Моя мама – уборщица - Чжан Сяомань
Отбыв из старого дома, что находился в горах, они дошли по горному серпантину до остановки, а потом доехали до уездного города. По дороге еще нарвали дикорастущих огурцов, тыковок и клубневого лука. За день до отъезда мать собрала всех сородичей в уездном городе и устроила пышный обед. Даже заболевшая тетушка по папиной линии смогла прийти.
Среди нескончаемого потока дел на весну 2020 года мать обрела редкую возможность отдохнуть. Вместе с отцом они арендовали участок на 20 соток в пригороде уездного центра, прямо у подножия гор, и посадили зерновые и овощи. В дни, когда не удавалось заработать, мать вместе с тетей на этом наделе выращивали кукурузу, капусту, цветы и арахис. И еще договорились вместе ходить в горы, собирали чайные листья, выкапывали пастушью сумку, шли на реку стирать белье, обедали вместе с родственниками, много ходили и долго говорили. В день, когда мать отбывала из уезда, кунжут еще не подоспел. И весь участок перепоручили заботам тетушки.
В ожидании дня отъезда мать все еще попробовала поискать работу на родине. Но все напрасно. Сначала мать пошла на окрестную свиноферму, собиралась снова взяться за стряпню. Но ее подвела нога. Через силу мать отработала полмесяца, получила свои 500 с небольшим юаней и вернулась домой.
Передохнув чуток, устроилась продавщицей в супермаркет прямо рядом с домом. Работала заведующей отделом свежей зелени. Каждый день ей приходилось перебирать более 500 килограммов овощей. У нее под ногтями постоянно скапливалась грязь. Матери очень хотелось научиться пользоваться весами. Это была самая ненапряжная работа в супермаркете. Мать попросила отца записать для нее на бумажке названия и стоимость всякой разной зелени и зазубрила цены по нескольким десяткам позиций. Однако работу эту она все-таки не получила. Юнец, также претендовавший на пост весовщика, прознал, что мать только зазубривает все, и всеми силами стал чинить ей препятствия. Книг мать, разумеется, прочла совсем мало, но ненавидела, когда люди относились к ней с пренебрежением. В порыве праведного гнева она бросила работу. Хорошо, что заработала хоть 2000 с небольшим юаней.
Наступил май. Пришла пора собирать урожай горного чая, и уездная фабрика стала зазывать на работу женщин. Прослышав об этом, мать договорилась с тетушками, с которыми была хорошо знакома. Они каждый день вовремя выходили на работу и работали на конвейере по десять с лишним часов за 5 юаней за час. На такой работе много ходить не надо, зато приходится долгое время сидеть на одном месте. От отсутствия движения ноги у матери иногда опухали – приходилось брать отгулы, чтобы восстановиться. Трудолюбие у нее заложено, можно сказать, на генетическом уровне, впрочем, как и страх нехватки денег. Если где-то есть возможность подзаработать – она не преминет воспользоваться ею.
Мать продержалась на фабрике до самого конца чайного сезона. Все заработанные суммы она аккуратно записывала в тетрадочку. В общем получилось 5000 с лишним юаней. Однако с тех пор, как мать покинула уездный центр и вплоть до момента, когда я закончила писать книгу, оплаты этой работы мы так и не дождались. У нас в родном краю принято выплачивать деньги за несколько дней до Праздника Весны. Три раза подряд перед новогодними каникулами мать писала в Вичат и каждый раз получала один и тот же ответ: «Извиняйте».
На август мать подыскала себе новую работенку. В окрестностях уездного центра стали собирать грибы, и понадобились люди, которые бы их чистили. Начальник жил в том же пригороде. Каждый день в пять утра мать поднималась сама и будила отца, они отправлялась к дому работодателя, где с утра до вечера возились с грибами. Когда грибов было много, родители возвращались домой уже глубокой ночью. Каждый день им удавалось загрести по 100 юаней да что-то по мелочи. К концу сезона сбора грибов у матери с отцом на двоих вышло чуть больше 1000 юаней.
Все работы, на которые мать устраивалась в первой половине 2020 года, по сути были батрачеством, но с большими перебоями: каждая новая работенка – стряпня, перебор чайных листьев, обработка грибов – длилась по времени все меньше и меньше… И все это был изматывающий физический труд.
К сентябрьской поездке мать морально готовилась слишком долго. К счастью, она все-таки решилась ехать, воспользовавшись моментом, когда вся страна уходит на праздники по случаю Дня образования КНР[12]. Мать впервые села на поезд дальнего следования и отправилась в далекое путешествие.
До приезда в Шэньчжэнь мать доезжала максимум до Лояна. В 2014 году она там «катала шары» на ванадиевом прииске. За каждую вагонетку ей платили по 1 юаню и 4 мао[13]. В месяц мать зарабатывала более 2000 юаней. Устроилась она на рудник в феврале, а вернулась домой уже в апреле. Не потянула тяжелую работу.
Я купила родителям билеты в плацкартный вагон поезда, отправлявшегося в первой половине дня 26 сентября 2020 года из уездного центра, он шел прямо до Шэньчжэня. После ночи с бесконечными звонками и голосовушками в Вичате мать и отец наконец-то прибыли в пункт назначения.
Я приехала встречать их на Северный вокзал Шэньчжэня.
Мать была в рубашке с длинными рукавами и в штанах. Первое, что она сказала, увидев меня:
– Какая у вас жарища!
Родители привезли с собой массу вещей, которые они тащили на спине и еле удерживали в руках. По большей части это был урожай с того самого участка, который они арендовали семь месяцев за 20 юаней, – кулечки высушенных на солнце и готовых к употреблению продуктов: сушеные грибы-муэр, сушеные горчичные листья, сушеные кусочки тыквы, сушеный острый перец и сушеная кукуруза. Еще мать привезла с собой белые-пребелые грецкие орехи с дерева перед нашим старым домом, сделанный по традиционной рецептуре острый соус от тетушки и купленные в гипермаркете КТ-МагГ[14] в уездном центре две пары обувки с мягкой подошвой и квадратными рантами, наподобие туфель Мэри Джейн. В них мать собиралась искать работу.
– Твоя мамка все делает на совесть, – заметил отец.
В багаже у родителей также обнаружились недоеденные снэки, яблоки, освежающие напитки, булочки, молочка… Это родственники постарались основательно затарить
