Много лет назад - Чарли Донли

Престон никогда ни за что не отдали бы тебя. Ты была для них целым миром. Они любили тебя до смерти и никогда бы добровольно не отказались от тебя.

В горле Слоан образовался комок, сгусток из чувства вины и тоски. Всего за пару недель ее биологические родители превратились из мифических фигур, которые лишь иногда на мгновенье оказывались в ее сознании, в людей, с которыми она теперь чувствовала глубокую связь. Ее обязательства перед ними росли подобно снежному кому, катящемуся с горы и набирающему скорость и массу по мере движения, – и остановить эту безжалостную силу способна только правда.

– И если теория о том, что Аннабель и Престон пустились в бега, неверна, – продолжила Нора, – значит, произошло то, чего я все это время боялась.

– Что?

– С ними случилось что-то очень и очень плохое.

Глава 23

Сидар-Крик, Невада

Пятница, 26 июля 2024 г.

– Были ли какие-то подозреваемые?

– О, конечно, – сказала Нора. – Но ничего не прояснилось. При таком большом освещении в прессе, какое вызвало это исчезновение, ответов было немного. Шериф округа Харрисон, который первоначально расследовал это дело, предоставлял обновленную информацию каждые день или два. Но как только полиция штата взяла управление в свои руки, это быстро прекратили.

– Почему этим делом занялась полиция штата?

– По многим причинам. Это было серьезное дело, и департамент шерифа здесь, в округе Харрисон, не часто занимался делами о пропавших людях и уж тем более таким громким делом, как ваше. К тому же шериф умер вскоре после того, как начал расследование. Накачался наркотой и загнал свою машину в Сидар-Крик.

Слоан вспомнила слова Эрика Стамоса.

Этот человек даже не пил. Я ни на секунду не поверю, что он сидел на тяжелых наркотиках.

– После того как полиция штата перехватила дело, расследование стало очень формальным и закрытым. Город узнавал крупицы из выпусков новостей. Мне стали известны кое-какие интересные факты, потому что полиция штата разговаривала с Ридом и Тилли, и в результате несколько деталей просочились ко мне через Эллиса.

– Стеллу Коннелли когда-нибудь допрашивали? По-моему, у этой женщины был чертовски веский мотив причинить вред как Престону, так и Аннабель.

– Конечно, но она была защищена состоянием своих родителей и их юридической конторой. Стелла никогда официально не считалась подозреваемой или лицом, представляющим интерес для следствия.

– Но кто-нибудь еще был под подозрением?

– Ответ зависит от того, кому ты задаешь вопрос. В городе был большой раскол. Половина людей думала, что Аннабель и Престон подались в бега, чтобы избежать обвинения в смерти Бейкера Джонси. Другая половина подозревала подставу. На этом фронте всплыло еще одно имя – Лестер Стрейндж.

Слоан прищурилась. За все время поисков она ни разу не встречала этого имени.

– Кто это?

– Разнорабочий. Тогда он был молодым парнем, работавшим в доме Престона и Аннабель, который на момент вашего исчезновения еще строился. Ходили слухи, что Лестер был без ума от Аннабель. И они зашли так далеко, что появилось предположение, что у этих двоих был какой-то бурный роман.

– И что случилось с этим Лестером?

– Ничего. Тогда он был практически ребенком – девятнадцати или двадцати лет. Сейчас ему пятьдесят или около того, и он все еще работает на семью. Марголисы всегда что-то строят – дома, здания, заборы, называй как угодно. И добрый старина Лестер Стрейндж по-прежнему руководит каждым проектом. Он также выполняет большую работу на винодельне Margolis Manor в Орегоне. Мы иногда используем тамошнюю виллу, а Лестер следит за ней. Это работа на полный день.

Слоан сделала мысленную пометку о Стелле Коннелли и Лестере Стрейндж. Зацепки, которые она искала для Эрика Стамоса.

– Что ж… – Слоан взглянула на часы. – Уже поздно, и я не хочу больше отнимать у вас время сегодня вечером. Да и я устала за целый день, проведенный в дороге. Спасибо за всю информацию о моих биологических родителях и извините, что задаю так много вопросов.

– Да не за что. Мне было очень приятно. И я так рада, что ты решила приехать в Сидар-Крик. Рид и Тилли знают, что я встречаюсь с тобой сегодня вечером. Они не хотят оказывать на тебя никакого давления, но просили передать, что были бы рады встретиться с тобой, если ты, конечно, сама захочешь.

– Конечно. Я бы тоже хотела с ними познакомиться.

– Постарайся не судить их слишком строго, – произнесла Нора. – Я наговорила о них всякого, но они хорошие люди. И они замечательные дедушка и бабушка для моих детей.

Слоан улыбнулась:

– Не могу дождаться встречи с ними.

– Завтра? Они были бы рады.

Слоан кивнула:

– Конечно, это было бы здорово.

– Вот, возьми. – Нора протянула визитку. – Это моя фотостудия. Она в самом центре города, в середине Квартала. Приходи завтра днем. Аннабель была в некотором роде моей протеже. Нас с ней сблизила любовь к фотографии. Я учила ее всему, что знала сама. На протяжении всей беременности она увлекалась фотографией и сделала несколько твоих портретов сразу после рождения. Они получились замечательными! На самом деле, она занималась этим в течение всего лета. Я уверена, что они все еще где-то у меня хранятся. Если ты захочешь на них посмотреть, я покопаюсь у себя дома и найду. Я помню, что мы их куда-то спрятали.

– С удовольствием.

Нора улыбнулась.

– Поищу вечером. – Она указала на визитку в руке Слоан. – Адрес моей студии указан на карточке. Завтра в час дня? Я попрошу Рида и Тилли подъехать туда.

Слоан улыбнулась:

– Тогда до встречи.

– Слоан, – сказала Нора, прежде чем закрыть дверь. – Я не уверена, что мы когда-нибудь узнаем, что именно случилось с тобой и твоими родителями, но я рада, что нашла тебя.

– Я тоже.

Слоан с улыбкой помахала Норе Марголис, выезжая задним ходом с подъездной дорожки, и подумала о том, что вот ей и удалось без особых усилий переступить порог неприступной семьи Марголис. Однако получится ли найти что-либо, когда она окажется внутри?

Глава 24

Сидар-Крик, Невада

Суббота, 27 июля 2024 г.

На следующее утро, еще до восхода солнца, Слоан отправилась на пробежку, чтобы заодно изучить Сидар-Крик. Спустя сорок минут начало светать. Она двигалась по беговой дорожке, спускавшейся к воде, и остановилась, когда пересекла мост Луи-Булат, дугой перекинутый через Сидар-Крик. Поверхность воды под ней, гладкая и спокойная, отражала ватные шарики облаков, окрашенных в лиловый цвет восходящим солнцем. Южнее она увидела два других моста, соединявших противоположные берега реки. На западе Сьерра-Невада впитывала в себя лучи восходящего солнца. С того