Убийца Богов - Алимран Абдинов
Рикон. Я помнил его смех. Грубый, громкий, неуместный — и такой человечный, что от него становилось теплее даже в самых тёмных подземельях. Помнил, как он терял руку, как отказался от нового оружия, потому что «секира — это не рука, босс, это часть души». Помнил его ворчание, его преданность, его детскую радость от каждой победы.
Это были не образы. Это были люди. Со своими характерами, привычками, слабостями. Я знал их лучше, чем знал самого себя.
И я верну их. Каждого.
* * *
День четвёртый. Пещера Громового Медведя.
Элара нашла логово — пещеру в склоне горы, из которой доносился утробный рёв, от которого дрожали камни. Внутри обитал медведь пятнадцатого уровня, покрытый наэлектризованной шерстью. При каждом ударе лапой он высекал молнии.
Громовой Медведь
Уровень: 15
Бой длился сорок минут. Я использовал призванных — матку плевунов для отвлечения, панцирного жука как живой щит. Оба были уничтожены, но дали мне время нанести серию точных ударов Клинком Уробороса в подбрюшье, где шерсть была реже. Молнии обожгли мне левую руку — кожа покрылась красными ветвящимися шрамами, как трещины на фарфоре.
Внимание! Вы победили Громового Медведя.
Внимание! Получен Уровень 16.
Внимание! Получен Уровень 17.
С медведя выпала душа — мощная, густо-красного оттенка. И артефакт.
Наруч Грозы
Класс: Зелёный
Тип: Наруч (левая рука)
Прочность: 20/20
Броня: +8
Особенность: Раз в минуту позволяет выпустить слабый электрический разряд при ударе.
Я надел наруч на обожжённую руку. Металл был тёплым и гудел от остаточного заряда. Странно, но ожог под ним сразу стал болеть меньше.
День пятый. Ущелье Костяных Гиен.
Стая из двенадцати тварей тринадцатого-четырнадцатого уровня. Худшие из всех противников — быстрые, скоординированные, нападающие группой. Я не мог драться с ними в открытую: дюжина хищников против одного, даже с моими нынешними характеристиками, — верная смерть.
Пришлось использовать «Эхо Памяти». Я вспомнил приём Рикона — «Провоцирующий Рёв», боевой крик рунного варвара, заставляющий врагов фокусировать внимание на кричащем. Не магия — чистая техника, работа голосовых связок и диафрагмы, усиленная боевым опытом.
Способность Эхо Памяти — Активировано.
Воспроизведение приёма: Провоцирующий Рёв.
Воспроизведений осталось: 0/1.
Рёв получился оглушительный. Гиены, сбившиеся в кучу, на секунду потеряли координацию, побежали на меня все разом, толкаясь и мешая друг другу. Я использовал эту секунду, чтобы нырнуть в узкую расщелину, где они не могли напасть больше чем по двое.
Восемь часов. Восемь проклятых часов я стоял в этой расщелине, методично рубя лезущих тварей. Один удар за другим. Убил одну — следующая уже лезет. Клинок Уробороса восстанавливал мне здоровье с каждым убийством, и это было единственным, что не давало мне свалиться.
Двенадцать гиен. Три кристалла.
Внимание! Получен Уровень 18.
Внимание! Получен Уровень 19.
Я вывалился из расщелины, как выжатая тряпка. Меч выпал из руки — пальцы свело судорогой. Элара подбежала с флягой воды. Я пил, лёжа на спине, глядя в небо, и считал.
Девятнадцатый уровень. Один уровень до двадцатого. Один уровень до возможности воскрешения.
Один.
* * *
На шестое утро я встал до рассвета. Элара ещё спала. Я тихо проверил инвентарь, экипировку, характеристики. Распределил оставшиеся очки, вложив львиную долю в интеллект — мне нужна была мана, много маны.
Статус: Дункан Смит
Уровень: 19
Класс: Легат Душ
Титул: Эмиссар
Здоровье: 330/330
Манна: 480/480
Усталость: 12%
Манна — четыреста восемьдесят. Для воскрешения нужно пятьсот. Двадцать единиц не хватает. Один уровень — пять очков характеристик. Если вложу всё в интеллект, манна вырастет на пятьдесят. С запасом.
Один уровень. Один монстр. Одно убийство.
Я взял Клинок Уробороса и вышел из лагеря.
Долго искать не пришлось. Компас привёл меня к скалистому выступу, под которым дремал горный тролль — одиночка, пятнадцатого уровня. Крупный, но предсказуемый. Я знал их слабые места наизусть после первого дня охоты.
Бой длился три минуты. Три минуты холодной, расчётливой, безупречной работы. Никаких лишних движений, никакого героизма. Удар в колено — тролль падает. Удар в горло — тролль хрипит. Удар в висок — тролль умирает.
Внимание! Вы победили Горного Тролля.
Внимание! Получен Уровень 20.
Внимание! Получен особый подарок — Шкатулка Эксперта.
Двадцатый уровень.
Я вложил все пять очков в интеллект.
Манна: 530/530.
Пятьсот тридцать. Хватит.
Руки дрожали. Не от усталости, не от боя. От того, что стояло за следующим шагом. Я сел прямо на землю, рядом с тушей тролля, закрыл глаза и потянулся к нитям памяти.
Они были там. Ждали. Тонкие, светящиеся, протянутые сквозь время и пространство. Серебристая нить Ким. Красная нить Рикона. Десятки других, тише, дальше, но — живые. Потенциальные.
Я взялся за серебристую нить. Сжал. Потянул.
И вспомнил. Не образ. Не лицо. Не приём.
Вспомнил Ким.
Её молчание перед боем — не трусость, а сосредоточенность. Её тихий голос, произносящий «Господин Дункан» с интонацией, в которой уважение переплеталось с заботой. Её вопрос о конце — и мой ответ, который я так и не успел ей дать. Её последний взгляд, полный не страха, а недоумения, когда Хранитель стёр её из реальности.
Я вспомнил её душу.
Внимание! Обнаружено достаточное условие для активации.
Способность «Эхо Памяти» — эволюция!
Новая способность: «Воскрешение из Памяти» — Уровень 1.
Активная способность. Позволяет Легату Душ воссоздать сущность из собственных воспоминаний. Воскрешённое существо сохраняет характер, навыки и воспоминания, существовавшие в памяти Легата.
Стоимость: 500 манны + 5 уровней опыта.
— Воскрешение из Памяти, — прошептал я. — Ким.
Способность Воскрешение из Памяти — Активировано!
Стоимость: 500 манны, 5 уровней.
Текущий уровень: 20 → 15.
Текущая манна: 530 → 30.
Боль. Не физическая — глубже. Будто из меня выдернули позвоночник и тут же вставили обратно. Уровни сгорали, как поленья в камине — я чувствовал, как сила утекает, как тело слабеет, как мир вокруг тускнеет. Цена была чудовищной.
Но перед закрытыми глазами серебристая нить засияла. Ярче, ярче, ослепительно ярко — и лопнула, разлетевшись на тысячу искр.
Я открыл глаза.
Передо мной стояла Ким.
Не призрак. Не полупрозрачная тень, не голубоватый контур. Живая. С кожей, с румянцем, с каштановыми волосами, которые трепал горный ветер. В руках — лук, который она сжимала так, будто никогда его не отпускала. Глаза — широко раскрытые, растерянные, влажные.
Она посмотрела на свои руки. Потом на меня. Потом снова на руки.
— Господин… Дункан? —
