Приказ Шарпа - Бернард Корнуэлл

Колонна остановилась. Никто, казалось, не знал, что делать. Шарп воспользовался паузой, чтобы достать подзорную трубу, и увидел, что второй офицер, пытавшийся собрать две роты, тоже пал. Авангард французов кромсали винтовочные пули, и не успевал он быть уничтожен, как люди, шедшие сразу за ним, становились новыми мишенями для безжалостного огня. Солдаты в центре колонны паниковали, стреляя вслепую вверх по склону. В воздухе мелькнул шомпол, вылетевший из мушкета, что было верным признаком плохо обученных солдат. Затем, наконец, Шарп увидел, как худощавый офицер жестом приказывает солдатам второй роты в хвосте колонны рассыпаться. Он видел, как тот кричит, и оторвал глаз от трубы, чтобы проследить, как рота расходится по склону долины, образуя редкую стрелковую цепь.

— Давно было пора, — пробормотал Шарп. — Займите этих вольтижеров! — крикнул он.

Стрелковая цепь начала подниматься, и Шарп почувствовал укол тревоги. В цепи было более пятидесяти человек, каждый в четырех-пяти шагах от соседа, и его четырнадцать стрелков должны были их остановить. Вольтижерам понадобится не меньше семи-восьми минут, чтобы взобраться по склону, что давало ему время сделать более двухсот выстрелов, но одиночных солдат убить было гораздо труднее, чем удобно сбитые в ряды войска, а большинство его стрелков все еще палили по остаткам первой роты, которая по-прежнему шла колонной по дороге.

— Не обращайте внимания на колонну! — взревел он. — Убивайте застрельщиков! И цельтесь точнее!

Застрельщики начали сражаться как положено. Один опускался на колено и стрелял вверх по склону, пока его напарник перезаряжался. И чем ближе они подходили, тем точнее становилась их мушкетная стрельба. Шарп наблюдал за вольтижерами, видел, как один упал, но слишком много винтовочных пуль летело мимо. Он обернулся, прикидывая, что его следующей позицией должны стать дома на окраине деревни, где небольшая толпа с тревогой смотрела в его сторону. Эль Эроэ, может, и сбежал, но некоторые жители остались, и Шарп не сомневался в их судьбе, если его заставят отступить за эти домишки. Черт побери, подумал он, не стоило ему ввязываться в этот бой. Вольтижеры были уже на полпути вверх по склону, их число почти не уменьшилось от винтовочного огня, в то время как первая рота, оттащив своих убитых и раненых к обочинам тропы, возобновила марш. Он насыпал порох на полку и стал искать цель на склоне, увидев худощавого офицера, который выкрикивал приказы, жестом приказывая вольтижерам рассыпаться еще шире.

Шарп опустился на колено, прижал приклад винтовки к плечу и навел прицел на бледное лицо офицера, прикидывая, что пуля опустится и попадет ему в грудину или живот. Он затаил дыхание. Нажал на спуск. Порох на полке вспыхнул, искры обожгли правую щеку, затем винтовка ударила в плечо, и дым застлал обзор. Он отбежал на шесть шагов влево, снова посмотрел. Человек все еще кричал и жестикулировал, а затем внезапно дернулся вниз, когда выстрелом с его головы сбило кивер, открыв длинные светлые волосы. Значит, по офицеру выстрелил другой стрелок.

— Мне нужен этот светловолосый сукин сын! — крикнул Шарп. — Продолжайте стрелять, парни!

Он перезарядился. Мушкетная пуля срезала высокую траву рядом с ним. Значит, они больше не стреляли высоко, а остатки колонны поднимались все быстрее, подгоняемые невидимым барабанщиком. Вольтижеры были еще ближе, стреляя, пригибаясь, перезаряжаясь и снова бросаясь вперед.

— Пэт! — взревел Шарп на правый фланг своей линии. — Скоро будем отходить!

— Так точно, сэр! — откликнулся Харпер, затем прицелился из винтовки вниз по холму и нажал на спуск.

Слишком многие из людей Шарпа все еще целились в роту, которая осталась в колонне и продолжала приближаться, и их пули разрывали плотный строй, давая вольтижерам некоторую передышку. Шарп увидел, как эти вольтижеры примыкают штыки, что означало, что они готовятся к последней атаке, которая должна была закончиться истреблением или сдачей его людей. Он выругался, понимая, что привел своих людей к позорному поражению. Он глубоко вздохнул, готовый признать провал и отозвать своих людей, но в этот самый миг слева от него, из-за плеча холма, прозвучал горн.

Сигнал прозвучал снова, слева, а затем, к его изумлению, он увидел линию всадников, стремительно несущихся по склону долины. Еще больше лошадей хлынуло из-за горизонта и понеслось еще быстрее. Некоторые всадники держали пики, у большинства в руках были сабли, и все имели при себе характерные ярко-красные шарфы, развевавшиеся позади них на скаку.

— Продолжайте стрелять! — взревел Шарп.

Вольтижеры на правом фланге французской линии побежали обратно к колонне, но слишком медленно. Ударили пики, сверкнули сабли, и лошади продолжали нестись. Шарп услышал отчаянный крик, когда вольтижера пронзили пикой в спину, он видел, как пули его людей врезаются в колонну, которая теперь развернулась фронтом наружу с примкнутыми штыками, чтобы построить каре. Всадники, как разглядел Шарп, были одеты в рваные выцветшие мундиры, некоторые желтые, некоторые черные. Это были партизаны, которые теперь разделились на два потока, чтобы проскакать по обе стороны от первой роты и обрушить свои клинки на оставшихся вольтижеров, большинство из которых теперь отчаянно бежали вниз по склону к ручью. Там они и погибли под безжалостными испанскими саблями и пиками.

— Так Эль Эроэ вернулся? — Харпер подошел к Шарпу. — Не думал, что у него духу хватит.

— И я не думал, — сказал Шарп, — но слава богу, что он это сделал, а то нам бы пришел конец. Мы кого-нибудь потеряли?

— У Милнера кивер сбили, пуля череп задела. Но он выживет, у него башка словно из огнеупорного кирпича.

Снова прозвучал горн, очевидно, собирая всадников. Большинство из них было в низине, где они добивали последних французских застрельщиков, но человек двадцать или больше окружили колонну, которая сбилась в рваное каре и теперь стояла на дороге с примкнутыми штыками.

— Лучше я возьму их в плен, — сказал Шарп, — если не хотим смотреть, как их перережут. Харрис!

— Мистер Шарп?

— Ты ведь говоришь по-лягушачьи, так что иди сюда.

— Bien sûr, monsieur![22] — Харрис, ухмыляясь, подбежал к Шарпу. — Вот это было развлечение, мистер Шарп!

— Это была чертова бойня, — сказал Шарп, — но я не хочу больше резни, так что ты скажешь этим ублюдкам сдаваться. Пошли. Если Эль Эроэ начнет возникать, скажи ему, чтобы катился к черту.

Он закинул винтовку за спину и вытащил палаш. Он не ожидал, что придется пустить его в