Исправительный дом - Никки Френч

у Люка были отношения с отцом?

– Вы хорошо знаете. Люк ведь приходил к вам на свидание.

– Мне бы хотелось знать ваше мнение на сей счет.

– Стюарт не был идеальным отцом. С другой стороны, Люк тоже не ангел.

– А как это проявлялось?

– Они постоянно спорили. Люк чувствовал, что не оправдывает ожиданий отца.

– Отчего он это чувствовал?

– Потому что не оправдал.

– То есть он злился на Стюарта?

– О, мы поистине жили в доме гнева! – вздохнула Лора.

– Почему же Люк вернулся?

– Рождество же. Семейный праздник, – добавила Лора без иронии.

– Но в прошлые годы Люк не приезжал на праздник.

– Откуда у вас такие сведения?

– Соседи рассказали. Еще до того, как произошло убийство.

– Это не имеет никакого отношения к делу.

– То есть тот факт, что изгнанный из дома сын ни с того ни с сего возвращается в отчий дом именно в день убийства своего отца, является простым совпадением?

– Вы говорите о моем сыне! – потемнело от гнева лицо Лоры.

– Я просто спрашиваю вас.

– А, вот в чем заключается ваш план? Вы хотите облить непричастных людей грязью и запутать расследование?

– Нет. Этим как раз занимаются юристы. Я же хочу знать правду.

– Ладно. Я отвечу на вопрос, который вы боитесь задать. Нет, Люк не мог убить своего отца, спрятать его тело, а потом солгать на допросе. Он не способен на такое!

– Странный способ заявить о невиновности.

– Что вы имеете в виду?

– Вы же не говорите, что он не делал этого. Вы утверждаете, что Люк не способен на убийство, даже если бы и хотел этого.

– Это одно и то же! – подалась вперед Лора. – Я уверена, что он не убивал.

– Потому что вы его мать?

– Просто я знаю.

Обе женщины откинулись на спинки стульев, и Табите показалось, что напряжение у Лоры постепенно спадает. О чем бы еще ее спросить?

– Вы придете на судебное заседание?

– Я буду свидетелем.

– О чем же вы будете свидетельствовать?

– Не знаю, можно ли мне вам об этом рассказывать.

– Дело в том, что сторона обвинения обязана по закону предоставить мне свои свидетельства. Вот если бы я стала вам угрожать или просить изменить свои показания, тогда это могло бы незаконно.

– Вы что, собираетесь мне угрожать?

– Нет. Не хотите – не говорите.

– Я рассказала полиции о том, как Стюарт отреагировал на ваше возвращение в Окхэм, – спокойно сказала Лора.

– И как же?

– Стюарт был по-настоящему разбит. Потрясен. Он сказал мне, что встретил привидение. А затем потребовал, чтобы мы выставили наш дом на продажу.

– Не слишком ли?

– Стюарт был очень напуган. Я никогда его не видела в таком состоянии.

Какое-то время Табита пыталась подобрать слова. Ей и в голову не могло прийти, что Стюарт мог ее бояться. Ей казалось, что ему либо все равно, либо он считает ее полным дерьмом.

– А вы-то сами что обо всем этом думали?

– Я давно простила его, – совершенно лишенным эмоций голосом произнесла Лора.

Она собралась уходить, и Табита тоже поднялась со своего стула. Она пыталась вспомнить, о чем еще хотела спросить Лору.

– Я видела записи камеры наблюдения. В половине одиннадцатого Стюарт уехал из дома. Как вы помните, дорогу перегородило деревом, и он скоро вернулся. Вы не знаете, куда он собирался?

– Нет.

– Я ознакомилась с материалами обвинения. У Стюарта на тот день ничего не было запланировано. А не было ли у него какого-нибудь постоянного места, куда он ездил по таким дням?

– Нет.

– Вы не думаете, что это странно?

– Единственное, о чем я думаю, это то, что, если бы не проклятое дерево, Стюарт был бы сейчас жив.

– Да, это так. Странная мысль…

– Скоро будет суд.

– Это точно.

Когда они стали прощаться, Табита было заколебалась, может ли она задать такой вопрос вслух, но все же решилась:

– Вы так и не сказали, почему согласились прийти сюда.

– Я и сама не знаю.

– А мне кажется, что я догадываюсь. Вы не верите в то, что я убила вашего мужа.

– Я уж и не знаю, во что тут верить, – ответила Лора, повернулась и медленно двинулась к выходу, обходя переговорные столики.

Глядя ей вслед, Табита думала о том, что на самом деле побоялась спросить. Возможно, Лора и в самом деле считала ее невиновной, а быть может, и нет, – ей было все равно. Или ей было еще что-то известно про это дело. Или она боялась кого-то…

Глава 37

Табита снова и снова перечитывала свои записи, пока не выучила всё наизусть. Это подействовало на нее успокаивающе. Теперь она могла лечь на свою койку и прокрутить весь этот фильм в голове. Вот она вышла на улицу в холодное девонширское утро, вот зашла в магазин. Она вспоминала это раз за разом, пока изображения не вошли в некий ритм, словно в музыкальном произведении. Приехал школьный автобус, а затем вернулся днем. Микроавтобус появляется в 09:40 и уезжает в 15:35. Мелькают фигуры Мэл, доктора, Люка, Шоны.

Табита обдумывала разные варианты. Лора, например, отсутствовала в деревне в течение всего дня, якобы уехав на встречу с неким таинственным клиентом, который так и не появился на видео. Интересно, вычислила ли его полиция? Надо проверить. Но Лора не знала о том, что на дорогу упало дерево, и ее действия не могли быть заранее запланированы.

Табита то и дело мысленно возвращалась к записи камеры. Это видео, казалось, не говорило ни о чем, но в то же время говорило обо всем. Оно свидетельствовало об одном простом факте (Табита повторила эту фразу про себя): дело в том, что никто не мог в тот день подойти к дому Стюарта или до ее жилища, не попав на камеру. Ну, разве что преступник прилетел на воздушном шаре или приплыл на лодке. Впрочем, тут было два момента: Люк, который оставался дома до самого момента убийства, и сама Табита. И это было скверно.

Она вспомнила свой разговор с Лорой. Если бы та точно не уехала с утра, то Табита могла бы заподозрить ее. Нужно переговорить еще с одним человеком. Но на это уйдет время. Пока она узнает номер его телефона, пока добьется свидания… Хотя был еще один, более быстрый способ.

К несчастью, на дежурстве в тот день была Мэри Гай. Табита подошла к ней.

– Ухо у меня болит, – сообщила она. – Наверное, инфекция.

– Ты сама знаешь, к кому обратиться, – равнодушно отозвалась надзирательница.

– Я пока еще нахожусь под следствием. И у