Марина Ли - Школа Добра

– Мы с Авроркой в «Крокодила» играли, – начала я свой рассказ. И стоит отдать должное, мой самый тактичный и внимательный в мире Александр не перебил меня ни разу. И не улыбнулся снисходительно, когда я про свои логические выкладки над ботинком Ботинков выстраивала. Несколько раз поморщился, когда я жаловалась на издевательского ректора и его угрозы отправить меня на пересдачу, а когда в самом конце я произнесла:

– И вообще, он сказал, что свободных комнат в общежитии больше нет, поэтому завтра мне надо идти к коменданту и подселяться в комнату к Опупении. Вот, – Александр улыбнулся широко и зажмурился, как сытый кот. Приоткрыл левый глаз и сообщил:

– Я знаю совершенно точно и совершенно случайно об одной пустующей комнате. В нашем предметницком корпусе, ага.

И я даже спрашивать у него не стала, что он имеет в виду, потому что он так на меня посмотрел, он посмотрел на меня так, что я взяла и краской залилась. И мне даже не надо было видеть своего отражения, чтобы понять, что все так и есть. Потому что огнем полыхнули щеки, уши, шея и даже плечи под форменным платьем.

– Ну или, конечно, ты всегда можешь подружиться с Фифи Сафской. Говорят, она… э… очень хорошая девочка.

– Ты издеваешься!

– Даже и не думал! – он с честным видом прижал руки к груди, но улыбался-то все равно коварно. И соблазняюще еще.

– Все же узнают! – прошептала я, придвинулась к зеркалу ближе и сделала страшные глаза.

– И отлично! – он тоже наклонился вперед так близко-близко, что мне показалось даже, еще секунда – и поцелует. Ну, и покраснела еще больше, да.

– Я бы вообще на центральной площади, прямо под флагом объявление сделал, правда. Но ты же против. Юл?

– Против, – прохрипела я, потому что от смущения даже голос осип.

– И даже пока я не вернусь?

– Когда ты вернешься – сразу нет!!!

Александр тяжело вздохнул. Рукой волосы взлохматил, улыбнулся мне нежно, но устало немного. А потом совершенно подло и нечестно поступил.

– Маленькая, – произнес он интимным полушепотом. – Черт знает что в Школе происходит, мне бы так спокойно было, если бы ты пока у меня пожила…

Я напряглась.

– Я бы не дергался. Не переживал лишний раз… С практики бы не срывался…

Шантажист.

– Юлка! Я серьезно! Правда, ничего же страшного.

Ну, если задуматься, то, конечно, да. Страшного совершенно ничего, но ведь сплетничать будут.

– А всем сплетникам я лично языки вырву, – пообещал Виног, снова прочитав мои мысли.

Словно дело было только в сплетнях. Неправильно это все и неловко. И как-то даже обязывает.

– В конце концов, – Александр подмигнул мне коварно. – Ты все-таки уже ночевала в моей комнате, и даже не один раз!

Не уверена, что это аргумент в плюс, но…

– Представь себе, ты там будешь совсем одна. Сама себе хозяйка. И… и ты же знаешь, что у меня своя собственная туалетная комната?

Своя собственная!!! Мамочки!

– Нет! – решительно и грозно мотнула головой. – Я… м-м-м…

Виног как-то вдруг сразу погрустнел и уже совсем печальным голосом произнес:

– Тогда хотя бы пообещай мне, что завтра утром, еще до занятий, ты обо всем расскажешь Эро.

– Ох! Как же я сама не догадалась! Он же переживает, бедный, из-за друга… – так стыдно-стыдно стало. – Я, наверное, сейчас сбегаю…

– Ничего с ним до утра не станет, – проворчал Александр совсем обиженно. – В отличие от меня. Я… Юл, ты так краснеешь, чудовищно эротично, что у меня просто крышу сносит, честное слово…

– Знаешь, я, наверное, спать пойду! Устала очень! – на одном дыхании произнесла я и большим пальцем по зеркальному стеклу провела, не дожидаясь ответа этого коварного соблазнителя.

И только лежа в постели, примерно в тот же момент, когда я вспомнила о том, что так и не сходила в библиотеку, чтобы узнать, как же волшебное зеркало работает, я поняла, что все еще улыбаюсь.

***

К тому моменту, когда закончились занятия, мне уже ничего не хотелось.

Потому что день начался с того, что я почти проспала. О, да! Тяжело просыпаться, если у тебя нет Вепря, Григория и Авроры. Мало того, я еще и черт знает сколько давилась слезами в АДской туалетной комнате, в основном из-за чувства одиночества и жалости к себе. Потом бежала бегом на занятия без учебников и конспектов, а там Яромир Ягрович Дрозд, профессор по Этике использования магических рекомендаций, чье практическое занятие я так романтично прогуляла накануне.

Первую «двойку» этого дня я получила за «пройденный материал». Ну, понятно же, я без учебников и конспектов, без Аврорки и Вепря, а он мне коварные вопросы по вчерашней теме задает. Во-первых, непорядочно практические занятия ставить в самом начале семестра. А во-вторых, просто нечестно.

Вторую «двойку» схлопотала на Общей магии. Не иначе, ректор, зараза, настучал преподавателю по голове, ну, а тот – мне. В отместку за несправедливую взбучку. Ну, правда, разве учитель виноват в том, что у его учеников мозгов нет?

После третьей «двойки» я заподозрила, что меня прокляла Ифигения Сафская. Просто по старой привычке, потому что к коменданту я все еще не сходила и Фифе, соответственно, не предоставила возможности обрадоваться нашему внезапному соседству.

Четвертая и последняя за день «двойка» по любимой тактике у Да Ханкара уверила меня в том, что надо заканчивать со всеми романами. Иначе романы закончат со мной, и меня попросту выгонят из школы за неуспеваемость. Никаких больше прогулов! Забыть про поцелуи у каминов! Не вспоминать про бирюзовые глаза и губы ласковые!

С чего начать новую жизнь? Конечно, с визита к коменданту и заселения в комнату к Ифигении Сафской. Согласна, не самый лучший старт, но где мне взять другой? Нет, конечно же, можно было согласиться на предложение божественного Александра Винога, но моя испуганная гордость вступила в сговор с моим мозгом и они, в обход меня, пришли к соглашению, от которого мое же сердце, не участвующее в заговоре, пришло в ужас, а попа, тоже не чужая, почувствовала неприятности.

Фифа сидела на кровати в неглиже воздушном и нежном и тонкой стеклянной пилочкой пилила ногти, когда мы огорошили ее своим визитом.

– В связи с непредвиденными обстоятельствами и в обход правил проживания в общежитии, – с испуганным и слегка растерянным видом гнусавил домовой. И я могла его понять, потому что даже мне было немного неловко от развязного вида моей новой соседки, комендант же вообще не знал, куда глаза деть. – Юлиана Волчок переселена в эту комнату.

– Папа, между прочим, договаривался... – фыркнула Сафская, поднимаясь с кровати. При этом полы пеньюара разошлись в стороны, демонстрируя всем присутствующим аккуратную ножку в прозрачном чулке.