Древки, девки и дурацкий брод: Шесть жизней офицера Его Величества - Cursed Companion

бархатом бригантина и сверкавшая на шлеме небольшая корона.

К пятому разу я уже почти привык к встречам с легендарными персонами, но не каждый же день видишь человека, чьё имя носит Академия…

— Ваше Высочество! — я спешно преклонил колено. Белый Принц Эдуард посмотрел на меня почти обиженно.

— Да полно вам, юноша, встаньте. Я ведь даже королём стать не успел — батюшка пережил меня на год.

Поднявшись, я совладал с благоговейным трепетом.

— Ваше Высочество, не сочтите за дерзость… Но я, если честно, ожидал увидеть царя Леомаха.

— Леомах занят. — махнул рукой Белый Принц. — Спихивает в адскую яму совсем уж безнадежных идиотов. А вы, вроде, на такого не похожи. Тем больнее, впрочем, наблюдать ваши фиаско…

Эдуард устало вздохнул.

— Так почему Леомах-то? Вы что же, юноша, Банные Врата пытались изобразить? Странно, река-то, вроде, холодная.

Я кивнул.

— Историю любите? Ну скажите тогда, сколько у царя Леомаха было воинов?

— Триста. — подавленно ответил я.

— Поцелуй алебардиста! — захохотал принц. — Это только его ближней дружины! А общего счета тысяч пять будет… А у вас?

— Пятнадцать. Но так и орков не миллион! — сказал я в свою защиту.

— Лихо вы, друг мой, масштабируете. — усмехнулся Эдуард. — Раз уж древних вспоминаете, то вспомните и их философию. Про первый закон диалектики слышали? О переходе количества в качество?

Я, к своему стыду, из курса философии запомнил вещи только смешные и афористичные, вроде закона святого Мёркада, так что только покачал головой.

— Вот, казалось бы, когда фронт у вас одинаковый, количество роли не играет. А однако ж поставь не две, а двадцать шеренг — и оно вдруг в качество переходит!

— Ваше Высочество! — воскликнул я. — Но ведь говорят же, что не число приносит победу. Как же так?

— Верно. — кивнул Белый Принц. — Умные люди воевали, воюют и будут воевать не числом. Умение и матчасть при прочих равных бьют число! Вы в этом даже сами убедились. Только с чего вы вдруг решили, что враг вам умением уступает? Эх, чему только учат в этой вашей Академии!..

— Умирать за отечество без разговоров. — мрачно сказал я. Вовсе не слукавив, впрочем: смерти во славу короны в духовно-нравственной подготовке кадета и правда уделялось избыточное, на мой взгляд, внимание.

— Ужас! — всплеснул руками принц. — Еще и рассказывают, наверное, что о павших сложат песни? Друг мой, вы весьма отважны, но для песен титулом не вышли. Были бы фон Ерохом…

Я невольно скривился, услышав ненавистную фамилию.

— А впрочем, знаете… — задумался Эдуард. — Орки ваше упорство оценили. Может, и правда сложат о вас песню. Не ручаюсь, насколько издевательскую…

— Я в отчаянии, Ваше Высочество.

Белый Принц в ответ на признание вопросительно приподнял бровь.

— Вроде и осознаю ошибки, но не вижу выхода. Как будто урок в том, что победить можно не всегда.

— Не всегда. — кивнул Эдуард. — Но я вас обрадую, юноша, это не про ваш случай.

— Виноват, Ваше Высочество. Не понимаю. — я покачал головой. — Как можно горсткой разбить в сражении такую силу?

— Ох уж эта ваша Академия. — вздохнул принц. — Все о великих баталиях мыслите, а как применить полтора десятка бойцов, не знаете. А ведь в том вся война! Вбили себе в голову про генеральные сражения… Битва — это Суд Божий, между прочим. Вы так уверены, что Пречистая Дева на вашей стороне?

Я покачал головой.

— Вас же уже учили предсказуемости исхода действий. Битва — это риск, это ненадёжно… Я всегда говорил: хорошая война должна быть прогулкой! В небольшой, но приятной компании.

Я вдруг набрался смелости.

— Ваше Высочество, а благословите советом?

— Советом?

Эдуард задумался.

— Как говорил один известный мастер над шептунами, если драка неизбежна — надо бить первым. Конечно, шептуны у него выходили получше, чем удары, но мысль, по-моему, дельная.

— Бить первым? — удивился я.

— А почему нет? — спросил Белый Принц. — Отваги на то вам, по-моему, не занимать. Встречать врага вам тяжело и неудобно, значит, ударьте так, чтоб вам было удобно!

Пока я обдумывал совет, Эдуард погрузился в воспоминания.

— Вот взять атаку нашего авангарда при Пуату. Всего сотня всадников, и вроде надежды нет, forlorn hope, а все же спутали врагу все планы!..

Принц вдруг посмотрел на меня, как будто удивляясь, что я всё еще здесь.

— Впрочем, ладно. Заболтались мы! Расслабитесь еще… Умирать красиво вы научились, юноша, а вот воюете пока плоховато. Идите перевоёвывать!

— Есть, Ваше Высочество! — я отсалютовал, развернулся и шагнул в белое сияние. Яркий свет снова выжигал все воспоминания о прошедших сутках, оставив лишь последний куплет мрачной солдатской песни.

Смерть то гремит и факелом мерцает,

То в танце мягким смехом утешает.

То громче барабан её, то тише:

Ты мёртв! ты мёртв! ты мёртв! — и Судный День всё ближе…

В выжженую область памяти клеймом ложились новые уроки:

14) Побеждают, конечно, не числом, а умением, но количество рано или поздно переходит в качество.

15) Инициатива — ключ ко всему. Не бойся её перехватывать, бей противника так, как удобно тебе, а не ему!

16) В честный бой ходят только от безысходности.

Примечания:

* * *

[1] читать Ан ава́н марш

[2] читать Апьето́н оза́рм

[3] читать Ан ата́к

[4] читать Ашева́ль оза́рм

[5] The Three Ravens, пер. С. Степановой.

[6] Herr Mannelig, пер. В. Карасёва

[7] Der Tod in Flandern, пер. А. Ширяева

Жизнь шестая, начало

— Да уж. — сказал я, невесело осматривая попытку моих девчат изобразить строй против кавалерии. — В поле вас выводить нельзя.

— Благодарение Деве. — с облегчением вздохнула Герта. Дорна с укоризной посмотрела на подругу, но ничего не сказала.

— Почему же? — почти обиженно спросила Ристина.

— Слабоваты вы… с фронта. — мрачно сказал я.

Йолана и Ильдико со смешками переглянулись.

— Зато тылами крепки! Можете сами убедиться!

Я закатил глаза и покачал головой.

— Вражеские всадники в поле вас тут же опрокинут и насадят на копья.

Реакция большинства девушек, увы, была довольно предсказуемой. Я вздохнул.

— Я вам… то есть, им такого удовольствия не доставлю. Моей боевой рукой покамест будет конная группа.

— А с