Останься со мной - Айобами Адебайо

Вскоре эти письма стали обычным делом. Но тогда я еще не представляла, что в один прекрасный день нигерийские грабители обнаглеют настолько, что станут писать письма своим жертвам, чтобы те успели подготовиться к нападению, или сидеть в гостиной и требовать, чтобы их накормили толченым ямсом и супом с семенами эгуси после того, как они изнасиловали женщин и детей. При этом они смотрели видео, а затем отключали видеомагнитофон и уносили его с собой.

Йия Болу была одной из немногих, кто верил, что письмо — не шутка. Я тогда решила, что она поверила в силу своей наивности, потому что была неграмотной. Сама я не придала письму значения и даже не показала его Акину. В то время моя голова была занята другим. Когда Фуми начала жить с нами, я стала по средам ходить к психиатру. Я никогда не слышала о ложной беременности, и, хотя мне казалось, что такого быть не может, я каждую неделю посещала врача, и постепенно мое тело начало обретать прежние очертания.

Психиатр порекомендовала больше двигаться, и я начала ходить на работу и с работы пешком. Вскоре я поняла, что меня успокаивают эти короткие прогулки, путь от Фуми и обратно к ней. Я пыталась думать о салоне, но было трудно не замечать перестановки в моей собственной гостиной. Она передвинула кресла и поставила на кофейный столик вазу с пластиковыми цветами. Я старалась не встречаться с ней и почти все время проводила наверху. Акин много работал и обычно возвращался, когда я уже крепко спала, но по выходным ему хотелось обсудить со мной лечение. Чтобы его успокоить, я отвечала, что больше не считаю себя беременной, нет ни дня, ни даже минуты, когда я бы верила в это.

Ийя Болу поселилась в моем салоне. В рабочие часы она спала и храпела с открытым ртом, пока ее дочери шныряли вокруг. Она вставала, лишь чтобы послушать выпуск новостей по радио.

Каждому в районе пришло второе письмо от бандитов, и дни ускорились, как видеокассета на перемотке. Вторые письма отличались от первых. Они были разными и не выглядели розыгрышем скучающего подростка. В этих письмах упоминались личные подробности; становилось ясно, что написавшие их люди следили за нами, изучали нашу жизнь и, возможно, жили среди нас.

Так, воры поздравили семью Агунбиаде с рождением двойняшек, а Оджо — с приобретением универсала «Пежо 504». Выразили сожаление семейству Фатола, которое утратило титул вождей[20], и посоветовали Адио (семье Йия Болу) начать предохраняться. Пообещали прийти через три недели и посоветовали не уезжать из квартала; пригрозили выследить тех, кто посмеет уехать. Они так много о нас знали, что мы действительно поверили: если попытаемся сбежать, нас найдут. Наши сердца перестали биться ровно и заколотились громко, как набат. Мы вздрагивали, завидев пробегающую крысу, и перестали гулять по вечерам. Притихли даже дети.

Местный комитет нанял охотников для охраны. До писем с угрозами у нас не было даже комитета. В квартале, застроенном дуплексами с двумя отдельными входами, жили образованные современные люди. Мы приветствовали друг друга клаксонами, встречаясь на дороге. Ходили в гости только в случае крайней необходимости — на церемонии имянаречения, дни рождения и редкие похороны. Но мы не посылали друг другу толченый ямс и суп с эгуси в эмалевых лотках на Рождество и не раздавали жареную баранину на Илейю[21]. Мы желали друг другу счастливого Рождества и Рамадана с крыльца своего дома и махали, садясь в машину или заходя в дом.

Но когда пришли вторые письма от бандитов, жители сформировали местный комитет. В него вошли все. На первом собрании было шумно, но мы договорились нанять пятерых полицейских и группу охотников вдобавок к имеющейся охране. Мы также согласились внести по три найры с семьи в охранный фонд. Акин и мистер Адио поехали в полицейский участок Айесо и потребовали, чтобы к нам прислали полицейских.

На следующий день комитет получил от грабителей письмо. Те писали, что полиция у них в кармане. Мы посмеялись над этим и на следующем собрании согласились с мистером Фатолой (бывшим вождем Фатолой), который заявил, что мы перехитрили грабителей и последнее письмо это подтверждает. На следующей неделе полицейские вышли на смену. При виде полицейских с автоматическими пистолетами и охотников с винтовками мы успокоились и вскоре забыли про письма.

А потом Ийя Болу созвала «женское собрание».

Тогда я впервые побывала у нее дома. Там оказалось на удивление чисто и опрятно. Прежде я видела Йию Болу только в салоне и не удивилась бы, если бы ее дом оказался завален грязными подгузниками и пропах мочой. Но в нем витал аромат чего-то свежего и пряного, чего-то вроде лайма. Другие женщины удивленно озирались, и я поняла, что они тоже не надеялись увидеть в доме порядок. Во время собрания ее дети ни разу нам не помешали. Я все время думала, что она с ними сделала: заперла в комнате? В чулане?

Ийя Болу дождалась, пока все сядут, и начала собрание.

— Нам надо подготовиться к встрече с бандитами. Эти люди насилуют, в том числе детей. Надо вооружиться прокладками. — С каждым словом она все больше таращила глаза, и наконец я испугалась, что они выскочат и закатятся под стул.

— Вооружиться прокладками? Из них теперь стреляют? — спросила миссис Фатола и покачала головой.

Одна женщина рассмеялась, потом другая, и вскоре мы все начали смеяться — все, кроме Ийи Болу, которая выглядела так, будто вот-вот заплачет.

— Да заткнитесь вы! — выкрикнула она. — У меня шесть дочерей, вы понимаете, что это значит? И у старшей уже грудь растет! У вас тоже дочери, и у многих начались месячные. С этими бандитами надо быть готовыми ко всему, да и вы сами скажите — кто из ваших мужей согласится защитить вас от насильников и словить пулю? Ваши мужья сейчас наверняка ищут укромное место, где спрятаться.

— Не будет никаких бандитов, нас охраняют полицейские, — сказала миссис Оджо. Она год училась в Англии и всегда говорила с притворным британским акцентом даже на йоруба.

— Ни к чему пугаться без причины, — поддержала я.

Миссис Фатола захлопала в ладоши. Больше никто не хлопал.

Ийя Болу прошипела:

— Дайте договорить. Замочите прокладки в красном вине или в зобо — отваре из листьев гибискуса. И надевайте на ночь на случай прихода бандитов. Если они придут, то решат, что у вас месячные.

— Она спятила? Даже если она права, как могут быть месячные одновременно у всех жительниц