Железное Дерево - Майкл Коннелли
— Да? — хмыкнул Маркес. — А как вам понравится с Каталины перевестись в Комптон? Тамошние банды съедят вас живьём.
Стилвелл встретил и удержал его злой взгляд. Наконец совладал с собой и вернулся к деловой манере.
— Вы или мои помощники проверяли забор по периметру?
— Я — нет, — ответил Маркес. — А зачем? Там земли КИК.
Стилвелл указал на одну из загубленных лоз.
— Затем, что, будь это моих рук дело, я бы оттуда и зашёл. Сомневаюсь, что они подъехали по вашей служебной дороге.
Стилвелл вышел из ряда и свернул вправо, к ограде. Маркес тащился следом. Метров через двенадцать вдоль забора Стилвелл наткнулся на брешь. От земли вверх сетка была разрезана сантиметров на сто двадцать. Сапогом он раздвинул края — отверстие получилось такое, что в него запросто пролез бы человек.
— Сукин сын, — пробормотал Маркес.
— Часто забор проверяете? — спросил Стилвелл.
— Э-э… никогда. Это же забор.
— Ладно. Пролезу туда, посмотрю, не найдётся ли след или ещё что.
— А для этого вам собака не нужна?
— Собаки у нас нет, мистер Маркес. Можно дождаться с материка, но темнеет.
Маркес не ответил. Стилвелл присел, раздвинул сетку и пролез на ту сторону. Не отрывал взгляда от земли, выискивая любую неровность, которая могла оказаться отпечатком ноги или признаком тропки. Ничего.
Он поднялся и посмотрел на Маркеса сквозь сетку.
— Можете меня не ждать.
— Мы приехали на одной машине.
— Я вернусь пешком. Не знаю, насколько затянется.
— Только не заблудитесь.
— Постараюсь. А пока я тут — позвоните своему винному человеку в «Атуотер», предупредите, что я подъеду вечером, мне нужно с ней поговорить.
— Хорошо, позвоню.
Стилвелл отвернулся от забора. Чутьё подсказывало: вандал шёл к винограднику справа — там тянулась Авалон-Каньон-роуд и большинство пешеходных троп заповедника. Туда он и двинулся. Глянув на часы, прикинул: до полной темноты у него полчаса.
Чапараль стоял высокий и сухой, стебли с хрустом ломались под ногами. Местность густо поросла мансанитой и кустарником железного дерева, опунцией и шаровидным кактусом. Растительность вынуждала петлять, и тропа уводила к северо-западу.
Никаких признаков, что он идёт по следу вандала, не было. Но минут через десять упорной ходьбы Стилвелл вышел на поляну: два столика для пикника со скамьями, мусорный бак, вид на океан. Пусто. От поляны на восток, к Авалон-Каньон-роуд, отходила пешеходная тропа.
Где он находится, Стилвелл не понимал. Никакой таблички заповедника с пояснениями — лишь столб с надписью: ОПАСНОСТЬ ПОЖАРА! НЕ ГОТОВИТЬ НА ОТКРЫТОМ ОГНЕ. Он встал на скамью, потом забрался на стол. Обзор стал шире, и на востоке проступила верхушка башни — той, что, как он знал, была сердцем Мемориала Ригли и ботанического сада. Это помогло сориентироваться.
Стилвелл достал телефон — сигнал ещё был. Он сбросил на карту метку своего местоположения и отправил Таш, попросив помочь определить, где он. Сделал и снимок площадки для пикника, отослал следом.
Она ответила быстро.
Похоже, ты у старой площадки Сан-Педро.
Она отмечена мало на каких картах. Канал оттуда видно?
Часть бухты Санта-Моника между Авалоном и Лонг-Бичем называлась проливом Сан-Педро, но и его на большинстве карт не отмечали.
Вижу. И верхушку фаллоса Ригли.
Так Таш называла мемориал. Стилвеллу это всякий раз напоминало старую песню Rolling Stones — про мужчин, что возводят башни-памятники до самого неба, лишь бы обеспечить себе вечную славу.
Ну тогда да, это и есть Сан-Педро-пикник-плейс. Произнеси три раза подряд быстро. LOL
Стилвелл усмехнулся и набрал слова благодарности. Добавил, что, уже выходя из участка, поймал вызов и задержится, но за стейком к «Стиву» всё равно заедет.
Он спустился со стола и осмотрел гравий и песок там, где тропа выходила на поляну. Обрывков отпечатков было столько, и шли они во все стороны так густо, что любые усилия были заведомо напрасны.
Темнело быстро. Хотелось вернуться, пока ещё видно, куда ставить ногу. Фонарь Стилвелл оставил в квадроцикле, а меньше всего ему хотелось влететь в шаровидный кактус и весь вечер выковыривать колючки из голеней.
На обратном пути он заметил то, чего не увидел в первый раз: зелёный пластиковый ящик на деревянном столбе посреди небольшой прогалины между двумя мансанитами. Подойдя ближе, понял, что это защитный короб с камерой. Сверху по трафарету был выведен номер, сбоку — щеколда с маленьким замочком. Стилвелл сфотографировал номер, сообразив, что теперь у него появилась ещё одна причина поговорить завтра с Кентом Миддлтоном.
Оттуда до бреши в заборе он добрался за пятнадцать минут, а ещё десять — уже в полной темноте — шёл по дороге обратно к производственному комплексу. Помощников уже не было, а Маркес поджидал его у того, что, как теперь знал Стилвелл, было виноградным прессом. Этот пресс в одну из прежних вылазок тоже изуродовали.
— Что-нибудь нашли? — спросил Маркес.
— От бреши в заборе до площадки Сан-Педро минут пятнадцать ходу, — ответил Стилвелл. — Оттуда тропа выводит на дорогу. Скорее всего, этим путём вандалы и шли, но подтверждений я не нашёл.
— Значит, время впустую.
— Не совсем. Там, в кустах, стоит камера слежения за фауной. Завтра проверю — может, повезёт.
— А где именно?
— Примерно на полпути между вашим забором и площадкой. КИК ставит такие — отслеживать животных, следить за возгораниями, в таком духе.
— Если на ней кто-то есть, мне сообщите, верно?
— Сообщу, когда сообщать будет уместно. Кстати, о камерах: вам стоит подумать о том, чтобы поставить свои. И щит у дороги с предупреждением о видеонаблюдении — серьёзный сдерживающий фактор.
— Я на шаг впереди. Уже звонил человеку.
— Хорошо. И ещё один вопрос.
— Какой?
— Это точно из-за виноградника? Или кто-то прикрывается водными протестами, чтобы свести с вами счёты по другому поводу?
— То есть — есть ли у меня враги?
— Именно.
— Нет, тут ничего другого. Мои единственные враги — те, кто мешает мне распоряжаться своей землёй по моему усмотрению.
— Уверены?
— Уверен.
— Тогда так. Я еду в «Атуотер» брать показания у Хелены Новак.
— Когда я получу протокол?
— Какой протокол?
— Об этом происшествии. Для страховой.
— Дайте мне сутки оформить, потом заберёте в участке.
— Заберу.
