик.

Со стороны гор на едва развернувшийся лагерь надвигалась тень огромной птицы. Крылья были меньше, чем в тот раз над Шанваем, но я без труда узнал Сяоху. Золотистый клюв и злобная морда с хохолком не оставляли сомнений.

Тэ Сяоху спикировала вниз и принялась бить крыльями по установленным шатрам. Люди закричали, невольники пытались сбежать или укрыться, охрана спешно хваталась за оружие. Кого-то Сяоху сбила с ног, кого-то даже успела клюнуть.

Мы с Коити ринулись к остальным, я выхватил меч, но Сяоху, заметив нас, сгребла кого-то лапой и поднялась выше. Это оказался один из рабов, прикованный за ногу к товарищу. Второй невольник повис вниз головой, дёргаясь и вереща. Охрана наконец вооружилась луками и принялась стрелять по птице.

– Не испортите товар! – крикнул я.

Феникс не торопился улетать. Взмах крыльев – и пленники переместились в сторону реки и ниже, оголтело крича. Стрелы не достигали цели. Неспешно, болтая похищенными людьми, как двумя цумянь[30], птица развернулась в воздухе и направилась вниз по течению реки.

На меня накатил такой гнев, что, казалось, я мог испепелить её взглядом. Не сдерживая ярости, я устремился за Сяоху. Тело привычно изогнулось в прыжке, вытянулось и преобразилось в тигриное.

Я мчался вслед за фениксом, но даже в тигрином обличье не мог подпрыгнуть так высоко, чтобы достать её, – хоть пару раз и попробовал. В конце концов я остановился, потому что догонять было бесполезно. Но Сяоху тоже замедлилась, сделала небольшой вираж над рекой и выпустила моих людей. Они упали в воду. Я видел, как бурный поток накрывает их с головами и уносит всё дальше. Хотел уже прыгнуть в воду, но Сяоху, которую я, обеспокоенный судьбой рабов, ненадолго потерял из виду, налетела сверху, метя клювом в голову.

Развернувшись в прыжке, я ударил её, но тут же потерял равновесие и свалился в воду. К счастью, мощные тигриные лапы тут же вынесли меня на берег, однако невольников унесло уже слишком далеко.

Я не успел даже отряхнуться, когда Сяоху снова атаковала. Я прыгнул в сторону и попытался сбить её лапой. Когти прошлись по крылу, птица издала дребезжащий вопль, а в месте, где наши тела соприкоснулись, я ощутил странный жар.

Сяоху поднялась выше, чтобы набрать скорость, и рухнула на меня, но я снова уклонился и ударил в ответ. Азарт захватил меня. Я отгонял мысли о её ужасающей силе с тех пор, как увидел гигантские крылья, рассеивающие облако ядовитого дыма, что накрывало город, – но сейчас выходило, что я не уступал по силе фениксу. Звериные инстинкты брали своё. Я не в полной мере владел мощью небожителя, не тренировался в этом теле и всё же не оказался беспомощен перед ней!

– Так тебе, Тэ Сяоху!

Её крыло не кровоточило, но от ран отделялись и осыпались на землю небольшие частички, похожие на пепел.

Она сделала круг над моей головой, видимо раздумывая, как напасть. Я попятился назад, а когда она спикировала снова, прыгнул и налетел на неё прямо в воздухе. Мы столкнулись и покатились вдоль берега, приминая траву.

Её крылья окутали меня и кололись, как пустынный янтак[31]. Я быстро сбросил с себя птицу и поднялся на лапы. Мы глядели друг на друга, переводя дыхание. Тигр во мне желал ринуться в бой и растерзать её, как добычу.

– Никак не отстанешь от меня, Тэ Сяоху! Смотри, подумаю, что влюбилась.

Звук шёл из груди и клокотал, словно там что-то кипело.

– Скорее разочаровалась, – отозвалась она так же гулко, потом открыла клюв и издала мерзкий вопль.

– Зачем твой муженёк объявился у меня в Сиюне? Я вас не трогал!

– Твои торговые сделки мешали нам!

Я фыркнул, но Сяоху продолжала:

– У Страны Бесконечной Гармонии должен быть лишь один император! А у него – лишь один покровитель!

– И что с того?!

– Раньше это были драконы. Властелины воды и воздуха, самые могущественные существа в нашем мире. Тогда и люди процветали, и небожители были довольны. С тех пор как драконы исчезли, мир рушится! Тигр не смог ничего исправить, теперь пришло наше время. Отступись! Твой отец достаточно водил людей за собой, обманывая и убивая!

– Хватит! – рыкнул я. – Мне неинтересно слушать байки из далёкого прошлого!

– Теперь это твоё настоящее. Фениксы владеют огнём и воздухом. Тигры – лишь стихией земли. Понимаешь, к чему я клоню?

– Это меня не касается. – Мой голос звучал спокойно, но тигр внутри оскалился. Дыхание восстановилось.

– Ван Гуан, мой наивный мальчик. – Птица издала нечто похожее на хриплый смех. – Небожители присматривают за людьми. Наш долг – их оберегать, а ты лишь наживаешься на их пороках и слабых характерах.

– Я не небожитель! Эта сила досталась мне по наследству. Я никогда не был на Небесах и не брал на себя ответственности за людей.

– Тем более отступись. Откажись от силы, раз сам не понимаешь, что с ней делать.

Злость охватила меня. С чего она вздумала мне указывать? Считает себя самой умной, потому что на пару столетий старше меня? Или среди небожителей узнала тайны мироздания? Самодовольная, напыщенная курица!

– Не смей мне указывать!

– Ван Гуан, у императора останется лишь один покровитель. С моей помощью правитель и весь народ будут процветать.

Я смерил её взглядом.

– Тварь вроде тебя с этим не справится. – Я ринулся вперёд, ослеплённый яростью. С чего Сяоху воображает, будто она лучше меня?

Мы снова сцепились. Мои когти впились в её крыло, она пыталась вырваться и била меня другим. Каждый удар колол и обжигал. Сяоху, видимо, тоже почувствовала, что мне больно, – или сама испытала боль – и, перестав вырываться, накрыла меня свободным крылом. Я взвыл и расслабил лапы, но Сяоху лишь сильнее обняла меня крыльями.

Тигр сжался внутри и скинул свою личину. За секунду я обратился в человека – голый и слабый, как молодой побег кедра. Но Сяоху тоже потеряла птичий облик. Мы лежали на земле, руки-ноги переплелись, и мы оба часто дышали, будто пробежали не меньше десятка ли.

Я оказался сверху и застыл: её блестящие