Хорошие девочки тоже лгут - Карен М. МакМанус

последней скульптуры – высокой металлической фигуры, похожей на абстрактную лошадь, – я вдруг слышу голоса и застываю на месте.

– Всегда он так! – с явной злостью бросает мужчина. – Я что, много прошу? Лишь чуть-чуть помочь. Но нет! Ради тебя он в лепешку расшибется. А я что? Должен катиться к чертовой матери?

Узнав голос Паркера Сазерленда, с участившимся пульсом прячусь за лошадью. Он – последний человек из тех, с кем мне хотелось бы столкнуться. Точнее, предпоследний после Люка. Может, лучше отойти и затеряться на время в толпе?

Прежде чем я успеваю пошевелиться, ему отвечает женский голос:

– Отец просто хочет увидеть, что ты твердо стоишь на ногах, Паркер. Неужели он так много просит?

– Кто бы говорил, Аннализа, – с горечью произносит Паркер. – Ты купила это платье на свои средства? А эти украшения? И все прочее, что у тебя есть?

Аннализа. Женщина, невольно вовлеченная в наши дела. Не в силах сдержать любопытство, я выглядываю из-за края скульптуры и вижу блондинку в роскошном коралловом вечернем платье – как и обещала Джейми. Ее волосы уложены в высокую прическу, на шее сверкает бриллиантовое колье, дополненное браслетами в тон на обоих запястьях. К счастью, Люка нигде не видно.

– Речь не обо мне, – возражает Аннализа. – Если бы папа увидел, как ты добросовестно стараешься выплатить хоть часть своих долгов…

– И где мне взять денег? – стонет Паркер.

– Заработать. Но сперва самому найти себе работу, не прося ни у кого помощи. – В ответ на недоверчивое фырканье Паркера она добавляет: – Докажи, что у тебя искренние намерения.

– Искренние? Как у твоего нового воздыхателя?

– Мы говорим не о Люке…

– Отчего же? Я как раз хочу поговорить о нем, – заявляет Паркер. – Кто-то должен открыть тебе глаза. Потому что с ним ты явно сглупила. Нельзя быть такой мягкотелой, Аннализа. Он видит в тебе всего лишь жертву. А его сынок, вероятно, решил подмазаться к Огастесу. Каков отец…

– Прекрати! – резко перебивает его Аннализа. – Знаю, ты расстроен, но не срывай свою злость на безобидном мальчике.

– Он не твой сын, Аннализа, – огрызается Паркер. – Не забыла, что ты бесплодна?

Вот те на! Эти жестокие слова походят на пощечину. И задевают даже меня. Не представляю, каково сейчас Аннализе. Она долго молчит, потом все же отвечает тихим, ровным голосом:

– Почему хоть раз ты не можешь повести себя достойно, Паркер? Зачем эти вечные отвратительные замашки?

Он пожимает плечами.

– Я говорю правду.

– Для этого есть и другие способы. Прощай, Паркер.

Она уходит, а меня охватывает стыд. До пропажи поддельного ожерелья я планировала закончить работу Джейми и ни на миг не задумалась об Аннализе Сазерленд. Что значит небольшая кража в сравнении со всем ее богатством? Мне и в голову не приходило, что у нее могут быть проблемы, решить которые не в силах даже все их бесчисленные деньги.

– Избалованная сучка, – бормочет Паркер себе под нос и шагает прочь.

Я тут же мысленно даю себе пощечину. Хватит отвлекаться. Нужно найти Вики, забрать ожерелье и исчезнуть отсюда.

Уже не слишком беспокоясь, что меня увидят, я начинаю более свободно перемещаться среди гостей, пристально разглядывая всех встреченных официантов, однако Вики среди них не вижу. После часа бесплодных поисков я делаю полный круг по саду и вновь возвращаюсь к статуе лошади.

Может, Вики работает в другой части поместья? Или ее вообще здесь нет? Вдруг кто-то из этих богачей ей нагрубил, пока она разносила еду или напитки, и Вики решила: «Плевать на эту работу. Денег у меня теперь хоть отбавляй». Я разочарованно прикусываю губу. Неужели, пока мы распивали шампанское с Лиамом и Огастесом, Вики пробралась в свою квартиру, сложила вещи и уехала из города? Тогда весь этот вечер может отправляться псу под хвост.

И что же делать?

Пока я размышляю, как быть дальше, гости начинают двигаться в сторону обеденной зоны – туда, где я оставила Лиама и Огастеса.

– Пора резать торт, – нараспев произносит женщина, проходя мимо меня.

– Чем? – спрашивает кто-то. – Топором?

Время для торта. Как раз сейчас, пока все отвлеклись, Джейми надлежало подменить ожерелье. Может, мне забраться в окно Аннализы и сделать несколько снимков ее украшений? Джем сумеет создать еще пару новых подделок, и вечер не пройдет впустую.

Трудно сказать, как оценит мой поступок сама Джем. Сочтет, что я проявила инициативу? Или отругает за глупый риск? В любом случае, если действовать, то немедля. Как только гости съедят по куску торта, то вновь разбредутся по всему саду.

«Дойду до дома Аннализы, – говорю я себе. – А потом решу».

Я скрываюсь за деревьями, и через несколько секунд меня полностью поглощает темнота. То, что издалека походило на небольшую сосновую рощицу, на поверку оказывается настоящим лесом. Надеюсь, он не такой большой, чтобы в нем можно было заблудиться. Включив фонарик на телефоне, освещаю землю вокруг и замечаю тщательно расчищенную широкую тропу, обложенную с обеих сторон ветками и небольшими камнями. Облегченно вздыхаю и иду вперед, светя себе под ноги, чтобы не споткнуться. Громкий стрекот сверчков вокруг постепенно заглушает все звуки праздника. Надо же, я и не думала, что Джейми пришлось бы проделать такой длинный путь.

Однако уже минут через десять сквозь деревья начинает пробиваться слабый свет. Наверное, семейные коттеджи близко. Я останавливаюсь и выключаю приложение-фонарик, надеясь, что остаток пути смогу пройти без него. Но прежде чем я успеваю сделать еще шаг, вечерний воздух, будто нож, пронзает знакомый голос.

– Какого хрена тебе здесь нужно? – рявкает Паркер Сазерленд.

Я замираю, сердце бешено колотится в груди. Ну почему из всех этих гребаных людей здесь именно он? Сейчас Паркер должен наслаждаться праздничным тортом!.. И что мне сказать? Поверит ли он, что я заблудилась? Или, может, просто молча уйти? Вдруг он не пойдет за мной…

Мои панические мысли прерывает низко рычащий второй голос. Паркер раздраженно фыркает в ответ.

Он разговаривает не со мной! От облегчения я чуть не падаю на землю.

Паркер понижает голос до шепота, и, хотя стук сердца в ушах начинает стихать, я не могу разобрать отдельных слов. Очевидно, он дальше, чем я думала. Нельзя попадаться ему на глаза. Тогда Паркер даже не узнает, что я здесь была. В какую бы драку он ни ввязался, мне лучше спрятаться за деревом и переждать.

Голоса сменяются ворчанием, потом слышатся звуки борьбы. Похоже, дошло до рукоприкладства. Пора мне отсюда убираться. Однако я не успеваю двинуться с места. Тишину нарушает оглушительный треск.

Дыхание резко перехватывает. Раньше я ни разу