Древки, девки и дурацкий брод: Шесть жизней офицера Его Величества - Cursed Companion

их третью атаку Герта умудрилась всадить гвизарму одному из орочьих бойцов в плечо и рывком выдернуть его из строя. В образовавшуюся брешь тут же влетели Риз с Томасиной. Нам оставалось лишь поддержать натиск, и в итоге виконтесса с оруженосицей устроили атакующему отряду настоящую резню. В воде и на песке у нашего берега лежало уже больше двух дюжин мертвых тел; уползавших на северный берег Ан-Двины скулящих раненых мы провожали криками «День придёт!».

— Раймунд… — выдохнула разгоряченная Ристина. — Я начинаю верить, что мы удержимся. Еще пара таких атак, и они поднимут собственного вождя на рогатины.

— Еще не вечер. — сказал я. — Отдыхайте пока.

В перерывах между атаками мои девчата втыкали копья в землю и начинали садить по вражескому берегу из луков и арбалетов, чтобы орки не скучали. Единственной раненой пока оставалась Сола; Лайна ее перевязала, и она, стиснув зубы, встала обратно в строй.

В новую атаку орки пошли гораздо большим числом, выстроившись в глубокую колонну рядов, наверное, в двадцать. По фронту они подняли стену щитов даже не в два, а в три яруса, и шли медленным шагом, под счёт; громкие ритмичные выкрики были хорошо слышны.

Ристина недоуменно посмотрела на движущийся к нам строй.

— Это еще что? — спросила она. — Они же так даже копьем ткнуть не смогут.

— Как будто крепость штурмовать идут. — хмыкнула Дорна, перехватывая поудобнее алебарду. — Ничего, где были щиты, там будут дрова.

— Острожек, к бою! — скомандовал я. — На пехоту!

Очередной болт из «Хельги» пробил дыру в стене щитов, но орки не замедлили движения, а брешь скоро закрыли новые щитоносцы.

— Рряз! Рряз! Рряз! — гнусавил орочий десятник впереди, отсчитывая шаги своих пехотинцев. На меня накатило отчетливое нехорошее предчувствие. В голове, как назло, застучался очередной куплет:

Вот первой дроби грозные раскаты —

Остановилось сердце у солдата.

Вторая дробь — и стих вороний грай,

Вперед, в могилу — айн, цвай, драй!

— Лайна, придержи файербол до моей команды. — попросил я. Стена щитов медленно приближалась. Посмотрев поверх неё, я вдруг отчетливо увидел, как на опушку леса на том берегу выезжают волчьи всадники во главе с вождем, щеголявшим ярко-алым намётом на рогатом шлеме.

До схода щит в щит уже оставался жалкий десяток шагов, когда орки взревели свое «ВА-А-А-А!!!» и ломанулись на нас бегом, продолжая держать трехъярусный хирд. От столкновения наш строй качнулся, но устоял. Дорна с Гертой тут же вломили своими дрынами по щитам, затрещало дерево, но натиск не слабел.

«Где их оружие?» — подумал я. — «Почему они не…»

— ИИИИИ-ЫЫЫЫЫ!!! — взревел многоголосый хор впереди, и орки разом толкнули вперёд, с силой не одной и не двух, а всех двадцати шеренг глубокой колонны. От неожиданности я отшатнулся на полшага назад; девчонки едва устояли на ногах.

— ДЕРЖАТЬ!!! — отчаянно заорал я, уже понимая вражеский замысел.

Бывает, приходит последний момент, когда помощи ждать уже неоткуда. Когда враги уже близко, а вы стоите на пороге смертельного риска. Тогда, в погибельном трансе, ты понимаешь, что настала секунда последнего шанса. Простая секунда, ничтожная малость, в которую нельзя прогибаться! нельзя поддаваться!

И мы…

— ИИИИИИИИ-ЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!!! — заорали зеленокожие и толкнули сильнее. Я чуть не сел на задницу и машинально отскочил назад, чтобы не упасть. К моему ужасу, щитоносицы из первого ряда повалились на землю.

— ВА-А-А-А-А-А-А!!! — радостно завопили орки, ломясь вперёд. Бойцы их авангарда врывались в мой рассыпавшийся строй, замахиваясь топорами и скимитарами.

— Йола! — закричала Ильдико, глядя, как на сбитую с ног сестру обрушивается град ударов, и тут же получила чеканом в лицо. Томасина оттолкнула госпожу назад, и два орка тотчас повалили оруженосицу на спину, раз за разом загоняя под доспех кинжалы. Упала на землю Фелиция — с разрубленным шлемом и пробитой головой…

— НАЗАД!!! — закричал я. — Лайна!

Магичка швырнула заготовленный огненный шар. Громыхнул взрыв, расшвырявший первые ряды нападавших.

— Уходим в острог!

Я помог встать Ристине, и мы без оглядки побежали вверх по холму. В воздухе свистнул очередной болт из стреломёта — что он теперь мог решить… На бегу я пытался сосчитать уцелевших: краем глаза увидел Дорну, Герту, Катержинку, Мару с Ларой, Юи… Очень не хотелось думать о том, сколько доверившихся мне девчат навсегда остались на южном склоне брода через Ан-Двину, окрасив, согласно мрачному пророчеству виконтессы, реку своей кровью.

Риз споткнулась, припав на правую ногу. Я обернулся, чтобы помочь ей встать, и замер. Орочья пехота, перешедшая брод, почтительно расступилась по сторонам, а вверх по склону от переправы во весь опор мчались лютоволчьи всадники, гридни орочьего вождя. Воинская элита зеленокожих решила урвать свою долю славы, и их от нее и наших спин отделяли жалкие мгновения.

— A CHEVÁL! — закричал я. — КАВАЛЕРИЯ!!!

— НА КОНЬ!!! — запоздало скомандовала Дорна, упирая древко в землю. Мы с Риз попытались встать спина к спине, бросив щиты и выставив перед собой острия мечей. Я успел увидеть, как один из лютоволков в прыжке насадился на алебарду сержантессы, а потом орочье копьё ударило в мою кирасу с силой кузнечного молота, и мир вокруг завертелся каруселью.

Упав лицом вверх, я увидел, как оседает на землю Герта, пытаясь зажать руками разрубленное горло. Я попытался встать, и не смог: на мою грудь забрался здоровенный волк, закрывая своей вонючей мордой почти всё поле зрения.

«Надежды нет, с нами Дева.» — пришла в голову фраза какого-то полководца. Почему я думал, что приехал сюда за славой? Почему вообще решил, что могу победить? Что, если я, да и мы все, здесь, чтобы умереть?

А третья дробь тиха и бесконечна:

Солдата Бог ведет за руку в вечность.

Стихает дробь, над Ан-Двиной летя,

Как будто мать баюкает дитя…

Лютоволк посмотрел на меня, утробно рыча, и вцепился мне в глотку.

«Могло ли всё случиться совсем не так?..»

Вспышка!

— Да когда же я сдохну… — взвыл я, в очередной раз увидев знакомый потолок. В голове тут же всплыл анекдот про цирковую лошадь. Как ни странно, это помогло побороть нахлынувшее отчаяние.

— Не ранее, чем научитесь. — послышался голос. — Довольно валяться, юноша.

Я кое-как поднялся на ноги и посмотрел на очередного ментора. Передо мной стоял не старый еще мужчина с аккуратными усами, одетый в доспехи. В глаза мне бросилась отделанная белым