Марина Ли - Школа Добра

Тяжелый вздох, еще один подозрительный взгляд на подслушивающего с независимым видом воробья, и серьезным голосом:

– Случилось.

Новый родственник рефлекторно отодвинул Юлиану за свою спину и нахмурился. Поздно хмуриться. Раньше думать надо было. Теперь уж ничего не переиграешь.

– Королевский посланник по вашей милости очутился в кустах жасмина, – обвинительный жест не в сторону истинного виновника происшествия, но в темного ненаследного принца, прямым указательным перстом.

– В кустах... – испуганно пробормотала Принцесса и снова покраснела, когда ее муж неожиданно весело хмыкнул.

Молодежь. Ну, ничего серьезного просто.

***

– Королевский посланник по вашей милости очутился в кустах, – произнес мой папа.

– В кустах, – эхом повторила я, представляя себе весь ужас несчастного невинного человека, которого ударной волной моего яростного равнодушия вынесло за пределы дворца.

Алекс несдержанно хохотнул, чем заслужил мой недовольный взгляд и мои же покрасневшие щеки. Дались ему эти кусты...

– Ничего веселого в сложившейся ситуации я не вижу, – строгим голосом сообщил мой родитель и устало опустился в кресло. – Король приказал принять меры, потому что считает, что Юлка нестабильна...

Еще один хмурый взгляд на моего мужа.

– Но мы-то знаем, что дело не в в нестабильности, которая и на самом деле имеет место быть.

В этот раз Волчок-старший посмотрел мне прямо в глаза и я, не выдержав, сорвалась с места, чтобы обнять самую любимую в мире шею.

– Прости, прости, папочка, я не специально.

Он улыбнулся мимолетно, на мгновение прижав меня к себе, и грустно произнес:

– Я знаю, маленькая. К сожалению, рано или поздно это должно было случиться...

– И чего хочет король? – невежливо перебил Алекс.

Папа сморщил нос и мне показалось на секунду, что он сейчас моему мужу язык покажет. Бред какой мне иногда в голову приходит!!

– Король, к счастью, пока... ПОКА... не отдал конкретного приказа, он велел решить проблему. Быстро. Я понимаю, чего он хочет, но попробуем на данном этапе ограничиться учителем.

– Учителем? – мне показалось, что я потеряла нить разговора: как в данной ситуации может помочь чей-то учитель?

– Вы же не... – одновременно со мной произнес Алекс, но папа метнул в него недовольный взгляд и раздраженно проговорил, глядя в глаза моему мужу:

– Именно я. Мы с тобой сейчас не будем обсуждать то, как я отношусь к этой женщине, ладно? Но мы оба знаем, что она лучший ментальный специалист. Вряд ли кто-то другой лучше справится с этой ситуацией, а Юлочке необходимо научиться сдерживать свое ментальное я.

Услышанное заставило меня сделать следующие выводы. Во-первых, папа нашел мне очередного педагога, о котором я, кстати, не просила. Во-вторых, Алекс догадывается, кого именно, и ему это почему-то не нравится. Ну, и главное. Я, кажется, действительно нестабильна. И, если знать о судьбе королевского посланника, опасна для окружающих. Но не успела я как следует из-за этого расстроиться, как меня огорошили следующей новостью.

– И когда она приедет? – угрюмо спросил Алекс и жестом велел подойти к нему.

Подошла. Обнял и прошептал:

– Все будет хорошо, обещаю.

– Смеешься? – папа мимоходом посмотрел на руку, обнимающую меня за талию, и раздраженным голосом уточнил:

– К светлому двору? Не в этой жизни точно.

Алекс только еще крепче меня обнял, а мне вдруг стало страшно. Потому что папа устало покачал головой и, с сожалением глядя на меня, произнес:

– Вам самим придется к ней ехать, хоть я от этого и не в восторге.

Мой муж процедил что-то сквозь зубы, как мне показалось, на темно-эльфийском. Я толком не расслышала, но он совершенно точно ругался. Не знала, что он так хорошо говорит на эльфийском.

– А уж что по этому поводу скажет твоя мама... – королевский маг и по совместительству мой папа, не обращая внимания на шипение Александра, тяжело и протяжно вздохнул.

– Лично меня больше волнует, как на это отреагирует их величество Илиодор Сияющий Третий, – злым голосом проговорил Алекс, и я с удивлением посмотрела на него, не понимая, с чего это он таким тоном с моим отцом разговаривает. Папа причину такого отношения к себе, видимо, понимал прекрасно, так как укоризненно заметил:

– Я понимаю, Александр, что тебе не очень хочется возвращаться домой, но другого выхода у нас нет.

Возвращаться домой? Это они про темный двор сейчас разговаривают? Рванулась, пытаясь избавиться от нежных, но крепких объятий, но Алекс с легкостью удержал меня на месте.

– Кроме того, твое возвращение было ее главным условием, – мрачно закончил папа, опускаясь в кресло за рабочим столом.

– Кто бы сомневался, – голос у моего любимого темнейшества дрогнул, я подняла на него глаза, откинув голову ему на плечо, и с удивлением заметила, что он не просто зол, а реально расстроен и абсолютно несчастен. И так его стало жалко, что я даже про свой страх забыла, а новость о том, что я еду к темному двору немедленно отошла на второй план. Какое мне дело до темных миров, если в глазах любимого мужчины бирюзовыми волнами плещется боль.

– Алекс? – переплела свои пальцы с его, но он, неправильно определив источник моей тревоги, только повторил еще раз:

– Все будет хорошо.

Я в его оптимистический прогноз не поверила ни на одну секунду, но и спорить не стала. Настроение Волчка-старшего явно указывало на то, что, хочу я этого или нет, но из светлого дворца мы уберемся немедленно. А вот доедем ли до обители зла, в которой обитает моя драгоценная свекровь – это мы еще увидим.

Учителя они мне, видите ли, нашли. Договорились, снова все решили за меня, со мной не посоветовавшись. Я же не пятилетка, которую можно взять за ручку и молча и без объяснений отвести туда, где, по вашему мнению, ей будет лучше и безопаснее. Я взрослый человек. У меня вон и муж есть... который, судя по всему, взрослой меня и не думает считать. Зачем, если можно с видом трагичным и решительным принести себя в жертву!?

– Не злись и дыши, – Алекс легко коснулся губами моего уха. – Темнеешь.

Темнеешь? Что, простите? Он что, эмпат? В абсолютном шоке уставилась на него, ожидая объяснений, а вместо этого:

– Вот так гораздо лучше.

Уверена, что взгляд мой был более чем красноречив, но мужа моего не затронул и, судя по мимолетной улыбке, даже развеселил слегка.

– Я бы хотел, чтобы вы выехали немедленно... Вещи распаковать успели?

Я отрицательно покачала головой, одновременно представляя, что по поводу очередного переезда скажет Вепрь. А уж Григорий... Он мне еще стеклянного колпака, под который его, между прочим, мой муж посадил, не простил. Намекал на новый более просторный горшок... А тут опять дорога.