Дарина – разрушительница заклятий. Тайна кошачьего братства - Евгений Фронтикович Гаглоев
– Добрый вечер, Всеслав, – поздоровался с ним кузнец Дормидонт.
– И тебе вечер добрый, Дормидонт! – радушно кивнул трактирщик. – Кто это с тобой?
Он показал на притихших детей.
– Да вот, внуки приехали погостить, – и глазом не моргнул Дормидонт. – Дети моей непутевой дочки.
– Той, что сбежала в края берберийских кочевников?
– Ага, – подтвердил кузнец.
– Нечасто у нас останавливаются жители других провинций, – сказал Всеслав, пристально разглядывая детей. – И как вам наша деревня?
– Очень даже ничего, – ответила за всех Дарина.
– Небось, совсем непохожа на ваши дикие места?
– Непохожа, – пролепетала Дарина и легонько пихнула под столом кузнеца Дормидонта.
Пора было срочно менять тему разговора! Дарина понятия не имела, как поживают в своих землях берберийские кочевники, а Всеслав, похоже, собирался расспросить ее об этом со всеми подробностями.
– А у меня ведь разговор к тебе имеется, Всеслав, – тут же сказал Дормидонт.
– О чем это? – спросил трактирщик, протирая стол влажной тряпицей.
– Ты знал ведьму Амалию?
Трактирщик вытаращил глаза.
– С чего это ты вдруг заинтересовался этой старой историей, Дормидонт? – недоуменно спросил он. – Оно ведь знаешь как… Не вспоминай про разную чертовщину, особенно на ночь глядя, и чертовщина к тебе не привяжется.
При этих словах Дарина, Триш и Пигмалион с опаской переглянулись.
– Да просто хотел освежить память, – сказал Дормидонт как ни в чем не бывало. – Склероз замучил. Не помнишь, где именно она жила? У меня что-то совсем из головы вылетело.
Трактирщик приложил указательный палец ко лбу и задумался.
– Я тогда совсем еще мальчонкой был, – медленно проговорил он. – Амалия вроде как из первых Эсселитов, что появились в этих краях вскоре после крушения луны… Она прибыла в Белую Гриву уже совсем старой каргой, никто точно и не знал, сколько ей лет. А жила ведьма где-то у кладбища… Если я ничего не путаю.
– Сейчас ведь ее дома уже не существует? – спросил Дормидонт.
– Нет, – покачал головой трактирщик. – Его сожгли вскоре после ее смерти.
А вот это Дарину удивило. Коты ведь говорили об обратном!
– Но как же… – начала было она, но тут Всеслав добавил:
– Там сейчас только кучка обгоревших развалин осталась, заросших кустарниками.
Дарина и Триш напряженно переглянулись.
– Наверняка под развалинами скрывается вход в подземный тайник, – тихо сказала им Дарина. – Хотя коты говорили, что дом еще стоит…
– Может, они что-то перепутали? – шепотом спросил Пима.
– Но как мы туда проберемся? – пожал плечами Триш. – А если подземный ход завалило, когда дом обрушился?
– В общем, нужно срочно сходить на кладбище и самим посмотреть, что там к чему, – подытожила Дарина.
Пима и Триш одновременно побледнели.
– Ночью на кладбище? – выдавил Пигмалион. – К такому меня жизнь не готовила…
Трактирщик Всеслав отошел к другим посетителям, а Дормидонт Эклектий посмотрел на Дарину и ее друзей.
– Ну вот, вы и узнали, что хотели, – с улыбкой сказал он. – Что планируете делать дальше?
– Пойдем на эти развалины, попробуем там что-нибудь обнаружить.
Официантка принесла им пирог и разлила чай по кружкам. Дормидонт подвинул к себе наливку и блаженно прикрыл глаза.
– Я с вами схожу, но сначала нужно немного подкрепиться, – резонно заметил он.
С этим никто не стал спорить. Тем более горячий пирог так вкусно пах, что у ребят слюнки текли. Они набросились на угощение.
Дарина, Триш и Пима быстро съели пирог, допили чай и хотели уже встать из-за стола, но в этот момент в трактире появилась комендантша Коптильда. Она вошла в «Ржавую подкову», довольно улыбаясь, уперев руки в необъятные бока. На груди, как всегда, были перекрещены патронташи, а за поясом торчали начищенные револьверы.
– О нет! – в ужасе воскликнул Пима. – Она сейчас нас увидит, и тогда нам конец!
Дормидонт приказал:
– Не паниковать раньше времени! Быстро лезьте под стол. Авось пронесет.
Все трое тут же нырнули под стол и притихли. Кузнец Эклектий на всякий случай стянул скатерть пониже.
А комендантша тяжело прошла в середину трактира и уселась за свободный столик около камина, даже не посмотрев в сторону притихшего Дормидонта.
– Эй, Всеслав! – рявкнула она. – Налей-ка мне своего лучшего пойла. Сегодня годовщина окончания гражданской войны, и все, кто участвовал в военных действиях, должны отпраздновать эту дату!
Ее предложение единогласно поддержали деревенские вояки. Никто не отказался от предложенного угощения. Трактирщик быстро откупорил бочонок «своего лучшего пойла», как выразилась Коптильда, и официантки забегали по залу, разнося наполненные кружки.
– Нашли повод для праздника, – вполголоса сказал кузнец Дормидонт. – Двенадцать лет, как свергли старого короля. Двенадцать лет страна находится во власти сумасшедшего тирана и его подручной ведьмы.
Он буркнул это себе под нос, но Коптильда Гранже все же умудрилась расслышать его слова.
– Это кто там выступает? – гаркнула она. – Ах, это ты, Дормидонт Эклектий! Немудрено, фугас тебе в глаз! Все знают, что ты воевал на стороне приспешников старого короля Ипполита!
– Да! – с гордостью сказал Дормидонт. – Потому что я уважал короля, и все мы хорошо жили при его правлении. Пока власть не захватил Всевелдор, никто не бедствовал. Не было таких непомерных налогов, не было тайной полиции!
– За такие разговорчики тебя самого надо отправить в кутузку, – гневно воскликнула Коптильда, – и побыстрее!
– А я не боюсь! – сказал кузнец Дормидонт. – Мне уже нечего терять. По крайней мере, простые люди меня уважают. А тебя – нет, потому что ты сражалась на стороне императора Всевелдора.
– И поэтому я имею вес в обществе, – важно изрекла комендантша. – Все меня почитают и боятся! А вашего уважения мне и не нужно.
– Какой там почет? – насмешливо ухмыльнулся Дормидонт. – Тебя ненавидят не только обитатели твоего приюта, но и все жители Белой Гривы.
Коптильда злобно расхохоталась:
– А им и не надо меня любить. Лишь бы боялись!
– Поэтому тебе и нравится император Всевелдор, – закончил кузнец Дормидонт. – Вы с ним одного поля ягоды.
Взбешенная Коптильда выхватила из-за пояса револьверы.
– Что-то ты разговорился, старикашка! Сейчас я продырявлю твою тупую башку!
Дормидонт тоже вскочил на ноги.
– Люди! – воскликнул он. – И долго мы будем терпеть такое к себе отношение от прихвостней проклятого императора?
Престарелые вояки вскочили и оживленно загомонили.
– А ну-ка, убрать оружие! – прикрикнул трактирщик Всеслав. – Я не потерплю стрельбы в своем заведении!
– А я с ним и без оружия разберусь! – Коптильда Гранже убрала пистолеты обратно в кобуры и вдруг прыгнула на кузнеца Дормидонта.
Старик проворно пригнулся, и комендантша пролетела мимо. Она врезалась в толпу старых вояк и с грохотом свалила несколько человек на пол. Кто-то решил дать ей сдачи. Вскоре в «Ржавой подкове» завязалась
