Русский клуб - Владимир Дэс

– Я его бросила. Далеко к нему ездить. Скажи, почему, когда мужчины знакомятся со мной, им надо только одно – как можно быстрее затащить меня в постель?

На это Глеб ей резко ответил:

– Ты знаешь, когда женщины знакомятся со мной, им надо только одно – как можно быстрее и как можно больше вытащить из меня денег.

Она посмотрела на него сначала сердито, а потом вдруг как расхохоталась и, закурив, сказала:

– Ты прав. Наверное, каждый хочет того, чего ему не хватает в жизни. Я ведь однажды вышла замуж. Мужем стал горький пьяница – нигде не работающий сосед по этажу, дверь в дверь. Мне было жаль смотреть, как он пропадает, и я решила изменить его жизнь, а заодно и свою. Боролась за это целый месяц. Много работала. Детей стричь начала, чем раньше не занималась.

Глеб продолжил ёрничать:

– Ну, если так тяжела замужняя жизнь, завела бы себе любовника.

– Что ты! – замахала она руками. – Что ты, я разве двоих потянула бы? Мне еле хватало сил мужа прокормить, а ты о любовнике. Какой уж тут любовник! Не до любовников мне было. Я жизнь изменить хотела. Понимаешь? Я даже за стрижки стала брать вдвое больше, чем обычно. Хотя могла всех клиентов растерять. Но, слава Богу, этого не произошло. Мужу моему, как выяснилось, не нравилось, что к нам домой приходят мужчины и я глажу их расчёсками. Он сказал об этом. Я стала ему объяснять, что это моя работа, что этим я ему же на хлеб и зарабатываю. Чем больше мужчин, тем больше клиентов, тем больше денег. «Понял?» – спросила я его тогда. «Понял», – ответил он и дал мне в глаз. Потом в ухо. Я упала, а он пошёл спокойно на кухню допивать початую бутылку водки. Но допить не успел. Я была бы не я, если бы спустила ему это с рук. Я поднялась на ноги, схватила в руки табурет и огрела его что есть силы. В итоге он позорно ретировался в свою квартиру. Потом он несколько раз пытался помириться. Просил прощения. Но я его не простила. Не простила по – тому, что он избил мою мечту, а о чём мечтает каждая женщина – о замужестве.

– Тебе бы родить, Ольга.

– От тебя, что ли?

От такого быстрого и колкого вопроса Глеб смутился:

– Почему же от меня?

– А от кого? От соседа-пьяницы?

– Ну почему обязательно от пьяницы?

– А от кого? Где сейчас, в мои годы, найти нормального мужика? Они все уже заняты, а если не заняты, значит, ненормальные. Или тут, – она постучала себя по голове, – не в порядке, или тут, – она показала ниже пояса. – Но мне таких не надо. У меня уже были такие. Одни мучения.

– В каком смысле?

– Да во всех смыслах, – ответила она игриво. – И вообще, где вы, мужики? Одни воюют. Другие по тюрьмам сидят. Остатки пьют или за мамкины юбки держатся. Тех немногих, нормальных, разобрали. А я к этому «разбору» опоздала. Всё, с вас как всегда…

Глеб встал, осмотрел себя в зеркало, положил деньги на столик и сказал:

– Не переживай, всё у тебя будет хорошо.

Пока надевал пиджак, вспомнил про звонок дяди Вити. Решил поехать домой и сменить рубашку на пуленепробиваемую.

Пока переодевался, включил телевизор. Там Борис Николаевич Ельцин жаловался, что ему тяжело, и сообщал, что уходит с поста президента России.

«Господи, – подумал Глеб. – Что это такое? Что за день сегодня? Закончится он когда-нибудь или нет?» И решил поехать перекусить в «Бизнес-клуб».

Во время обеда к нему неожиданно прямо в комнату отдыха вошёл Майор. Такого он раньше себе не позволял. Глеб спросил:

– Что-то случилось?

– Мэра арестовали при передаче ему отката за дворников.

– И он что, взял?

– Да. Говорит, что как увидел деньги, мозги отключились.

– Я же его, идиота, предупредил! – вырвалось у Глеба.

– Об этом уже все знают.

– В смысле?!

– Когда его арестовали, он вас сразу сдал. И ещё… Губернатор дал команду всем службам, СЭС и ментам прессовать «Русский клуб». Что-то ему ещё не понравилось в вашем поведении.

– Я уволился.

– Понятно.

Они помолчали.

– Это всё? – спросил Глеб.

– Нет. – Майор подвинул к себе сумку, с которой пришёл, достал оттуда носок и высыпал из него на стол золотые монеты.

У Глеба глаза вылезли на лоб.

– Да, это ваше золото. Я в милиции курировал драгметаллы, и оценщик из магазина «Рубин» был моим агентом. Он тут же стуканул мне про золотые монеты, которые ему показала ваша будущая жена, поэтому мне несложно было всё понять. В милиции стало нечего делать, а Кальной предложил работать у вас. Вот тогда я эти монеты и забрал. Я уже примерно подсчитал, сколько будет стоить моя работа в «Русском клубе». В то время вы мне платить столько, сколько я хотел, не могли. Никто бы не понял ни вас, ни меня. Я знал, что пропажа золотых монет была не трагична, у вас уже было достаточно денег. Так я стал работать спокойно, зная, что вы мне как бы уже заплатили на многие годы вперёд, хоть и изъятым мной золотом. Это давало мне возможность жить с уверенностью в завтрашнем дне и честно работать на вас. Но вы постоянно повышали мне зарплату и относились ко мне по-человечески, поэтому монеты я продавать не стал.

Глеб осмотрел монеты. Да, это были они, те самые золотые из посоха деда Якова. Причём все в целости и сохранности. «Так вот о чём мне говорил Виктор Кальной», – подумал Глеб.

– И что дальше? Зачем ты их принёс? – спросил он Майора. – По твоей логике они твои, раз ты сам себе заплатил.

– Но они мне теперь не нужны. Я, Глеб Андреевич, ухожу от вас.

– Не понял. Как это уходишь? А как же фирма, я?

– Назначьте вместо меня Макса. Он парень честный, толковый, да и давно уже рядом с вами.

– А что будет с твоей женой? Она же болеет, насколько я знаю. Лечение дорого стоит.

– Жена, Глеб Андреевич, уже месяц как умерла от рака кожи. Я у вас брал отгулы на похороны, а вы за своими заботами этого даже не заметили. В течение месяца она вся побелела, даже не побелела, а обесцветилась, стала больше похожа на пергаментную куклу и так же быстро сгорела, как горит пергамент. Врачи сказали, что рак кожи у неё от кислоты, которой в неё плеснули.

Глеб воскликнул:

– Так что же ты сидишь?! Надо наказать этого подонка.