Способ есть. Как настроить себя на стройность - Сергей Михайлович Обложко
В общем, пытаюсь всеми силами проявлять диетологическое человеколюбие и стою на том мнении, что правильное питание – для человека, а не человек – для правильного питания. Но по опыту я, конечно же, знаю, что бывают срывные продукты. Это те, с которыми проще не начинать, чем остановиться.
Как обычно, небольшая история вначале.
У Оксаны Родионовны[2] выдался единственный за долгое время нормальный выходной. И так как больше остального она любила, чтобы во всем был порядок и глядеть на красоту – занятие, которое делало ее очень счастливой, – этот день она, конечно же, решила посвятить себе. Мыла, стирала, убиралась… одним словом, отдыхала. Все близкие разбежались от нее по своим делам, и под звуки пылесоса она вовсю наслаждалась личным временем и во весь голос подпевала своим любимым песням. Был прекрасный солнечный день, и несложная работа спорилась.
И вот, переделав большую часть накопившихся неотложных дел, наконец она добралась до полудня. Перед тем как перейти ко второй половине выходного, в котором ей так хотелось просто почитать книжку, сидя в уютном кресле, она на мгновение остановилась. Взяв в руки забытый ребенком томик Достоевского «Бесы», чтобы переставить на полку, она с удовлетворением оглядывала результат своих усилий. В квартире, куда не кинь взор, всюду были красота, чистота и всякой вещи было свое место.
«Как все-таки приятно видеть результат своих усилий, – подумала Оксана. – В гостиной – порядок, во всех комнатах – порядок, в прихожей – порядок, на кухне…»
И на кухне, в общем-то, тоже порядок. Но вдруг, будто бы запнувшись, взгляд ее остановился на столе, прямо по центру которого, какая-то потерянная и словно отставшая от поезда, небрежным бруском лежала халва.
«Надо бы убрать», – подумала Оксана. Но помедлив и присмотревшись, вдруг обратила внимание, что халва какая-то… неровная. Во всем вроде идеальный параллелепипед, а с одной стороны как будто кто-то резал и, не завершив действия, оставил маленькую ступеньку.
– Непорядок, – как будто какой-то голос прозвучал внутри.
Есть она вообще не собиралась, даже мысли такой не было.
«Просто подровняю. Подскребу халву с одного края, чтобы ровный брусочек уже красиво лежал на тарелочке. Вернутся муж и дети, пусть тоже красоте и чистоте порадуются».
Вооружившись подобающим такому случаю кухонным прибором, Оксана немного поскребла халву с неровного края. Получилось просто замечательно – идеально ровная геометрическая фигура, хоть сейчас пригодная для фотографии.
«Как Микеланджело», – подумала Оксана, похвалив себя за любовь к порядку и тягу к знаниям.
Но вот незадача, после произведенных улучшений от халвы немного крошки остались. А она есть вообще не хочет и даже в планах такого не было. Что же делать-то? С крошками? Это же крохи, пыль, ничтожное количество.
– Ну чего от них будет? Ну не выбрасывать же? – продолжал нашептывать голос внутри.
Что тут долго рассуждать? Как лебедь белая, Оксана махнула крылом, хоба, вот и нету крошек. И вся недолга.
И как только нежданная халва попала в рот, все вокруг как будто закрутилось и завертелось. В кухне стало немного светлее и просторнее, приятная сладость теплой волной разливалась по телу. Свежая, обворожительная, нежная и вкусная какая!
– Хороша, надо будет обязательно у мужа спросить, где такую берет. Но нет, есть я вообще не собиралась, и до обеда еще далеко. Пойду-ка книжку лучше почитаю, – твердо сказала себе Оксана. Собрав всю волю в кулак, она развернулась и направилась к выходу.
И, уже будучи совсем в дверях, Оксана снова остановилась и как бы на прощание оглянулась, чтобы проверить. Против воли глаза ее снова остановились на халве. И, о ужас, халва оказалась такая свежая и рассыпчатая, такая пушистая, что только сейчас Оксана увидела, что, пока она ее подравнивала, противоположный угол обсыпался. Пусть немного, но заметно.
Снова получилось не очень ровно.
– Непорядок, – повторил голос внутри. – Надо еще подровнять. Чуть-Чуть.
Подровняла еще. Немного с краев поскребла, потом еще выровняла. И, уже полностью сев за стол, стремительно, не помня себя, сровняла половину бруска.
Медленно, как после наркоза, к Оксане возвращалась способность мыслить и рассуждать. Как будто приходя в себя после помутнения, она отметила, что в общем-то наелась и хорошо стало, и можно к работе возвращаться. И вообще, поела немного – и будет.
Но вдруг опять потянулись уже знакомые мысли, как будто голос какой-то в голове шепчет все громче:
– Ой, что ж ты наделала. Сейчас же близкие придут и сразу увидят, что кто-то половину халвы сточил. И они этот детектив очень быстро разгадают. Этот ребус для них станет очень несложным. Начнут тебя стыдить и позорить: «А ведь обещала нам, что будешь худеть. Клялась есть только правильное. А вот поди ж ты, нельзя уже тебя с халвой вдвоем в пустой комнате оставить». Надо скрывать следы преступления. Доедай уже. А потом сбегаем в магазин, купим точно такую же и положим на то же самое место, чтобы муж и дети ничего не заметили. И как будто не было ничего.
Как будто ничего не было.
Остаток дня Оксана провела в суете. Солнце, хотя и затянуло тучами, но было еще высоко. Просто посидеть в кресле и почитать книжку так и не получилось. Ведь всегда найдется вкусное, с которым проще не начинать, чем остановиться.
Следующая наша тема – плохая еда, есть ли такие продукты, которые лучше не есть совсем.
В программах по снижению веса, ну и вообще во всей науке о правильном питании есть странный парадокс, своего рода неприятное противоречие, и мимо этой диалектики, к сожалению, никак не пройти.
С одной стороны, нормальные специалисты по снижению веса, вменяемые диетологи всегда против жестких рестриктивных способов похудения, мы всегда за человеколюбивую диетологию.
Мы всегда стремимся к тому, чтобы человек наедался, чтобы было вкусно, предлагаем полезные десерты, напоминаем о важности интересного и разнообразного питания. Да, для снижения веса нужен дефицит калорий. Но ведь мы можем создавать его по-разному. Мы стараемся, чтобы человеку было хорошо в процессе перехода на правильное питание. Не только потому, что мы сердобольны, но еще и потому, что так повышаются шансы, что человек не сорвется, дойдет до финиша, а не до ручки. И у нас будет хорошая статистика.
И мы
