Убийца Богов - Алимран Абдинов
И я только начал.
Глава 7
Крепкий орешек
Второй плевун поджидал в тридцати метрах от первого. Я почувствовал его раньше, чем увидел — восприятие, даже на жалкой тройке, уже начинало работать. Лёгкое покалывание в затылке, едва уловимый запах кислоты, чуть более густой, чем фоновая вонь шахты. Я остановился, поднял факел повыше и увидел шесть красных точек на потолке.
На этот раз я не стал ждать атаки. Метнул второй нож Торна — последний метательный — и попал твари в переднюю лапу. Не смертельно, но достаточно, чтобы она сорвалась с потолка и шлёпнулась на пол, потеряв преимущество внезапности.
Бой был короче, чем первый. Я уже знал анатомию этих тварей: мягкое место под хитиновым гребнем, слепая зона справа при повреждённом глазе, задержка в полторы секунды между плевками. Знание — это оружие, которое не ржавеет от кислотной крови.
Три удара. Тварь легла.
Внимание! Вы победили Шестиглазого Плевуна.
Уровня не дали — видимо, для перехода на шестой нужно было больше опыта. Я залутал тушу: хитиновый щиток, ещё одна железа кислоты и — наконец — кристалл.
Душа: Шестиглазый Плевун.
Третий кристалл в коллекции. Разбойник, вепрь, плевун. Не армия, а скорее кружок юных натуралистов. Но для начала сойдёт.
Правый проход оказался длиннее, чем я ожидал. Он вился вниз, как кишка, постепенно расширяясь, и привёл меня в просторную камеру, где когда-то, судя по остаткам инструментов и ржавым тележкам, находилась перевалочная точка для руды.
Здесь я убил ещё троих плевунов. Каждый бой давался легче предыдущего — не потому что я становился сильнее (рост от четвёртого до пятого уровня почти не ощущался), а потому что моё тело вспоминало. Мышечная память, выкованная сотнями сражений, потихоньку просачивалась сквозь слабость нового тела. Я начинал двигаться не как библиотекарь с мечом, а как боец, которого временно лишили силы.
После третьего плевуна система наконец сжалилась.
Внимание! Получен Уровень 6.
Пять очков. Я задумался. Интеллект до сих пор оставался на двойке, и это бесило. Раньше, с интеллектом за девяносто, я мог анализировать бой в реальном времени, просчитывая действия на три хода вперёд. Сейчас мне приходилось полагаться на рефлексы и опыт, а голова работала как калькулятор на севших батарейках.
Два в силу, одно в скорость, два в интеллект. Компромисс.
Статус: Дункан Смит
Уровень: 6
Здоровье: 140/140
Манна: 100/100
Усталость: 38%
Сила: 7
Ловкость: 5
Скорость: 6
Выносливость: 5
Интеллект: 4
Восприятие: 5
Как только интеллект перешёл с двойки на четвёрку, я физически ощутил разницу. Не откровение, не вспышка гениальности — скорее, как если бы кто-то протёр запотевшее стекло. Мысли стали чётче, связи между фактами — яснее. Я вдруг понял, что камера, в которой я стоял, была не просто перевалочной точкой. Рельсы на полу вели в три направления: два назад, к уже зачищенным проходам, и один — вниз, в темноту. Главный ствол шахты.
Вот там и будет гнездо. И босс.
* * *
Главный ствол шахты уходил вниз под крутым углом. Рельсы здесь были шире и крепче — по ним когда-то гоняли тяжёлые вагонетки с рудой. Стены блестели от влаги, и с каждым шагом запах кислоты усиливался, превращаясь из неприятного в удушающий.
Я обмотал лицо полоской ткани, которую дала Марфа, — травница предупреждала, что в шахте может быть «дурной воздух». Помогло слабо, но хоть что-то.
Через пятьдесят метров спуска я услышал их. Не одного и не двух — десяток, может больше. Шорох лап, тихое клацанье клыков, влажное бульканье в глотках, готовых выплюнуть кислоту. Свет факела выхватил из тьмы множество красных точек. Глаза. Десятки пар глаз.
— Твою мать, — прошептал я.
Гнездо выглядело как ночной кошмар арахнофоба. Огромная каверна, вся затянутая чем-то похожим на паутину, но плотнее и липче. На стенах, потолке, полу — коконы. Внутри некоторых угадывались очертания животных: коз, собак, чего-то крупнее. В центре каверны, на возвышении из спрессованной паутины, громоздилось нечто, при виде чего мой желудок сделал попытку покинуть тело через горло.
Матка Плевунов
Уровень: 8
Она была раз в пять крупнее обычных плевунов. Восемь глаз вместо шести, каждый размером с мой кулак. Толстый хитиновый панцирь покрывал всё тело, а из-под брюха свисал раздутый мешок, пульсирующий зеленоватым светом — там зрели яйца.
Вокруг матки сновали семь обычных плевунов. Рабочие. Охрана. Они суетливо бегали между коконами, что-то подтаскивали, что-то жевали.
Семь плевунов пятого уровня и одна матка восьмого. Против меня — четвёртого. Нет, уже шестого, но разница всё равно чудовищная.
В прежней жизни я бы призвал армию и просто задавил их числом. Сейчас — у меня три кристалла: разбойник, вепрь и плевун. Даже если призову всех троих, четверо против восьми — самоубийство.
Я отступил за выступ стены и задумался. Интеллект, даже на четвёрке, требовал плана. И план пришёл — неуклюжий, грязный, отчаянный. Но единственный, который мог сработать.
Железы кислоты. У меня их было три — с каждого убитого плевуна по одной. Система определила их как ингредиенты, но я-то знал, что кислота — это оружие. Вопрос в том, как его использовать.
Я достал из инвентаря все три железы и осторожно положил на камень. Каждая была размером с яблоко, полупрозрачная, с мутной зеленоватой жидкостью внутри. При надавливании мембрана прогибалась, но не лопалась. Прочная штука.
Затем я осмотрел каверну ещё раз, уже с тактической точки зрения. Вход один — тот, через который я пришёл. Потолок высокий, но неровный, с выступами и сталактитами. Паутина на стенах — легковоспламеняемая? Скорее всего, да. Пауки-мутанты, кислота, органическая паутина — всё это должно гореть.
План:
Первое — поджечь паутину на входе, отрезав путь к отступлению. Для них, не для меня. Я знал, что огонь заставит мелких плевунов паниковать — насекомоподобные существа боятся огня инстинктивно.
Второе — швырнуть железы кислоты в скопление рабочих. Кислота своих не щадит.
Третье — призвать все три души и натравить их на матку, пока рабочие разбегаются в панике.
Четвёртое — добить матку, используя «Эхо Памяти». Один приём. Один шанс. Нужно выбрать правильно.
Чей приём? Я закрыл глаза и начал перебирать воспоминания. Рикон — грубая сила. Ким — точность. Мастер Йо — скорость и техника. Княгиня Шафак — телекинез, но у меня нет магии такого уровня. Камилла — ярость, но слепая.
И тут я вспомнил. Не человека.
