Чекистами не рождаются - Андрей Алексеевич Ворфоломеев

удастся. А обстановка за пределами СССР продолжала оставаться напряжённой. В Италии стремительно набирал силу фашизм Бенито Муссолини. К апрелю 1926 года дуче укрепился настолько, что смог добиться отстранения откровенно не симпатизировавшего ему начальника SIM (Службы военной разведки) полковника Атилло Виджевано. А это был серьёзный звоночек! Если раньше военные относились к Муссолини, как к напыщенному выскочке, то теперь они были вынуждены с ним считаться.

Ещё во время прошлогодней поездки в Италию Лев смог получить подробное досье на Виджевано. Оно действительно впечатляло. Офицер альпийских стрелков, в годы войны – начальник разведотдела оперировавшей в Доломитах 4-й армии, автор нескольких исторических трудов. Как заметил один из итальянских исследователей: «Атилло Виджевано стал начальником SIM и в определенной степени преобразовал её, поставив на солидную основу. SIM обязана ему тем, что, пустив прочные корни, смогла противостоять всем превратностям фашистского двадцатилетия. Не будучи в силах скрыть антипатию к фашизму, Виджевано вынужден был в 1926 году оставить пост руководителя службы, после чего для неё наступил тяжелый период упадка и гонений, едва не уничтоживших её».

Вместе с тем, невзирая на свою популярность, Муссолини тоже устраивал далеко не всех. Некоторые историки считают, что ниточки загадочного покушения на дуче 31 октября 1926 года тянулись вглубь его собственной партии. Концов, правда, отыскать не удалось. Во многом это произошло оттого, что стрелявший в Муссолини пятнадцатилетний Антео Дзамбони был сразу же растерзан фашистами. Сам дуче не пострадал. Пуля лишь пробила подкладку его куртки, но не задела груди. Ответом стало ужесточение гонений на все оппозиционные партии, прежде всего – на коммунистов. Лев, впрочем, обо всех этих событиях узнал с заметным опозданием, поскольку вновь находился в очередной командировке за пределами СССР. И Европы тоже.

34

Новое задание началось для Льва неожиданно. Вернее даже, к нему привела целая череда совершенно непредвиденных случайностей. Как-то погожим осенним днём 1926 года они с Настей гуляли по Страстной площади, где и стали свидетелями весьма неприятной картины. По тротуару, прижимаясь поближе к домам, шёл невысокий, худенький китаец. Завидев его, шофёры стоявших здесь же таксомоторов и извозчики начали нехорошо улыбаться и переглядываться. Наконец, один из них развязно бросил:

– Эй, Чжан Цзолинь, садись, покатаем.

Обычно китайцы старались на подобные грубые шутки не реагировать, но этот оказался не из таких. Остановившись, он на ломаном русском языке ответил:

– Я не Чжан Цзолинь, а ты – не Деникин!

– Что?! – взревел верзила-шофёр, который и затевал-то всё ради обычной драки. – Разговаривать?! Смотри! Морду набьём!

И тут китаец допустил ещё одну ошибку. Он побежал. Как известно, вид убегающей добычи действует на любую толпу возбуждающе. Сразу же появились вездесущие мальчишки со своей обидной дразнилкой: «Ходя, ходя, соли надо?», а за ними, грохоча сапогами, вслед за чужеземцем припустили и взрослые. Расстояние между щуплым китайцем и его преследователями стремительно сокращалось. Вид их не сулил жертве ничего хорошего – сжатые кулаки, налитые кровью глаза. Лев решил, что пора вмешаться.

– Извини, дорогая, я на минутку, – мягко высвободил он свою руку из судорожно сжатых пальцев супруги и шагнул навстречу толпе.

Пропустив запыхавшегося китайца, Лев резкой подсечкой сбил первого из догонявших. Промчавшись по инерции ещё пару метров, тот со всего размаху врезался в фонарный столб и кулем сполз на землю. Остальные замерли, на минуту опешив. Этого момента хватило Льву для того, чтобы развернуть свою красную книжечку и тоном, не предвещавшим ничего хорошего, сказать:

– Тихо! ОГПУ. Что здесь происходит?

– Тикай, братцы! – раздался чей-то отчаянный вопль, и площадь мигом опустела.

Усмехнувшись, Лев спрятал служебное удостоверение и неспешным шагом вернулся к жене.

– Ты всё такой же! – не преминула укорить его Настя, однако по улыбке на её лице было видно, что она им гордится.

К немалому изумлению обоих, спасённый китаец и не думал исчезать. Подойдя поближе, он сложил обе ладони перед собой и церемонно поклонился.

– Спасиба, товарищ! Как ваша зовут?

– Лев.

– А я товарищ Дэн. Из Пекина.

– И где же вы живёте, товарищ? – для поддержания разговора поинтересовался Лев.

– На Ильинке.

– Это в общежитии «Суньятсеновки», что ли? – уточнила Настя.

– Да, да!

– Ну, пойдём, проводим тебя, что ли, друг ситный. А то опять ненароком ещё какая-нибудь шпана привяжется…

История эта имела неожиданное продолжение. Через несколько дней Льва вызвал к себе недавно назначенный начальником экономического управления Иностранного отдела ОГПУ Абрам Слуцкий.

– Ну что, Лев Лукич? Безобразничать изволите? – после приветствия начал он. – В выходной день и то умудрился драку затеять!

– А вам откуда это известно? – искренне изумился Лев.

– Э, дорогой! Не забывай, в каком мы с тобой учреждении служим. ОГПУ всё знает! А если серьёзно, то тебе ли говорить, какой плотной сетью осведомителей опутаны все наши высшие учебные заведения? И Университет имени Сунь Ятсена отнюдь не исключение.

– Что, и товарищ Дэн тоже?

– Работает на нас, имеешь в виду? Нет, разумеется. Товарищ Дэн – простая душа. Он всего-навсего неоднократно рассказывал сокурсникам о своём чудесном спасении. Так и попала информация в нужные уши. Остальное уже было делом техники. За то, что не бросил иностранца в беде, выражаю тебе свою личную благодарность. Но и это ещё не всё. Я как раз ломал голову над тем, кого послать в ответственную заграничную командировку. Ну, и после истории с товарищем Дэном решил остановиться на твоей кандидатуре. Сейчас объясню, почему.

В настоящее время, можно смело утверждать, что Советский Союз начал постепенно преодолевать все негативные последствия разрухи первых послереволюционных лет. Народное хозяйство, благодаря принятию НЭПа, находится на подъёме. В частности, неплохими темпами развивается автомобильная промышленность. Однако для производства машин требуется одна немаловажная деталь. А именно – шины. Которые, как и прочая резина, делаются из каучука. При царе всё необходимое сырьё Россия получала из-за границы. Но для Советского Союза этот путь абсолютно неприемлем. Меж тем объёмы производства автомобилей растут. Каучука требуется много. Выход один – самим попробовать наладить его изготовление.

Как известно, каучук бывает двух видов – натуральный и синтетический. Над получением последнего из нефтепродуктов сейчас работает целая группа учёных под руководством профессора Лебедева. И вроде бы уже достигнуты первые обнадёживающие результаты. Однако о промышленном производстве речь пока не идёт. Вот в связи с этим и стали раздаваться некоторые голоса о том, что не стоит сбрасывать со счетов и добычу каучука натурального. Мол, в нашей стране достаточно мест с жарким климатом, где вполне можно сажать гевею.

Ну а когда, в условиях международной изоляции СССР, возникают подобные вопросы, то для