Русский клуб - Владимир Дэс

начать резать осетра, всем желающим предоставили возможность сфотографировать это чудо.

Через каждый метр по всем столам стояли специальные вазы с тремя видами чёрной икры: зернистой осетровой, паюсной белужьей и замороженной стерляжьей, а также вазы с красной икрой. Камчатских крабов и медвежьей буженины было в избытке. А уж остальных яств такое количество, что не верилось в их реальность. Большинство гостей поначалу эти яства даже и не ели, считая их бутафорией. Ну а когда распробовали, то начался пир горой.

На первое предлагались: уха из осетрины и стерляди с шампиньонами, мясная солянка, борщ по-киевски, суп венгерский «Уйхази».

На второе: паровая стерлядь «кольцом», язык по-итальянски, котлеты из осетрины «Камен», антрекот по-варшавски, спагетти «Ницца», шницель по-римски, цветная капуста по-марсельски.

На десерт: печенье овсяное, лимонное, шоколадное, имбирное: конфеты «Трюфели», «Птичье молоко», «Коровка»; пирожные «Наполеон», «Окское», «Эклер», «Медовик»; малиновый мусс, крем-брюле; сдоба – крендели, розанчики и жаворонки; вафли; блинчики «Райские»; мороженое пяти сортов. И всё – собственного производства.

Гости ахали и восхищались изобилием, вспоминая скромные меню в других волжских городах.

В середине застолья на сцену вдруг вышел один из первых предпринимателей Нижнеокска, бывший комсомольский вожак. Он встал по стойке смирно и дал команду оркестру, который сам и пригласил, к исполнению гимна Российский империи «Боже, Царя храни!».

Дворяне повскакивали с мест, пришлось вставать и губернатору с мэром.

Потом пили, ели, пили, ели… Со всех сторон за столом слышалось: «Ваше сиятельство…», «Извольте отведать буженинки из медвежатинки…», «А вот отварная осетринка…», «Но обязательно с польским соусом, его так любила императрица Александра Фёдоровна, Царство ей Небесное…».

Все были в прекрасном настроении.

После застолья Глеба долго благодарили за сказочный приём и гости, и губернатор, и мэр. А энергичная нижнеокская «дворянка» пообещала принять его в местное дворянство, которое она будет формировать сразу же после отъезда столь важных особ.

Но Глебу после потёртых пиджаков, апломба и какой-то игрушечности в поведении этого общества стало неловко за российскую послереволюционную имперскую элиту в изгнании.

В голове стучало: «Господи! И эти люди, сидевшие сегодня у меня в ресторане и давившиеся икрой, крабами, осетрами, – потомки тех, кто создал наше великое государство? Что это за обман? Что это за страшное вырождение? Во что же тогда должны превратиться мы, простые пахари и воины, если господа превратились в посмешище?»

Хотя царская делегация со своей свитой выглядела довольно смешно, в самой ситуации не было ничего весёлого.

Когда губернатор сказал Глебу: «Ты завтра пришли счёт», Глеб ответил: «Не надо, ничего не надо.» – махнул рукой и ушёл из ресторана первым. Поехал к владыке. На душе было тошно. Владыка его не принял. Отдыхал. Глеб уехал из резиденции владыки ещё более расстроенный. Куда ехать? Домой? Не хотелось Иде портить настроение.

Хотелось побыть одному, и он поехал в «Бизнес-клуб».

Часть 2. Приём по личным вопросам

На следующий день у Глеба был приём по личным вопросам. Приходили вроде бы товарищи по детскому саду, школе, институту, армии, соседи, родственники, которых у него неожиданно оказалось очень много, причём больше половины из них он никогда не видел и даже не знал, что они существуют.

Но приходили и самозванцы, замотивированные халявой: «А вдруг получится? Если нет, так ничего страшного, пойду к другому дураку. Чего-нибудь да урву…»

Личные вопросы одних – проблемы и заботы других.

Глеб очень много помогал своим настоящим друзьям и товарищам. Он себя спрашивал: «Мне это тяжело? Это нанесёт ущерб “Русскому клубу”, семье? Нет. Тогда помогай». Что он и делал.

Так к нему заглянул Майор и сказал:

– Приходил Анатолий Пикин, долго вас ждал. Он нам улаживал конфликты с блатными при открытии автостоянок на автозаводе и помог с главным энергетиком. Пом – ните?

– Да, помню. И что? – спросил Глеб.

– Он просит за одну девочку, которую французское модельное агентство выбрало по фотографиям на обучение в свою школу моделей. Её родственник по кличке Водяной боится, что она попадёт не на учёбу, а в публичный дом Парижа. А вы через свои связи можете узнать, насколько серьёзны те люди, которые приглашают её за границу.

– Нам это надо? – спросил Глеб.

– Понимаете, Глеб Андреевич, начало судьбы этой девочки-модели напоминает карьеру моей жены. И не хочется, чтобы её жизнь, только начавшись, сразу закончилась трагедией на задворках Парижа или Амстердама.

Глеб велел Майору сообщить Трухину все данные по этой фирме. У Влада Трухина, помощника Иды, установились дружеские отношения с Валентином Юдашкиным. Глеб и поручил ему узнать у кутюрье, что это за модельное агентство. Через неделю Трухин сообщил, что модельное агентство, пригласившее автозаводскую девочку, весьма авторитетно в мире моды. О чём Майор и сообщил её родственникам. Девочка уехала в Париж, и у неё там не было никаких проблем.

Но Глеб знал и о других случаях. В «Русском клубе» работало официантками, парикмахерами, массажистками, маникюрщицами очень много бывших моделек – мечтательниц о звёздном подиуме и короне принцессы. Мечты мечтами, но многие из них, не выдержав конкуренции или столкнувшись с суровой действительностью, были вынуждены за кусок хлеба торговать своим телом. Порой они заканчивали эту свою жизнь очень быстро и трагически. Немногим удавалось взять себя в руки, получить профессию и выйти замуж.

Сотрудники фирмы и просители знали, что Глеб Андреевич всегда поможет. Помогал не только звонками, визитами, рекомендациями и просьбами, но и деньгами.

Он слыл человеком нежадным и, не скупясь, распоряжался своими свободными средствами. Считал, что создаёт условия для получения денег, а не сами деньги. Они для него были просто частью природы: как воздух и вода. Вот их нет, а вот они есть.

Тем не менее ему всегда были интересны люди, приходившие за деньгами. Все они за редким исключением несли что-то неожиданное.

Это не была рутина: «Дайте» и всё.

Нет, это была всегда игра. Навылет.

Кто кого победит!

Это было соревнование их желания разжалобить, обмануть, соврать, придумать или умение Глеба разглядеть лукавство и принять правильное решение.

Это иногда захватывало. Служило своего рода зарядкой для ума.

Однажды секретарша Светлана сообщила, что у неё в приёмной какие-то его родственники.

Так бывало часто.

Вошли парень и девушка.

Что-то в них было отдалённо знакомое.

Они представились. Это были родственники жены. На свадьбу Глеб с Идой подарили им легковой автомобиль.

– Ну и как автомобиль? – спросил он.

– Сломался…

«Ага, – понял Глеб, – надо помочь отремонтировать». И нажал кнопку вызова секретарши: «Пригласи ко мне механика нашего автохозяйства, надо одну машину отремонтировать».

– Да нет, мы ту машину уже