Останемся друзьями - Хейзел Хейс
– Угу, три месяца. В Вене.
– Мы все там жили вместе на каникулах, – объяснила Тринни. – Всемером. В большом доме.
– Прекрасные были деньки, – продолжала Джемма, пристально глядя на меня. – Мы смотрели фильмы и допоздна занимались, а по выходным закатывали потрясные вечеринки. Не так ли, Трин?
Та молча кивнула.
– Насколько я помню, Тео тогда был немного ловеласом. – Джемма даже изобразила пальцами кавычки.
– Ну не прямо ловеласом, – вмешалась Тринни.
– Ох, брось! Каждую неделю приводил домой новую девушку!
Джемма вглядывалась в мое лицо, ожидая реакции. Минуло мгновение.
– Свезло им, – сказала я.
Тринни усмехнулась, а Джемма хохотнула, что прозвучало жутко – как выстрел из пулемета.
– Впрочем, уверена, теперь-то он другой. И наверняка с ним стало лучше жить! Боже, каким же он был неряхой, да, Трин? Совсем не мыл посуду. Ни разу!
– Ну для меня он всегда моет посуду. – Я мило улыбнулась.
Повисла напряженная тишина. Возникло прямо мексиканское противостояние, как в вестернах, только с улыбками вместо пистолетов.
– Я сейчас лопну, – наконец выпалила Тринни, затем схватила меня за запястье и потащила в сторону уборной.
– Приятно было познакомиться, Джина, – бросила я через плечо.
– Джемма, – поправила та.
И без нее знала.
Мы с Тринни болтали, глядя друг на друга в зеркале уборной, освежая макияж и приходя в себя после той хрени, которую только что пережили.
– Она одна из бывших Тео? – поинтересовалась я.
– Едва ли ее можно так назвать. Максимум пару раз переспали.
– Ох.
– Не волнуйся. Его настоящие бывшие не станут с тобой разговаривать; просто будут бросать на тебя ледяные взгляды с противоположного конца комнаты.
Тео рассказывал, что у него было несколько интрижек в университете, но все девушки оказались чокнутыми стервами. После расставаний он ни с одной не разговаривал.
– Да-да, я поймала на себе парочку злобных взглядов, – сказала я, стараясь не придавать этому большого значения.
Тринни явно почувствовала мое недовольство. Она опустила губную помаду и взглянула на меня прямо.
– Слушай, раньше он был немного бабником. Но все парни проходят через эту стадию. Просто радуйся, что Тео успокоился.
– Пожалуй, – кивнула я.
– Уж не знаю, как тебе удалось, но ты его… приручила. Парень явно от тебя без ума.
– Думаешь?
– Еще как! – воскликнула Тринни. – Только о тебе и трещит после чертовой рождественской вечеринки в прошлом году.
– Он тебе рассказал?
– В мучительных подробностях.
Тринни бросила на меня уничижительный взгляд и продолжила наносить помаду.
– И, кстати, выглядишь восхитительно, – добавила она сквозь сжатые губы. – Мне бы такое платье не подошло.
– Спасибо. Твое тоже красивое.
Тринни – стройная, как тростинка, безгрудая девушка; ее в любой момент могут забрать в экранизацию романов Джейн Остин. Довольно скромное платье сидело на ней прелестно.
– Вы когда-нибудь?.. – начала я, надеясь, что заканчивать вопрос не придется.
Тринни сперва пришла в замешательство, затем расхохоталась.
– Мы с Тео? Фу! Нет! – Она скривила гримасу. – Без обид, он для меня как надоедливый младший братец.
– Уяснила, – сказала я, улыбаясь. У меня появилась подруга. Более того, у меня появился союзник. – К слову о распутных мужчинах, что у тебя с Айзеком?
Тринни закатила глаза.
– Мы раньше встречались.
Тут все стало на свои места, его сегодняшнее отвратительное поведение альфа-самца обрело смысл.
– И что случилось?
– В один прекрасный день он со мной порвал. Заявил, что тратит на меня свою молодость.
Я резко втянула воздух сквозь стиснутые зубы.
– К гадалке не ходи, и так ясно, что он пытается заполнить дыру в душе.
– Как по мне, он пытается заполнить множество дыр, – сказала Тринни, прежде чем бросить помаду обратно в сумочку и захлопнуть ее.
– Мужики – козлы.
– Согласна, – кивнула она. – Только не твой – тебе попался хороший.
Верно: Тео хороший парень, а я совсем не похожа на тех чокнутых, с которыми он встречался в универе. Наши отношения другие. Зрелые.
Мы с Тринни вернулись на вечеринку. Завидев меня, Тео просиял.
– А вот и мой ангел! – воскликнул он, обнимая меня за талию и целуя в щеку.
– Ради всего святого, Тео, она отходила лишь на пять минут, – вздохнула Тринни.
– Ну а я успел соскучиться.
Тринни выразительно на меня посмотрела, мол, я же говорила.
Остаток вечера я провела у Тео под боком, потягивая шампанское и знакомясь с его старыми друзьями и профессорами; каждый отзывался о нем с особой теплотой и непременно рассказывал какую-нибудь неловкую или занятную историю, затем комментировал мою внешность и/или происхождение. Профессорам, в частности, нравилось говорить обо мне в третьем лице, хотя я стояла прямо перед ними.
– Она красавица, – сказал преподаватель по бизнесу, бодрый седовласый мужичок по фамилии Хейворт.
– Она еще и говорить умеет! – добавила я с широкой улыбкой.
– И дерзкая к тому же, – ответил Хейворт. – Такие они, эти ирландские женщины.
Все рассмеялись, но я почувствовала, как Тео покоробило, поэтому решила подлить масла в огонь.
– Я из древнего рода дерзких ирландских женщин, сэр. Вообще, я почти уверена, что мой род ведет начало от самой королевы Мейв!
– Да вы что!
Когда ты иностранка, можно рассказывать англичанам практически что угодно о своей культуре или воспитании, и они купятся. Даже умные профессора с сединами.
– Ну тут ты определенно поймал удачу за хвост, – сказал Хейворт Тео. – Впрочем, ты всегда ловил удачу за хвост. – Затем он слегка пихнул меня локтем и сообщил: – Этот юноша однажды вылез из окна четвертого этажа, чтобы пойти на гулянку!
По пути к следующим собеседникам Тео забрал мой бокал шампанского.
– Тебе уже хватит, – весело сказал он. – И хватит врать моим профессорам.
Я неудержимо хихикала.
– Но он солгал мне!
– О чем же?
– О том, что ты вылез из окна четвертого этажа!
– Ладно. – Тео вернул мне напиток. – Окно было на первом этаже. Но оно становится все выше каждый раз, когда он рассказывает эту дурацкую историю.
Остаток вечера я была паинькой: смеялась над всеми шутками – даже над оскорбительными, – ни разу не ругнулась и всего несколько раз солгала.
Мы вернулись домой в два часа ночи. По причинам вполне понятным спутница Айзека решила уйти посреди вечера, и как только мы переступили порог, он ретировался в свою комнату, выключил «сияние секса» и лег спать. Мы с Тео разогрели остатки карри и, свернувшись на диване в своих прекрасных нарядах, несколько часов смотрели телевизор. Прямо как в Дублине в начале отношений: мы тогда не вылезали из кровати.
Уже подкрадывался рассвет, когда мы пошли спать, натыкаясь друг на друга в крошечной комнате Тео в попытке раздеться.
Тео расстегнул молнию на моем платье и поцеловал сзади в шею.
– Вечер прошел идеально, – прошептал
