Стратегия победы. Разгрома 1941 года не было - Елена Анатольевна Прудникова

– как тут без стройки?!), и даже борьба с детской беспризорностью. Не совсем понятно, зачем было выделять НКГБ – к этой куче его работа мало что добавляла, и без нее данная куча практически не уменьшилась…

Зато об НКГБ заботятся трепетно, по-видимому, опасаясь, чтобы товарищ Меркулов не перетрудился. Снова перечисляются все те же функции, что и в постановлении, и затем та же строчка:

«От проведения всякой другой работы, не связанной непосредственно с вышеперечисленными задачами по обеспечению государственной безопасности СССР, органы наркомата государственной безопасности освобождаются. Существовавшие в НКВД СССР Главное экономическое управление и Главное транспортное управление ликвидированы».

Оба-на! Перед войной!! Когда только и жди диверсий, в особенности на транспорте!!!

И ведь это еще не все!

«Функции этих управлений в области борьбы со шпионажем, диверсией и вредительством в системе народного хозяйства возложены соответственно на контрразведывательное и секретно-политическое управление наркомата государственной безопасности».

И сразу же вопрос: а куда делись остальные функции этих управлений? Ведь формулировка молчаливо предполагает, что существовали и остальные, «не связанные непосредственно с задачами по обеспечению государственной безопасности»? Что они собой представляли?

(Да, кстати, а как моботдел? Ну, не испарился, как в тридцатом, но… Он все так же неявно существует на задворках, занимаясь неизвестно чем. В перечислении задач НКВД ему может соответствовать только один пункт: учет военнообязанных, но и это еще бабушка надвое сказала. Логичнее было бы вписать эту работу дополнительной строчкой в функции отделов ЗАГС, чем нагружать ею по новой кого-то еще. И если это все же делал моботдел – то почему его расформировали в ноябре 1941 года? Что, военнообязанные в Советском Союзе закончились?)

…Еще в директиве говорится, что вместо дорожно-транспортных отделов ГТУ на крупных железнодорожных станциях создаются отделения и пункты НКГБ, подчиненные наркомату по линии контрразведки. Все очень мило, а куда переходят секретные отделы на предприятиях? А никуда – их нет, точно так же, как нет и пункта об обеспечении эвакуации. Но ведь сами отделы не упразднены? Ну конечно, не упразднены, поскольку вполне успешно присутствуют в документах начала войны, вот только подчиняются они теперь неизвестно кому – то ли какой-то конторе внутри НКВД (возможно, тому же моботделу), то ли прежним начальникам по новой линии.

А куда делись прежние начальники? Кобулов стал заместителем наркома ГБ, а Мильштейн – начальником секретно-политического отдела. Все та же связка, что и в сентябре тридцать восьмого. Причем со строжайшим (!) запрещением заниматься чем-либо, кроме чекистской работы. Командовал ими Меркулов, тот самый, что полгода спустя приезжал в Ленинград готовить к взрыву ленинградские заводы. А Мешик, руководитель промышленного отдела ГЭУ, стал – кем бы вы думали? Наркомом внутренних дел Украины! Той самой республики, эвакуация промышленного района которой была главной и наиболее трудной задачей первых недель войны.

Стоит ли говорить, что после обратного объединения наркоматов ГЭУ и ГТУ мгновенно материализовались снова? А их деятельность курировал заместитель наркома Богдан Кобулов – кстати, освобожденный от всякой другой работы, в том числе и секретно-политической?

Ну, и что это такое, если не операция прикрытия? Круто, говорите? Знаете, когда речь идет о таких ставках, то и не круто…

Кстати, если это так, то мы имеем косвенное свидетельство, когда была закончена подготовка к эвакуации промышленной базы – к февралю 1941 года. Если бы военные так выполняли предначертанные им планы, едва ли немцы продвинулись бы дальше Днепра…

Четвертая власть

Либо вы часть решения, либо вы часть проблемы.

Элдридж Кливер

В 1941 году НКВД был уже совершенно другой организацией, даже по сравнению с годом 1938-м. Берия опять же поступил по-сталински. Сталин, заняв в апреле 1922 года невидную и малозначащую должность генерального секретаря ЦК РКП(б), через какие-то полтора-два года сделал ее основной в партии и, по общеизвестному выражению (приписываемому Ленину, хотя и не факт, что ленинскому), «сосредоточил в своих руках необъятную власть». Берия, заняв в сентябре 1938 года невидную и малозначащую должность наркома внутренних дел, через какие-то два года сделал свою контору сравнимой (если не по властным полномочиям, то по властному потенциалу уж точно) с государством и партией, и… ну конечно же, сосредоточил в своих руках необъятную власть. Что властолюбивого тирана Сталина почему-то совершенно не пугало…

К началу войны НКВД был способен выполнять, в общем-то, любые задачи – в том числе и те, с которыми не справлялись существующие структуры.

Пример первый. Уже 26 июня вышло указание заместителя наркома внутренних дел, генерал-лейтенанта Масленникова об организации охраны тыла действующей армии. Этим распоряжением все войска НКВД, находящиеся в прифронтовых районах, передавались в оперативное подчинение начальнику охраны войскового тыла фронтов (которая, кстати, тоже относилась не к военному ведомству, а к НКВД). И в тот же день директивой Берии были определены их функции: «наведения порядка в войсковом тылу, очищения тыловых дорог от беженцев, ловли дезертиров, очистки путей сообщения, регулирования подвоза и эвакуации, обеспечения бесперебойной работы связи и ликвидации диверсантов». Как видим, наряду с нормальными задачами органов внутренних дел здесь есть функция, примыкающая к сфере ответственности НКПС – регулирование подвоза и эвакуации. Именно этот стык плодил постоянные заторы на станциях и служил предметом бесконечных разборок между УВОСО, НКПС и грузополучателями. А кроме того, на НКВД ложится еще и обеспечение работы связи. Притом что в СССР существовал целый самостоятельный наркомат связи, а в структуре РККА – еще и Управление связи, в целом состояние этой области напоминало фильм-катастрофу, причем без хеппи-энда в конце. Но какое отношение эти прискорбные обстоятельства имеют к чекистской работе?

Пример второй. В феврале 1941 года особые отделы были переданы в наркомат обороны, став 3-ми отделами в структурах НКО. Вираж странный, чтобы не сказать очень странный. Особые отделы были не только контрразведкой, но и структурой, надзирающей за армией, и передать руководство надзором тем, за кем надзирают… Это как если бы прокуратурой стал руководить начальник милиции. Тем не менее зачем-то ведь это было сделано. Только не надо говорить, что Сталин не понимал, что он творит!

Передача была примерно такой же, как разделение наркомата. Рядовых армейских контрразведчиков не стали даже переаттестовывать – они так и остались со своими гэбэшными званиями до воссоединения наркомата, когда 3-и отделы снова стали особыми, и руководил ими все тот же майор ГБ Михеев. Но вот функции у армейских контрразведчиков вырисовываются довольно неожиданные.

Михаил Мельтюхов написал большую статью: «Начальный период войны в документах контрразведки», где приводит подлинные рапорты начальников этих самых 3-х