Война моторов. Крылья советов - Андрей Михайлович Мелехов

Вместо этого приведу мнение, озвученное бывшим гитлеровским офицером В. Швабедиссеном, в чьей монографии «Сталинские соколы» содержатся по большей части негативные оценки как лётчиков, так и самолётов ВВС РККА. Видимо, именно по этой причине указанная работа стала настольной книгой для апологетов упомянутой выше концепции. Швабедиссен, в частности, писал: «с точки зрения многих немецких командиров, модернизированный Ил-2 (прим. автора: то есть получивший стрелка задней полусферы и мотор АМ-38Ф) выполнял все требования, предъявляемые к самолёту-штурмовику, и часто рассматривался ими как идеальное боевое средство для атак по малоразмерным наземным целям в прифронтовой полосе» (с. 151). «Хорошо оборудованный и отлично вооружённый двухместный самолёт Ил-2, – продолжает Швабедиссен, касаясь итогов действий советской штурмовой авиации в 1942–1943 годах (заметим – в самое трудное для советской авиации время), – стал стандартным штурмовиком советских ВВС и удовлетворял всем требованиям своего времени… В совместных действиях с другими родами авиации русские штурмовики добились значительных успехов» (там же, с. 201). Реймонд Толивер и Тревор Констебль приводят мнение об Ил-2 одного из самых заслуженных пилотов-истребителей Люфтваффе – командира JG.52[5] полковника Дитриха Храбака (Dietrich Hrabak): «Однажды я сопровождал своих подчинённых при выполнении боевого задания. Одна из четвёрок Bf-109 обнаружила и атаковала одинокий Ил-2. Истребители по очереди в упор расстреляли весь свой боезапас в русский самолёт. Ил-2 продолжал полёт, не обращая внимания на град пуль и снарядов. Я был поражён. “Что там у вас происходит?” – поинтересовался я по радио, получив в ответ классическое: “Герр оберст, дикобраза невозможно укусить в задницу”. Я никогда не встречал другой самолёт, который, подобно Ил-2, мог бы получить столько попаданий и по-прежнему продолжать полёт» («Horrido!», с. 259). Напомню: это мнение было высказано спустя двадцать лет после завершения войны в ходе одной из бесед, которые откровенно симпатизировавшие поверженным противникам Толивер и Констебль провели с ветеранами Люфтваффе. Иными словами, никакого резона перехваливать штурмовик Ильюшина у бывшего командира знаменитой JG.52 не было. Мнений бывших немецких офицеров и солдат, подобных тем, что приведены выше, можно процитировать великое множество. Правда, никакой необходимости делать это ваш покорный слуга не видит: и так ясно, что они считали Ил-2 своеобразным эталоном того, как должен был выглядеть современный специализированный штурмовик того времени.

Для столь хвалебных отзывов поверженных противников имелось несколько объективных причин. Е. Подрепный и Е. Титков в работе «Оружие великой победы» изложили эти предпосылки следующим образом: «Три ключевые “технологии” сделали возможным создание Ил-2: двигатель АМ-38, пушка ВЯ-23, штампованная панель двойной кривизны из брони АБ» (с. 87). При этом каждая из технологий оказалась по-своему уникальной для тогдашней мировой авиационной промышленности. Поясню. Микулинский 1600-сильный двигатель АМ-38 являлся в 1941 году самым мощным в мире 12-цилиндровым мотором-«жидкостником». Ни одно другое государство V-образным движком подобной мощности в ту пору не обладало. Немаловажно и то, что, в отличие от своего «родителя» – высотного мотора АМ-35А, АМ-38 обладал и весьма впечатляющей удельной мощностью: 1,86 л. с./кг на взлёте. Как совершенно справедливо замечают Е. Подрепный и Е. Титков, мотор подобной мощности позволял гораздо более тяжёлому Ил-2 (общий вес брони первых серийных машин составлял 780 кг) демонстрировать лётные характеристики, которые были лучше, чем у другого лёгкого одномоторного бомбардировщика с движком жидкостного охлаждения – британского «Фэйри-Бэттл». Заметим также, что английский самолёт являлся цельнометаллическим, в то время как Ил-2 был «смешанной конструкции» – с широким использованием древесины и фанеры.

Техсостав 820-го штурмового авиаполка за изучением 23-мм пушки ВЯ-23 штурмовика Ил-2. 1943 год (источник: http://waralbum.ru/252266/)

23-мм пушка Волкова – Ярцева оказалась настолько удачной, что созданные уже после войны на её основе зенитные установки по сей день массово используются в десятках стран мира. Последнее могу засвидетельствовать лично: с зенитными автоматами ЗУ-23 автор сталкивался во время двухлетней «спецкомандировки» в Анголу в 1989–1991 годах. Если заглянуть в соответствующие таблицы Уильямса – Гастина, то можно убедиться в том, что по мощности огня ВЯ-23 превосходила американскую 37-мм пушку М4, стоявшую на «аэрокорбрах», а по эффективности (мощность огня пушки, поделенная на её вес) была равной японской 20-мм Тип-99. «Разрывное действие осколочного снаряда пушки ВЯ, – пишет А. Широкоград, – было в два раза больше, чем у 20-мм пушки ШВАК» («Вооружение советской авиации. 1941–1991», с. 72). Интересно, что первые лётные испытания пушки (тогда ещё называвшейся ТКБ-201), состоявшиеся в 1940 году, за неимением Ил-2 проводились на закупленном в Германии «Мессершмитте» Bf-110 (там же). Добавим также, что на истребители пушку ВЯ-23 побоялись ставить из-за высокой отдачи.

Во многом уникальной оказалась и созданная советскими металлургами высокопластичная авиационная броня АБ. Е. Подрепный и Е. Титков сообщают: «из-под штампа выходила готовая бронепанель двойной кривизны, с точными размерами, не требующая никакой дополнительной мехобработки. Полсотни таких панелей (толщиной от 5 до 8 мм, плоская бронеперегородка – 12 мм) собирались в единую объёмную конструкцию, подобно тому, как кирпичи купола, упираясь друг в друга, создают единый прочный свод» («Оружие великой победы», с. 88). Броня АБ оказалась не только высокопластичной, она ещё и «в 1,5 раза превосходила по пулестойкости авиационную броню немецкого производства, что было выявлено при полигонных испытаниях в НИИ авиационных вооружений в 1942 году» (там же, с. 89). Иными словами, 8-мм броня АБ на «Ильюшине» соответствовал 12-мм германскому бронелисту. То же касалось и советского бронестекла К-4: согласно В. Перову и О. Растренину, оно оказалось в 1,4 раза более пулестойким, чем пусть и более прозрачный немецкий аналог («Самолёты поля боя. Восточный фронт», «АиК», № 11, 2002, с. 24). Основной «фишкой» бронирования Ил-2 стало то, что броня не навешивалась на корпус подобно латам средневекового рыцаря, а служила силовым элементом конструкции. Это конструкторское решение позволило значительно уменьшить вес самолёта. «Бронекоробка Ил-2, – пишут по этому поводу Е. Подрепный и Е. Титков, – была основным силовым элементом, внутри которой и на которую устанавливались двигатель с редуктором винта, два бензобака, маслобак, радиатор охлаждения, кабина пилота. Единственным жизненно важным агрегатом, который выходил за пределы бронекорпуса, был маслорадиатор, но он был снабжён бронезаслонкой, которую лётчик закрывал при подходе к цели» («Оружие великой победы», с. 88).

Одним словом, Ил-2 являлся незаурядным самолётом, в конструкцию которого уже при рождении были заложены решения, позволившие штурмовику Ильюшина стать основой советской ударной авиации и заслужить всемирную славу (пожалуй, не меньшую, чем в случае танка Т-34). Но, как и любой летательный аппарат, опередивший своё время, Ил-2 имел и целый ряд недостатков. Прежде всего, разумеется, стоит отметить отсутствие на нём вплоть до осени 1942 года бортстрелка. Расчёт советского руководства на безусловное завоевание