Отморозок 10 - Андрей Владимирович Поповский
Он прищурился и зло усмехнулся.
— А Потапов, между прочим, в последнее время что-то быстро звездой себя почувствовал. Раньше понимал, где его доля, а где чужая земля. А сейчас уже начал многое себе позволять. Разговаривает так, будто это он мне в Энске воздух дает, а не я ему жить спокойно позволяю, и от своих щедрот отстегиваю долю немалую.
Фрол едва заметно кивнул.
— Я потому и пришел. Сейчас вокруг Ивана сюрпризы совсем ни к чему.
— Хорошо, — тихо сказал Вахо. — Дальше.
Фрол положил мощные ладони на стол.
— Это еще не все. Я сначала сам не придал этому нужного значения. А потом, когда всплыл Юра и его мать, один старый хвост встал на место.
— Какой еще хвост?
— Три с половиной года назад. После той истории на даче, где легли Земеля и его люди, перед тем как прийти к нам, Ваня искал одного молодого парня.
Вахо посмотрел на него уже внимательнее.
— Так.
— Искал в Москве. В районе Новогиреево. По его словам — парень работал дворником на Сталеваров. Я это тогда запомнил потому, что сам не понимал, зачем Ване понадобился какой-то дворник.
— Он тебе так и сказал?
— Не все сказал. В общих чертах обрисовал, что случилось там на даче. О парне том странном упомянул, которого хотел найти… Искал он дворника в районе Новогиреево. Мне тогда это особо не интересно было… Другие важные дела были.
Вахо чуть склонил голову набок.
— А сейчас ты полез проверять?
— Полез. Уже потом, когда узнал, что Иван заглядывал к матери Костылева. Проверил несколько ЖЭКов в тех краях, там подняли бумаги. На Сталеваров действительно числился дворник — Юрий Костылев.
В кабинете повисла тишина.
Вахо не шевелился несколько секунд. Потом очень медленно взял кусочек персика, но есть не стал, а просто покрутил его на вилочке.
— То есть, — спокойно сказал он, — ты сейчас мне говоришь, что тот самый парень с дачи, который положил троих на даче и Юра Костылев — один человек?
— Возможно.
— Насколько возможно?
— Настолько, насколько можно быть уверенным без прямого признания Ивана. — Фрол выдержал его взгляд. — Слишком много совпадений. Район. Улица. Работа. Возраст. То, как Ваня потом искал парня. И то, что он приходил к его матери…
Вахо отложил вилку.
— Продолжай.
— После того вашего разговора с Юрой в кабинете, Ваня сам подошел ко мне и спросил, кто такой этот парень. Не по вашему делу спросил, а именно так, будто его самого это крепко задело. Тогда я решил, что он просто заинтересовался. Теперь понимаю — он тогда узнал его, или подумал, что узнал.
Вахо медленно кивнул, а потом вдруг коротко усмехнулся себе под нос.
— Вот даже как.
Фрол ничего не сказал.
Вахо встал, подошел к окну, оттянул край шторы и посмотрел в темноту двора. За стеклом желтели фонари, у черного входа стояла чья-то машина, ветер раскачивал ветви деревьев.
— А ведь именно Ваня тогда сидел за стеной со стволом на страховке, — сказал он, не оборачиваясь.
Фрол приподнял глаза.
— Да.
— И Юра сидел у меня в кабинете. Передо мной. — Вахо отпустил штору. — Если бы они вдвоем хотели сделать что-то плохое, момент был почти идеальный. Один передо мной. Второй за стеной со стволом. Лучше случая не придумать.
Он обернулся.
— Но они ничего не сделали.
— Да.
— Значит, если между ними и есть связь, то она не против меня.
Фрол чуть помедлил.
— Скорее всего.
— Скорее всего, — передразнил его Вахо без злости. — Ты сегодня скупой на слова, Саша.
— Потому что здесь лучше недосказать, чем добавить враньем.
— Это верно.
Вахо вернулся к столу, сел и какое-то время молчал. Потом посмотрел на Фрола уже без насмешки.
— Что ты сам думаешь?
Фрол пожал плечами.
— Думаю, между ними старый долг, или старая тайна. Что-то очень личное. Такое, о чем Ваня не захотел говорить ни мне, ни вам. И не потому, что крыса. Если бы он решил играть против нас, мы бы это уже почувствовали. Но и просто так, он это держать не стал бы. Значит, там что-то серьезное.
— Да, — тихо сказал Вахо. — Ваня не крыса. Я бы уже понял, будь это иначе…
Он снова взял ножичек и стал чистить уже грушу, так, будто мысли у него шли отдельно, а руки работали сами.
— Знаешь, что мне в этом всем не нравится? — сказал он. — Не то, что Ваня как-то с этим Юрой связан. Это как раз бывает. Жизнь длинная, узлы и пересечения в ней могут случиться всякие. Мне не нравится, что рядом со мной есть история, в которую меня пока не пригласили. А я не люблю, когда у меня под боком есть темный угол, в котором непонятно, что творится.
Фрол ничего не ответил.
— Но и лезть в этот угол с фонарем сейчас глупо, — продолжил Вахо. — На Ване сейчас слишком много держится. Если его дернуть в лоб, он закроется. А мне этого не надо. Особенно сейчас, когда Потапов и так начал уже берега путать. В Москве мне нужен не дерганый Ваня, а спокойный и надежный Ваня. С ясной головой.
— Я тоже так думаю.
— Что по самому Костылеву?
— После нашей попытки узнать о нем в части, где он служил, закрутились очень неприятные колесики. Мой человек тогда еле ушел. Мы тогда с вами решили, что он попал в зону интересов либо КГБ, либо военной разведки. Вы распорядились, чтобы я оставил попытки разузнать о нем в лоб, но за его домом приглядывал и держал руку на пульсе.
— Ну и как, ты держал? — Остро посмотрел на Фрола Вахо.
— Немного подзабыл за остальными, более важными делами, — покаялся Фрол. — Но, когда всплыло знакомство Вани и Юры, снова пробил информацию.
— Юра, по идее, должен был уже вернуться из армии. Я тоже за делами о нем совсем позабыл. — Задумчиво сказал Вахо, а потом оживился — Кстати, если ты помнишь, у меня его деньги на хранении. Большие деньги — тридцать тысяч рублей, которые я по его просьбе, перевел в доллары. Получилось чуть меньше десяти тысяч. И что интересно, Юра тогда был прав. Пошел разгон инфляции. И доллар уже неплохо вырос в цене и еще будет расти. Все, как он и сказал пару лет. Вот только откуда он это знал?
— Не представляю —
