Хайнц Конзалик - Смерть и любовь в Гонконге

Когда доктор Меркер перевел дыхание, это прозвучало как стон. Апокалипсическая идея Тиня о том, что яд или нечто иное может быть впоследствии применено во всем мире, повергла его в ужас.

– Янг, у меня что-то пропал аппетит, – сказал он тихо. – Не сомневаюсь, ваш повар готов удивить нас разными чудесами, но мне сейчас кусок в горло не полезет. Может быть, поедем к доктору Мэю прямо сейчас?

– Согласна. Мой сампан ждет нас.

– С этим старым-престарым гребцом? Представляете, он не ответил ни на один мой вопрос.

– А он и не мог, – сказала Янг таким тоном, будто речь шла о самой обыкновенной вещи в мире. – У него вырвали язык и прокололи барабанные перепонки. Однако он пережил многих, которые умели говорить и слух не потеряли. В городе джонок, Фриц, свои законы.

6

Когда господин Чао вызвал их в мрачную заднюю комнату китайской харчевни на Вай-Чинг-стрит, они ничего утешительного для себя услышать не рассчитывали. Они сидели в маленьком прокуренном помещении плечо к плечу на шатких стульях, пили зеленый чай с медом и чувствовали себя виноватыми, хотя никого из них не в чем было упрекнуть.

…Прослушивание микрофонов, вшитых в оба пиджака, не просто разочаровало их. Оказалось, что весь их план, обычно эффективный, на сей раз пошел насмарку. Кассеты пусты! Что-то потрещало, прогромыхало – и полная тишина! Эксперт по электронике сразу разобрался, в чем дело: передатчики испорчены. Этот раунд они проиграли вчистую… После чего все и получили приглашение на Вай-Чинг-стрит.

Господин Чао не спешил начинать. Наблюдают за ними или нет, собравшиеся не знали. Они молча пили чай и ждали. И вдруг в комнате прозвучал голос Чао – он опять доносился, казалось, со всех стен, изо всех углов и даже с потолка. Это пугало и парализовало волю.

– Два часа назад за доктором Меркером заехало такси, – строго проговорил Чао. – Мне передали, что сесть ему на хвост вы не сумели. Микрофоны молчат, а в полиции мне дали понять, что в результате исследований мозга получены важные данные! Как вы могли это допустить? Вопрос к медицинскому эксперту…

Последовало недолгое молчание: все уставились на того, к кому обратился господин Чао. Эксперт-медик достал из кармана густо исписанный листок бумаги и разгладил его. Его лицо напоминало мертвенно-белую маску.

– В какой-то степени это для меня загадка… – начал он.

– Я загадки терпеть не могу! – холодно прервал его господин Чао.

– Доктор Меркер получил препарат мозга в замороженном состоянии.

– Уже это – ошибка! Почему мозг вообще существует до сих пор?

– Было бы слишком подозрительно, если бы препарат исчез.

– Кто об этом говорит? Этот мозг можно было подменить совершенно нормальным мозгом…

– Об этом… об этом мы не подумали, – подавленно проговорил медик.

– Вы мало и плохо думаете! – В голосе Чао прозвучал металл. – Почему забыты уроки Будды? «В мысли – часть рая», – говорит он. «Глупость предает нас дракону» – тоже его слова. Что вам известно об исследованиях доктора Меркера?

– Только те данные, которые просочились к нам из главного полицейского управления…

– Они мне известны. Все, что подается в письменном виде, попадает в руки Тинь Дзедуна! Я жду ваших предложений.

Тишина, наступившая после этих слов, была зловещей. Все сидели, уставившись в покрытый драным линолеумом пол, испытывая неловкость и страх.

Предложения! Они знали только один-единственный способ избавиться от немецкого врача, но этот путь господин Чао отвергал. Доктору Меркеру жизнь пока что дарована: от результатов его работы слишком многое зависит.

Первым поднял голову эксперт-медик. Он посмотрел на потолок, с которого свисали бумажные гирлянды, припорошенные пылью и обсиженные мухами.

– Я предлагаю смутить всех очередным случаем, – сказал он. – Гарантирую, что теперь-то мы уж подменим мозг совершенно здоровым. Не исключено, мы получим новые сведения о ходе его работы. Самое главное: они растеряются, их будет подгонять и подстегивать желание добиться немедленного успеха. В таких случаях часто открываются запертые прежде двери.

– Об этой идее стоит поразмыслить, – несколько более мягко проговорил господин Чао. – Она созвучна мысли, которая меня в последнее время занимает. До сих пор все находилось на стадии эксперимента, перед нами вставало множество вопросов, и мы знали ответ далеко не на все. Великая цель по-прежнему далека, хотя мы ее уже отлично видим. Новый эксперимент должен доказать им, что мы находимся с ними в состоянии войны. Наше положение предпочительнее: они нас не знают! Зато мы наших противников знаем в лицо. Всех поголовно. Хуа!..

– Господин Чао? – немедленно откликнулся тот, к кому господин Чао обратился.

– Материал у вас есть?

– Сколько угодно, господин Чао.

– Я вас слушаю.

– Лучше других подходят три девушки и четверо мужчин. Все они с Новых Территорий, и все сироты. Никто их искать не будет. Одна из девушек родом из Макао, мы подобрали ее спящей на улице. Все они подготовлены…

Последнее слово повисло в комнате ядовитой тучей. «Подготовлены» – первая ступень по дороге в ад. Господин Чао был, похоже, очень доволен.

– Мы предпримем две акции, – проговорил он безо всяких эмоций. – Так сказать, одну общественную и одну приватную. Одновременно, минута в минуту. В Коулуне и в Виктории.

– Как бы нам не просчитаться! – Эксперт-медик с умоляющим видом огляделся по сторонам, но, кроме старых гирлянд, ничего, конечно, не увидел, даже самого примитивного динамика, из которого доносился бы голос господина Чао.

– Объясните вашу мысль!

– Я не сумею подменить два мозга.

– Этого от вас никто и не требует! – Голос снова стал строже. – Общественная акция следов не оставит! Кто в этом сомневается – ржавое звено в нашей цепи.

– Наше величайшее доверие всецело обращено к вам, господин Чао. – Эксперт-медик распростер руки, словно тот мог его видеть. – Я хотел лишь обратить внимание на медицинскую сторону вопроса, за которую отвечаю.

– За все отвечаю я один! – жестко проговорил господин Чао. – И вижу из всех вас я один. А вы – руки, коими повелевает мой мозг. Можете расходиться. Хуа, задержитесь. Да порадует вас блеск ночного неба…

Все как можно скорее покинули дрянную комнату, не удостоив взглядом угодливо улыбавшегося и кланявшегося хозяина харчевни, и сели в свои машины, которые ожидали их в боковых улочках. Теперь оставшийся в комнате один, Хуа сидел, похолодев от страха и сжимая дрожащие пальцы.

К нему снова обратился голос господина Чао и потребовал поподробнее рассказать об одной девушке и одном мужчине, которые подготовлены для того, чтобы продемонстрировать властям силу Неизвестного.