Камень глупости. Всемирная история безумия - Моника-Мария Штапельберг

и желание отправиться в Париж теперь встречаются среди людей, раньше думавших, что это присуще другой расе; вот истинный источник нервозности и психических заболеваний, а не просто тот или иной конкретный продукт питания или питье» [16].

В том же ключе немецкий врач Иоганн Гаспар Шпурцгейм утверждал, что «Роскошь и чрезмерное потакание своим желаниям вызывают нервные расстройства и безумие. Причем богатым эти расстройства досаждают пропорционально больше, чем бедным» [17]. Более того, конкретно об англичанах он писал, что «честолюбие – частая причина безумия, все так же распространено в Англии <…> показная роскошь присутствует всегда. Более того, Англия – меркантильная нация, ум которой постоянно занят спекуляциями, колеблется между страхом и надеждой, поскольку успех зависит от множества случайностей. <…> Короче говоря, мне кажется, что в Англии все чувства, эгоистичные и свободные, религиозные и нравственные, низкие и высокие, чрезвычайно оживлены. <…> Таким образом, активная деятельность ума кажется мне главной причиной того, почему безумие так часто встречается в Англии» [18].

В 1837 году английский хирург Уильям Александр Фрэнсис Браун (1805–1885), один из самых значимых врачей-психиатров своего времени, задался вопросом, действительно ли безумие усугубляется из-за развития цивилизации [19], добавив, что «С роскошью безумие, по-видимому, идет нога в ногу. <…> было высказано мнение, что <…> по мере того, как мы продвигаемся в промышленности, знаниях и благополучии, этот злобный преследователь также шагает вперед, отмечая каждую эпоху социального прогресса увеличением <…> числа жертв. Является ли безумие неотделимым составляющим цивилизации?» [20] Он был убежден, что «умножение причин, которые вызывают саму манию [выделено мной], слишком ощутимо. Занятия, развлечения, безрассудства и, прежде всего, пороки нынешней расы бесконечно более благоприятны для развития болезни, чем в любой предыдущий период. Мы живем во власти соблазнов и должны платить за это, и безумие также является платой» [21]. Как уже упоминалось, мания и меланхолия классифицировались как безумие.

Врачи Джон Чарльз Бакнилл и Дэниел Гек Тюк в 1879 го-ду также писали: «Не может быть никаких сомнений <…>, что безумие достигает максимального развития среди цивилизованных наций, оставаясь на минимуме среди варварских» [22]. Более того, они заявили, что, «принимая во внимание основные причины безумия, не может быть никаких сомнений в том, что в современном цивилизованном обществе» причинами безумия являются «повышенная восприимчивость к легчайшим впечатлениям (чрезмерное количество раздражителей) – перегрузка, которой подвергается мозг, особенно в раннем возрасте из-за чересчур сложной системы образования, <…> высшие эмоции или нравственные чувства, низшие наклонности и интеллектуальные способности. Таким образом, люди подвергаются такому количеству раздражителей, какое было неизвестно диким племенам» [23].

Конечно, если развитие цивилизации и прогресс приводят к умственной дисфункции, это представляет собой тревожную перспективу для будущих поколений, поскольку ясно указывает на то, что «тогда можно ожидать быстрого и постоянного роста числа сумасшедших людей» [24].

В этой главе мы рассматривали рост случаев различных нервных расстройств с начала XVIII и в XIX веке, в то время объяснявшийся как существенный рост числа случаев заболеваний психических. Эта эскалация была предположительно связана со стрессами прогрессирующей, развивающейся цивилизации и вытекающим отсюда социальным, физическим и умственным давлением. Однако все большее внимание, а также жаркие медицинские дебаты и дискуссии на тему наследственного вырождения в XIX веке тем не менее затронуты не были. Приверженцы теории вырождения в то время опасались, что цивилизация могла прийти в серьезный упадок и причины этого ухудшения кроются в биологических изменениях – представления, вытекающие из донаучных представлений о наследственности…

8

Теория наследственного вырождения и безумие

Теория вырождения была впервые подробно изложена в 1857 году в трудах Бенедикта Мореля (1809–1873), известного французского психиатра, который подробно записывал семейный анамнез своих пациентов. Его книга Traité des dégénérescences physiques, intellectuelles et morales de l’espèce humaine et des causes qui produisent ces variétés maladives [1] мгновенно вызвала широкий интерес. Тезис Мореля, описывающий причины и симптомы наследственного вырождения, также объяснял и разъяснял, что определенные психические расстройства являются наследственными и, следовательно, неизлечимыми. Он утверждал, что употребление различных токсичных веществ, таких как алкоголь или опиум, вызывает физическое и умственное разложение, которое будет передаваться из поколения в поколение, в конечном итоге приводя к социальной деградации и ни на что не годному обществу. Также в концепции наследственного вырождения было заложено представление, что безнравственный образ жизни проституток, преступников, бедняков и сумасшедших был дефектным и представлял собой регресс в человеческой эволюции. Появление на свет таких нежелательных, морально ущербных личностей привело бы к передаче их умственных, моральных и физических патологий из поколения в поколение и к их распространению.

Затем в 1859 году Чарльз Дарвин опубликовал свою новаторскую книгу «Происхождение видов путем естественного отбора, или Сохранение благоприятных рас в борьбе за жизнь». Подзаголовок говорит сам за себя.

В 1876 году итальянский врач и криминолог Чезаре Ломброзо (1835–1909) четко описал анатомические проявления вырождения у социально девиантных людей и преступников-сумасшедших. К таким чертам относятся низкий, покатый лоб, бегающие глаза, лопоухость, приплюснутый нос, выступающая вперед челюсть, неровные зубы, длинные руки, редкая борода и лысина. Ломброзо также перечислил характеристики дегенеративного мышления, включающие апатию, безнравственность, полное отсутствие раскаяния и дальновидности, трусость, чрезмерную праздность и самолюбие.

Теория вырождения Мореля, теория эволюции путем естественного отбора Дарвина и предполагаемые Ломброзо анатомические и ментальные характеристики дегенерации глубоко повлияли на общественное мнение и теории того периода. Они оказали значительное, широкомасштабное влияние на социальный, политический и психиатрический дискурс в последующие десятилетия – сторонники теории вырождения расширили теорию, включив в нее большую часть психиатрии.

Наследственная неполноценность безумных

Новая эволюционная биология в XIX веке в Британии, Америке и на европейском континенте была призвана объяснить и обосновать целый ряд социальных недугов. Преступность, безумие, умственная отсталость, алкоголизм, эпилепсия и бедность считались продуктом унаследованной физической и умственной неполноценности и дефектности. Поскольку открытия биологии, казалось, демонстрировали, что существующий социальный и моральный порядок заложен природой, психиатры сосредоточились на безумии как на показателе социальной, интеллектуальной и моральной деградации – наследственной неполноценности безумных.

По словам Ричарда Грина, главврача лечебницы Берри Вуд в Нортгемптоне, «Никакая человеческая сила не может искоренить ужасную наследственную природу безумия, и каждое так называемое “лечение” в одном поколении может привести к увеличению числа случаев безумия в следующем» [2]. Адвокат и врач Сэмюэл Александр Кенни Страхан (ум. 1902) писал, что «нервная болезнь, с которой мы, психиатры, обычно сталкиваемся, редко является продуктом жизнедеятельности отдельного человека. Основа ее заложена в предыдущих поколениях» [3]. Он продолжал: «С незапамятных времен признавалось, что главной причиной, предрасполагающей людей к безумию