Русский клуб - Владимир Дэс

class="p1">– Да что вы, Глеб Андреевич, я его уже давно похоронил. Да и самому пора. Я хочу как можно скорее встретиться с Галей там, на небесах. Потому мне сейчас не золото, а смерть нужна. Я уже подписал контракт, буду командовать разведгруппой. Завтра уезжаем на Кавказ, может, там убьют. Хотел застрелиться, но слышал, что самоубийцы не попадают в рай, а Галя точно в раю. Я с ней не ходил по земле. Я летал. У меня за спиной были крылья…

Глеб молчал.

– Галя жила только для меня. Я вставал утром, и всегда меня ждали только что сваренный кофе, чистая рубашка, отглаженные брюки, начищенные ботинки. Она знала все мои привычки, чувствовала все мои желания. И я ей ни разу не изменил, ни телом, ни душой. Но вот её нет.

Глеб был поражён этим откровением.

Майор задрожал всем телом.

«Вот тебе и сгусток биоматериала», – подумал Глеб, а вслух, впервые назвав его по имени-отчеству, сказал:

– Держись, Юрий Валентинович.

Казалось, Майор этого даже не заметил. Он попрощался и, сказав: «Пойду сдам оружие», вышел.

Жаль было его…

Оставаться в «Бизнес-клубе» уже не хотелось. Глеб оделся, забрал со стола золото деда Якова и вышел.

Вдруг человек у выхода поднял руку и дважды выстрелил Глебу в грудь из пистолета. Может быть, он бы ещё пострелял, но Глеб упал, а стрелявшего сбила с ног охрана. Глеб, очевидно, на какое-то время потерял сознание и очнулся уже в клубе.

Он растолкал охрану, сел в кресло и расстегнул пальто, пиджак и жилетку. В них было по две дырки, а вот рубашка была цела. Пули закатились под жилетку, к брючному ремню и, как горячие маслинки, обжигали тело. «Спасибо дяде Вите за такой подарок», – подумал Глеб, собрал пули, положил их на стол и расстегнул рубаху. На теле были красные точки в области сердца. Все удивлённо глядели на манипуляции с одеждой почему-то не убитого, а живого шефа.

– Майор… – позвал Глеб. – Кто стрелял?

– Свищ. Мы его задержали.

– Понятно.

– Как вы? – спросил Майор.

– Я в порядке.

– А со Свищём что делать?

– Делайте что хотите.

– Тогда я его заберу на Кавказ, пусть он там своей кровью, а не чужой добудет себе право на жизнь.

– Забирай, – устало ответил Глеб.

Майор ещё раз обнял Глеба и прошептал: «Бросайте вы всё это, Глеб Андреевич. Не застрелили сегодня – застрелят завтра». И, забрав Макса, поехал с ним в офис передавать дела «Русского клуба».

Глеб попросил принести из его комнаты пиджак и пальто. Переоделся. В голове промелькнула мысль: «Отвезу-ка я это золото владыке, пожертвую на. – Но на что, пока не решил. – А заодно проведаю его и расскажу, что со мной произошло». Хотелось поделиться с близким человеком.

У ворот резиденции отпустил машину и охрану, планируя до утра остаться у владыки.

Во дворе было многолюдно. Глеб поинтересовался, что случилось, по какому случаю сбор? Какая-то женщина сквозь слёзы ответила: «Владыка умер…»

– Как?! – вырвалось у Глеба.

– Всё в руках Господа, – сказал кто-то рядом.

Глеб, опешив от такой новости, перекрестился и, совсем растерявшись, отдал золотые монеты первому встреченному священнику. Постоял ещё в этой дождливой морози и пошёл куда глаза глядят, а глаза уже ничего не видели от смешавшихся мыслей и подступивших слёз.

И тут сплошной стеной полил дождь вперемешку со снегом.

Глеб позвонил своему личному водителю и попросил приехать к резиденции владыки.

Комаров был странно молчалив. Сидел и не спрашивал, куда ехать. Так они просидели в машине минут пять. Наконец Глеб сказал:

– Поехали.

– Куда? – спросил Сергей.

– Туда… – махнул рукой Глеб.

– Куда «туда»? Вы уж как-то попонятней выражайтесь, Глеб Андреевич. Новый год за окном, домой хочется, – пробурчал Комаров.

Глеб, впервые услышал недовольные нотки в голосе своего верного водителя.

– Куда-куда. В «Колизей»!

Тот резко рванул с места, напугав людей и обрызгав их снежной жижей.

Остановились у «Колизея», и Глеб сказал:

– Сбегай узнай, банкетный зал свободен? Хочу один побыть…

Но Сергей как сидел, так и продолжал сидеть.

– Ты чего сидишь?

– Я вам не слуга, чтобы быть на побегушках. Я водитель.

Глеба как прострелило.

– Что?!

– А то!

Услышав это, Глеб завёлся. Вышел из машины и, открыв водительскую дверцу, сказал:

– Давай ключи от машины.

Комаров отдал.

– А теперь выходи…

Тот послушно вышел.

Видно было, что он уже и сам не рад своему бунту.

Глеб сел за руль, громко хлопнул дверцей и бесцельно рванул с места.

Машина, поплутав по городу, выскочила к кремлю.

На Георгиевской башне несколько человек с остервенением рвали рекламный щит. На нём была изображена красивая девушка, приглашавшая всех в «Русский клуб».

Глеб остановился.

В этот момент щит с громким скрежетом упал в тротуарную жижу. Люди, спешившие под зимним дождём, вначале отпрянули, а затем пошли прямо по лицу девушки.

Настроение окончательно испортилось.

Из автомагнитолы зазвучали куранты, обозначая наступление нового века.

С последним боем холодный дождь неожиданно прекратился, а над мрачным кремлём вдруг вспыхнул ярким светом одинокий салют. Глядя на него, Глеб успокоился и, прошептав: «Дорогу осилит идущий», включил скорость и поехал в офис «Русского клуба».