Убийца Богов - Алимран Абдинов
Душа: Панцирный Трупоед.
На третий день, ближе к вечеру, я убил ещё двух одиночных монстров — какое-то подобие горной рыси с удлинёнными клыками, и безымянную тварь, похожую на ходячий куст с когтями. Оба были седьмого уровня и сопротивлялись яростно.
Рысь оказалась особенно неприятной — быстрая, ловкая, с повадками опытного охотника. Она кружила вокруг меня, выжидая момент, а потом бросалась короткими, молниеносными рывками, целясь в горло. Я получил глубокую царапину на щеке и порез на бедре, прежде чем сумел загнать её в угол между двумя валунами и добить.
Ходячий куст был проще, но гаже: его когти оставляли раны, которые чесались и гноились. Пришлось потратить одну из марфиных кровянок, чтобы снять воспаление.
Кровянка использована. HP восстановлено: +5. Статус «Воспаление» снят.
Эти пять очков здоровья ощущались как подарок небес. В прежние времена пять хитпоинтов были ошибкой округления. Теперь — разница между «могу идти» и «лежу в канаве».
К вечеру третьего дня, уставший, ободранный, но живой, я сел у дорожного камня и открыл окно статуса. Накопленный опыт наконец перевалил через порог.
Внимание! Получен Уровень 10.
Внимание! Получен особый подарок — Шкатулка Ученика.
Десятый уровень. Шкатулка Ученика. В первый раз, целую вечность назад, из такой шкатулки я получил случайный артефакт — сапфировый браслет, восстанавливающий манну. Маленькая, почти бесполезная вещица, которая тем не менее спасла мне жизнь не один раз.
Что выпадет теперь?
Я достал шкатулку из инвентаря. Она была похожа на предыдущую, только чуть крупнее и тяжелее. Орнамент из переплетённых нитей стал гуще, сложнее, и среди линий я различил крохотные символы, напоминающие руны.
Пальцы слегка дрожали, когда я поднимал крышку. Не от холода. От предвкушения.
Шкатулка Ученика раскрыта!
Содержимое шкатулки: Случайный артефакт!
Внутри лежал меч. Не кинжал, не кольцо, не браслет — полноценный одноручный меч, чуть длиннее моего нынешнего, с клинком из матово-чёрного металла и рукоятью, обвитой тёмной кожей. На гарде была выгравирована змея, кусающая собственный хвост — уроборос.
Клинок Уробороса
Класс: Зелёный
Тип: Меч (одноручный)
Прочность: 30/30
Атака: +18
Особенность: С каждым убийством восстанавливает 3% здоровья владельца. Не подвержен коррозии.
Я взял меч в руку и почувствовал, как пальцы идеально ложатся на рукоять. Баланс был великолепен — ни перевеса на клинок, ни тяжести в руке. Клинок словно продолжение ладони. А главное — восстановление здоровья при убийстве. Три процента от каждого поверженного врага. При моих нынешних ста восьмидесяти хитпоинтах это чуть больше пяти единиц за убийство. Мелочь. Но в затяжном бою с несколькими противниками — вопрос жизни и смерти.
И ещё: «Не подвержен коррозии». Это значило, что кислотная кровь плевунов или любая другая дрянь не разъест клинок. Мой старый меч наёмника уже покрылся выщербинами и пятнами от кислоты. Клинок Уробороса был создан для этого мира, этой эпохи. Его нельзя было аннулировать как «парадокс из будущего».
Я убрал меч наёмника в инвентарь — как запасной — и экипировал Клинок Уробороса. Чёрное лезвие блеснуло в лучах заката, и я позволил себе несколько пробных взмахов. Воздух пропел. Хорошо.
— Ну, здравствуй, — сказал я мечу. Привычка разговаривать с оружием у меня, кажется, из прежней жизни. — Постарайся не подвести.
Оставалось распределить пятнадцать свободных очков. Я задумался. Сила росла, и разница уже чувствовалась: удары стали тяжелее, хват — крепче. Но для того, что мне предстояло — Железные Холмы, башня, возможная встреча с Хранителем Знаний — мне нужна была не только грубая мощь. Мне нужны были мозги. И чутьё.
Интеллект на девятке. Я закрыл глаза и ощутил, как мир вокруг стал чуть более… понятным. Не в смысле «я вижу скрытые послания в облаках». Скорее — связи между вещами стали очевиднее. Я мог одновременно анализировать звуки леса, направление ветра, положение солнца и состояние своего тела, не теряя при этом нити размышлений. Как хороший шахматист, который видит доску целиком, а не одну фигуру.
Восприятие на шестёрке — и вот тут разница оказалась ещё заметнее. Я чувствовал… не эмоции, нет. До настоящей эмпатии было далеко. Но я ощущал присутствие. Живое тепло. Энергию. Если раньше лес казался набором деревьев и кустов, то теперь я слышал его — не звуками, а чем-то глубже. Пульс жизни в каждом стволе, в каждом корне. И среди этого пульса — тёмные пятна. Места, где жизнь отсутствовала. Мёртвые зоны.
Одна из таких мёртвых зон лежала прямо по курсу. Большая, как озеро. Пустая, как гроб.
Железные Холмы.
* * *
На четвёртый день я увидел их. Не холмы — скорее горбы земли, выпирающие из равнины, как позвонки гигантского ископаемого. Красноватая порода проступала сквозь чахлую траву, и издалека холмы выглядели ржавыми — отсюда, видимо, и название.
Башня стояла на центральном, самом высоком холме. Даже издалека она производила впечатление. Не красотой и не размером — нет, она была относительно невелика, может, метров сорок в высоту — а ощущением неправильности. Башня не вписывалась в пейзаж. Она не росла из земли, как обычные постройки, а словно была воткнута в холм, как нож в стол. Стены из чёрного камня, не похожего ни на что в округе. Ни окон, ни бойниц. Только узкая щель входа у основания.
И тишина. Абсолютная, мёртвая тишина. Ни птиц, ни насекомых, ни ветра. Трава вокруг башни была серой, как пепел. Деревья — голые, без единого листа, их ветви торчали в небо, как костлявые пальцы.
Компас Охотника на моей груди крутился как безумный, стрелка металась из стороны в сторону, не в силах определить направление главной угрозы. Слишком много опасности вокруг. Или одна, но настолько большая, что компас не мог её локализовать.
— Понял, — сказал я компасу. — Тут всё опасно. Спасибо за информацию.
Я не стал подходить к башне сразу. Вместо этого обошёл холмы по периметру, держась на расстоянии, изучая подходы. Профессиональная деформация, если можно так сказать — чередаприключений научили меня одному золотому правилу: никогда не входи в логово врага через парадный вход. Особенно когда враг ждёт тебя.
Обход занял два часа. За это время я выяснил три вещи. Первое: вход в башню действительно только один. Второе: вокруг
