Четверокнижие - Янь Лянькэ

засыпали черный песок, поместить глиняную форму в виде пятиконечной звезды, чтобы расплавленные резаки, заполнив форму, остыли под холодным воздухом и речной водой и миру явилась пятиконечная звезда. Они чиркали карандашом по бумаге, чертили палкой на снегу, сначала высчитывали вес и объем пяти расплавленных резаков, потом — объем, диаметр и глубину формы, чтобы расплавленный металл заполнил весь ее объем. Ученому явно хотелось присоединиться к их обсуждению, чтобы отличиться не только идеей выплавки стали в виде пятиконечной звезды, а еще какой-нибудь новой технологией переплавки соломенных резаков в отборную сталь. И он придумал, что на дне формы нужно вырезать имя Мальчика, номер девяносто девятого участка и число, тогда с лицевой стороны пятиконечная звезда будет покрашена алой краской, а с тыльной стороны на память останется имя Мальчика, номер участка и дата выплавки, и в какой город ни отправится красная звезда, к какому начальству ни попадет в руки, пусть даже к тому, которое на самом верху, начальство увидит звезду и узнает, что такого-то числа такого-то месяца такого-то года ее выплавил Мальчик во главе своего девяносто девятого участка. И даже государственные руководители первого уровня, увидев красную стальную звезду, непременно запомнят имя нашего Мальчика, который изобрел технологию песочной плавки.

Придумав, что на дне формы нужно вырезать имя Мальчика и дату выплавки, Ученый понял, что снова обошел толпу в белых колпаках на один ход. Он поднялся на ноги, миновал густую чащу колпаков и направился к Мальчику со сталеварами.

3. «Мальчик небесный», с. 275–281

И стало так.

Выплавили пятиконечную звезду. Диаметром в один чи и восемь с половиной цуней. Толщиной в два цуня и три фэня. Вдвоем насилу поднимешь. Мальчик с Богословом отправились в поселок — сперва надо показать звезду штабу, а потом добираться до окружного центра, садиться на рейсовый автобус. И ехать в провинциальный центр, чтобы звезда попала на выставку достижений сталеварения. А дальше может быть, что Мальчик поедет представлять провинцию на самый верх, в столицу, поднесет стальную звезду тому начальству, которое на самом верху, и начальство посмотрит на звезду Мальчика, порадуется, даст звезде свою оценку.

Мальчик верил, что его пятиконечная звезда непременно будет представлять провинцию в Пекине.

Небо явило чудеса свои. Пока выплавляли сталь, метель кружила вовсю, но когда пришла пора доставать звезду из печи, небо разъяснилось. Гладкую сизую сталь покрыли алой краской, яркой и сверкающей. Завернули в красную бумагу, яркую и сверкающую. Поверх бумаги обвязали красным шелком, еще более ярким и сверкающим. А потом красный шелк, красную бумагу и красную звезду укутали в красное одеяло. Одеяло было мягкое, ватное, через него совсем не чувствовалась звонкая твердость пятиконечной стали.

Все вышли проводить Богослова и Мальчика. Встали под дамбой строем, густым лесом. Махали вслед. Желали удачи. Говорили напутствия. Верили, что на выставке звезда непременно возьмет первое место. И весной отправится представлять провинцию в столице. Верили, что после возвращения Мальчика целая партия заключенных окажется на свободе. И вот, люди вышли проводить Богослова и Мальчика, махали вслед, желали удачи. Встало солнце, осияло светом земную твердь. И на безбрежной белизне заскакали несметные тысячи ярких искорок. Мальчик с Богословом тронулись в путь по снегу. Колеса телеги врезались в снег и беспрерывно скрипели. Тихо, ни души. Деревья давно вырубили, и твердь земная простиралась во все стороны безбрежной белизной, словно огромный, необъятный лист чистой бумаги. Воробьям было некуда присесть, и они летали над твердью, весело щебеча, а устав летать, примечали куст прутняка или прошлогоднюю полынь, что торчала из снега, и усаживались отдохнуть. Под воробьиными стайками ветки прутняка гнулись, полынь клонилась к земле. А Мальчик с Богословом все шли. Богослов тащил за собой телегу, Мальчик шагал сзади. Из-за безграничной тишины хотелось поговорить, и они говорили.

— Сколько у тебя цветков? — неловко поинтересовался Мальчик.

— Девяносто два, — сверкнув потным лбом, ответил Богослов.

Заметив пот на лице Богослова, Мальчик задумчиво кивнул и сказал:

— Дам тебе еще десять цветков за верную службу.

Богослов вдруг остановился, лицо его сияло.

— Садись в телегу, снег подтаял, размочит тебе подошвы. — Для поездки в провинциальный центр Мальчик надел новые туфли. Матерчатые туфли. На толстой стеганой подошве. С верхом из синей домотканой холстины. Мальчик оглядел подошву — так и есть, намокла от подтаявшего снега.

И Мальчик уселся в кузов рядом со звездой, укутанной в ватное одеяло. В теплое и мягкое одеяло. Мальчик был взволнован. Воробьи летели за телегой. Над твердью земной стелился свет и дробное чириканье воробьев. И тишина. Вспотевший Богослов с оглоблями в руках бежал по заснеженной дороге, спустя некоторое время он остановился, зачерпнул горсть снега, вытер мокрое лицо, еще одну пригоршню снега отправил в рот, чтобы унять жажду, подхватил оглобли и побежал дальше, похожий на радостного осла.

Спустя еще какое-то время Мальчик посмотрел в небесную твердь и произнес:

— Как тихо. Расскажи что-нибудь.

— Что рассказать? — спросил Богослов. Мальчик подумал немного и проговорил:

— Можешь дальше рассказывать истории из твоей любимой книги.

Богослов тоже подумал немного, спросил:

— С того места, где я остановился?

— Как хочешь, — ответил Мальчик.

И запряженный в телегу Богослов принялся вспоминать, что рассказывал Мальчику из Библии, когда они оставались наедине. Он рассказывал истории из Бытия о том, как Бог сотворил небо, землю и человека и как люди были изгнаны из рая; рассказывал о Ноевом ковчеге, о Вавилонской башне, о Моисее и десяти заповедях, о золотом тельце, медном змие и первом царе Израилеве. Богослову хотелось поведать Мальчику самую интересную историю из Библии. И он решил рассказать о рождении Иисуса Христа. Богослов тащил за собой телегу, стараясь не сбиться с дороги среди снежной и светлой белизны, и рассказывал: Иосиф был плотником из Назарета, а женой ему назначена была Дева Мария, нарисованная на образе, который ты у меня забрал. Мария была молодой девушкой, но когда Иосиф собирался взять ее в жены, она вдруг понесла. Иосиф страшно огорчился — он решил, что Мария ему неверна, хотел отменить свадьбу, но Бог явился ему во сне и сказал: «Не печалься и не тревожься. Ребенок во чреве Марии родится по воле Промысла Божьего и Духа Святого, прими жену свою Марию, расти сына ее, как своего. И нареки ему имя Иисус». «Иисус» означает «Спаситель», а «Спасителем» называют того, кто во веки веков выручает людей из беды.

Богослов, вдохновенно размахивая руками, излагал Мальчику историю о рождении Христа.

Вот так, — говорил Богослов, — Мария разрешилась от бремени, и родился Иисус. И