Грани безумия - Мария Александровна Скрипова

– Во-первых, друзьям нужно помогать. Макаров, хоть и грозился меня евнухом оставить, но мужик классный. К тому же Афанасьев попросил за вами приглядеть, чтобы не вляпались, а он мне как отец. А во-вторых, скучно мне сидеть дома, не привык без дела прохлаждаться. Я не сказал, что меня от работы отстранили? Обвиняют в превышении полномочий, сейчас идет внутреннее расследование. Как-то так.

– А ты полномочия превышал?

– Нет! – мотнул головой парень, недовольно шмыгнув носом. – Вернее, и да, и нет. Глупая ситуация.

– Из-за девчонки? – любопытно улыбнулась Яна. – Гриши все равно еще нет, рассказывай!

– Вообще-то это у тебя проблемы, может, сама изложишь все как есть, для начала? – повел бровью Шурик.

– Сначала ты! – уверенно заявила девушка, вставая в позу. – Точно из-за девчонки! У тебя все на лице написано!

– У вас в психиатрической клинике все экстрасенсы? – вздохнул Шурик. Яна рассмеялась, молчаливо требуя всю подноготную объявившегося помощника. – Ничего интересного. К нам в участок на практику устроилась дочка судьи, хорошенькая, рыжая. Говорил мне Роман Михайлович, не связываться, а я, дурак, не послушал. Мы с ней в клуб пошли, она пригласила, а там парень какой-то, невменяемый, начал ее за руки хватать, что-то требовал, потом достал ствол. Я его обезоружил, а Каринка сбежала в слезах. Затем действовал как по уставу: вызвал наряд, составил по правилам протокол, понятых подключил. У паренька в кармане оказался белый порошок, повезли на освидетельствование, но в больницу сам товарищ судья пожаловал, вместе с дочерью. Орал, ругался, требовал, чтобы я этого засранца отпустил. Как стало известно, это его сын, старший брат Карины. Я сказал, что не пойду на преступление, все по закону должно быть…

– Ты же не дурак, понимал, что отец отмажет?

– Понимал. Но я в полицию не за этим пошел! Он людям угрожал, мог выстрелить, поранить кого-то или убить.

– Значит, этого засранца отпустили, а на тебя дело завели? – уточнила Яна.

– Выходит, так. В заключении написали, что в крови запрещенных веществ не обнаружили. А улики… Оказалось, что в пакете сахар, 2 грамма, и пистолет – муляж. Но я его сам разрядил, ТТ, боевые патроны, да и зрачки у парня были расширены, точно торчок, – вздохнул старший лейтенант. – Говорю же, не о чем здесь рассказывать.

– Почему тебя Афанасьев не прикрыл?

– Роман Михайлович ничего не знает, на тот момент он был в Питере, перед комиссией отчитывался из-за стрельбы в старой психушке. Да и дело на этого сыночка все равно не завели, чем он поможет? Только проблем огребет, ему после назначения самому отсвечивать нельзя. Ну этому гаденышу все равно досталось, я ему нос сломал!

– Получается, ты у нас не только простой, обаятельный, деревенский парень, но и честный мент? – улыбнулась Яна. – Ты классный, а девчонка твоя – полная дура!

– Большинство полицейских нормальные, правильные ребята, это миф, что все копы продажные, – заступился за своих Шурик. – А знаешь, что самое глупое? Я даже идти в этот клуб не хотел. Мне другая девочка нравится, зовут Вася. Только я не ее уровень, она крутой хакер, на мотике гоняет, да и ребята вокруг нее такие же крутятся. Вот такая история. Теперь твоя очередь, ты обещала! Я, кстати, полицейскую доску с собой притащил, она в прихожей, так что докладывай все в подробностях, Афанасьев всегда говорит, память непостоянна, если не хочешь упустить что-то важное, записывай! Ну так что, начнем?

Глава 9

1,5×1,5

Подхожу к своему подъезду в отличном расположении духа, вдыхая полной грудью свежий морозно-весенний воздух. Отличное начало дня! Должно быть, лучшее за последнее время. Ласково пригревающие лучи солнца, кофе с любимой женщиной и хрупкая, призрачная надежда на то, что все еще можно исправить. Новикова сыграла свою роль, стоит извиниться перед ней, зря сорвался спросонья. Если бы не ее длинный, любопытный нос, вряд ли все прошло именно так. Плюс, звонили из автосервиса, предлагали купить новенький мопед за копейки, кто-то в счет ремонта авто расплатился, ищут, куда пристроить. Я после смерти старого верного друга с восемью лошадиными силами интересовался обновкой. Вот она, белая полоса на кармической черной зебре. Мелькает мысль: если сейчас позвонить начальнику, у него не будет причины меня увольнять. Я смогу вернуться к своей привычно-заурядной жизни, которую старательно выстраивал полгода, и забыть о сумке с деньгами как о страшном сне. Но… Нет! Точно нет. Во-первых, я обещал Соне помочь, бессовестно отказать сейчас, как только появилась зацепка, а во-вторых, брюнетка-призрак права, все это время я прятался за коробками с пиццей, в некотором роде находился в спячке, монотонно повторяя один и тот же сценарий день изо дня. Парадоксально, выходит, все это время я думал, что должен отстраниться от расследования дела дочери, держаться подальше от всех этих тайн и загадок, но мне это нравится на сокрытом, извращенном уровне подсознания. Я запретил себе даже думать о том, что произошло с моим галчонком, тем более заново копаться в этом дерьме. Казалось, так проще, правильнее. Это и было проще, людям привычнее жить в состоянии стазиса, смотря на мир через лошадиные шоры, узконаправленный взгляд, не позволяющий видеть то, что происходит по сторонам. Но психотравмы влияют на нас в большей степени, чем мы можем себе представить, определяя, кто мы есть и по какому пути должны двигаться дальше. Ежедневно на протяжении пяти лет я анализировал, строил гипотезы, искал то, что мог упустить, ведя в голове свое внутреннее расследование. Покинув стены психушки, я бездумно примкнул к основной массе, не выделялся, не лез на рожон и под семью печатями заблокировал в сознании все, что не давало покоя. Наверное, считал, что это поможет выстроить жизнь заново, влиться в общество, найти свое место. Ошибся. Не помогло. Объявившаяся на пороге девчонка заставила проснуться. Вот только что теперь со всем этим делать?

– Можешь открыть детективное агентство! Частный сыщик Григорий Макаров звучит неплохо, – язвит мертвая гадина. И кто ей разрешал залезать в мою голову? У Люськи такой опции не было. Впрочем, дочь часто отвечала на незаданные вопросы, сперва не замечал, сейчас многое встает на свои места. – А лучше позвони Афанасьеву, он сам предложил поговорить с Катей Котовой.

– Это ничего не даст! – отмахиваюсь. Давно стоило купить беспроводную гарнитуру, чтобы за психа каждый раз не принимали.

– Испугался? – Зеленые глазищи на меня выпучивает.

– Чушь, – зло бросаю, открывая дверь в подъезд. И что она вообще обо мне знает? – Умнее ничего не придумала?

– Нет, ты действительно боишься встречи с