Стивен Дэвис - «Watch You Bleed»: Сага о Guns N’ Roses

Первым национальным появлением группы в рок-прессе было интервью в старом нью-йоркском подростковом журнале «Hit Parader». Заголовок гласил: «Новейшая глэм-метал-команда из Лос-Анджелеса добивается большого успеха».

«Что будет, если смешать крикливость Motley Criie, стиль Hanoi Rocks и самые основные элементы Stones? Что ж, если их перемешать и вылить на горящие улицы Лос-Анджелеса, вы получите Guns N' Roses», — поясняла статья. Дальше шел текст в том же духе, упоминания Aerosmith и комплименты группе за отказ от спандекса, макияжа и лака для волос. «Мы никогда не придумывали собственный имидж, — лгал Иззи. — Мы носим узкие штаны и сапоги, но мы так всегда одевались».

Эксл соглашался с ним и добавлял: «Когда я приехал в Лос-Анджелес из одной дыры на Среднем Западе пять лет назад, на мне были ковбойские сапоги, и все говорили, что я выгляжу так, будто только что сошел с лодки. Теперь все их носят, так что, похоже, управляю этой лодкой я.

Сейчас, — продолжал он, — самое модное в Лос-Анджелесе среди всех этих групп — рассказывать истории их трудного пути к успеху: „Мы прошли через то, мы прошли через это". Все это херня! Мы жили этим, не они! Я жил на улице пять лет, пока мы не заключили контракт. Я никогда не зависал в одном месте больше двух месяцев».

На это усталый Слэш, который казался спящим, добавил: «Нам было негде, мать твою, жить, мужик. Мы ходили взад-вперед по Голливудскому бульвару и заходили во все порномагазины, потому что они работают круглосуточно».

Рок-фанам Америки стоит навострить уши, разглагольствовал журнал, потому что их ждет неприглаженное, спонтанное явление: «Они интересны и необычны — такие группы задают тенденции на многие годы».

«Мы хотим оставаться на шаг впереди всех остальных, — заключал Эксл. — Мы знаем, что это наш шанс, и мы точно его не упустим».

Первым появлении группы в журнале «RIP» стала статья в майском номере от 1987 года, где приводилось интервью с группой (без Слэша) в их старом месте встреч, «Эль-Ком-падре» на Сансет.

«RIP»: Они рокеры подполья, которые живут на улицах Голливуда и вкладывают свой опыт в песни.

ЭКСЛ: Мы спали за сраными мусорными бачками. Мы трахались за машинами, потому что там мы жили.

ДАФФ: Так что когда мы видим какого-нибудь сраного панка из Беверли-Хиллз, который заходит в «Troubadour» с шипами на голове, мы хотим разбить ему его хренову морду. Мы слишком долго занимались этим, чтобы нас называли Guns N' Posers. Мы не сраные позеры!

ИЗЗИ: Предполагаемый возраст смерти в этой группе — двадцать девять. И это по самым оптимистичным прогнозам.

(Входит официант.)

ДАФФ: Две двойные «Маргариты» с солью.

ИЗЗИ: Джин с тоником.

«RIP»: Почему двадцать девять?

ДАФФ: Потому что в этом возрасте мы умрем. Мой врач сказал, что у меня печень восьмидесятилетнего.

(Официант пытается уйти.)

ЭКСЛ: Стой! Стой! Стой! (Свирепо смотрит на официанта.) Ты получил мой заказ? Я хочу «Лонг-Айленд»[20].

«RIP»: Как выпивка влияет на вашу музыку?

СТИВЕН: Она превращает ее в дерьмо, мужик. Хотя Даффа это не касается. Он не сможет встать с утра, если не выпьет.

ДАФФ: Я знаю, что если мы сыграем хорошо, возможно, кто-нибудь нальет нам еще пива.

Когда его просят описать их музыку, Эксл отвечает: «Это просто рок-н-ролл. Местами агрессивный, местами охрененно мягкий. Местами сексуальный и милый».

«Это краткий пересказ наших жизней, — добавляет Иззи. — Мы просто вставляли туда все, что приходило в голову, знаешь, типа: „Я вставал около семи, а теперь встаю около девяти", — имеется в виду семь часов вечера».

СТИВЕН: «Потом иду на Ла-Брея и Сансет».

ИЗЗИ: «Сажусь в фургон. Играю шоу».

«Он просто издевается», — поясняет Эксл журналисту.

«Нет, — протестует Иззи. — Это текст одной из наших новых песен („Mr. Brownstone")».

Группу спросили, какую реакцию они хотят вызвать.

«Как от сраной боеголовки», — отвечает Иззи.

ДАФФ: «Я хочу устроить серьезный переполох на хреновом FM-радио».

ЭКСЛ: «Мы будем самой грязной, самой злобной, самой сексуальной уличной хардкор-группой в рок-н-ролле. Это не глэм, это не хренов панк, это не хеви-метал. Это рок-н-ролл, от начала и до конца».

Еще пара «Маргарит», джина с тоником и «Лонг-Айлендов», и интервью скатывается в долгие дебаты о лобковых вшах. Иззи признается, что у них у всех вши. Эксл возражает, что он бы предпочел иметь вшей, чем какое-нибудь другое дерьмо. Стивен заявляет, что счастлив иметь вшей. Дафф утверждает, что «если снять вошь с себя и еще с кого-нибудь, у кого есть вши, и положить насекомых в стакан, они будут драться друг с другом до смерти».

И под конец следуют напутственные слова для читателей «RIP»:

ЭКСЛ: Делайте упражнения для груди и контролируйте вагину.

СТИВЕН: Делайте все, что хотите, если вам это нравится, и делайте это ради себя. И никогда не сдавайтесь!

ИЗЗИ: Никогда не пропускайте Хануку.

Июнь 1987-го. За три недели до того как Guns N' Roses должны были лететь в Лондон, Эксл подрался с помощником шерифа перед «Cathouse», и его так сильно побили, что он три дня провалялся в госпитале, подключенный к электродам и разным аппаратам. «Меня ударил по голове коп, — объяснял он позже, — и, по-моему, я просто вырубился. Два дня спустя я очнулся прикованный к кровати, с торчащими отовсюду проводами». Эксл утверждал, что не может вспомнить случившегося, но подозревал, что впал в состояние берсерка, и электрошоковая терапия понадобилась, чтобы его успокоить.

Когда Эксл вышел из больницы, у него в голове крутилась песня Боба Дилана «Knockin' on Heaven's Door». Слэш объяснял: «Он была на уме у Эксла и у меня. Но я не собирался играть ее с группой, потому что, по-моему, ее переиграло и так слишком много людей. Но однажды вечером Эксл пришел ко мне сюда и сказал: „Давай сыграем ее"». Слэш и Эксл тут же придумали аранжировку к песне и принесли ее группе на репетиции для британских шоу. Слэш начал играть аккорды. Стивен Адлер решил, что это новая песня, пока на середине не осознал, что это Дилан.

15 июня группа и ее окружение, включая фотографа Роберта Джона, вылетела в Лондон. Тогда еще можно было курить во время трансатлантических перелетов, так что Слэш, который не очень хорошо себя чувствовал, напился и уснул с зажженной сигаретой в руке. Он умудрился поджечь кресло, которое некоторое время дымилось, прежде чем экипаж вытащил Слэша из кресла и облил его водой.

Никто из группы до этого не бывал в Англии (за исключением Слэша, который там родился). В первые дни ребята ходили по городу, напивались в пабах и даже навестили офис «WEA» («Warner-Elektra-Atlantic»), европейского отделения материнской компании «Geffen Records», где Иззи со Слэшем сфотографировались на крыше, отпивая из бутылки шотландское виски «Гленливет». Роберт Джон сфотографировал Эксла в супермаркете ухмыляющимся над упаковкой английского пудинга «Spotted Dick»[21]. Их провели по Денмарк-стрит, лондонской аллее Тин-Пан, от Чэринг-Кросс-роуд и обратно к музыкальным магазинам и рекорд-компаниям. Кто-то знал, что Иззи фанат Rolling Stones, и обратил его внимание на то, что один из гитарных магазинов на Денмарк-стрит размещен в «Regent Sound», звукозаписывающей студии, где в 1963-м были сделаны первые записи Stones. В другом магазине Слэш рассматривал старый «Gibson SG» и вдруг рухнул на землю, пав жертвой алкоголя, смены часовых поясов и гриппа. Парни отвезли его обратно в отель и уговорили полежать два дня в кровати. До этого Слэш пил пять дней подряд.

Все чувствовали себя неважно: смена часовых поясов не прошла даром. Стивен Адлер, обычно спокойный, даже начал тупо подшучивать над Робертом Джоном, который за свой счет прилетел в Лондон, чтобы задокументировать эпохальный дебют Guns в Англии. Роберт рассказывал, что произошло дальше: «Неожиданно Дафф просто взбесился, схватил Стивена за шею и шваркнул об стену: „Может, заткнешь свой поганый рот? Потому что Роберт приехал сюда помочь нам — бесплатно. А ты чего выпендриваешься? Ты теперь Мистер хренова Рок-звезда?" Они все были очень напряжены в начале поездки».

И на то были причины. Лондонские шоу были дебютом Guns в Европе, важным событием. Стоило им провалить концерты или вяло сыграть и получить плохие рецензии, это повлияло бы на выпуск альбома и на то, сколько усилий приложит лейбл к его рекламе. Британское радио не выпускало в эфир их первый сингл, «If So Easy» / «Mr. Brownstone» (выпущенный 15 июня), поскольку текст «Easy» был непристойным, a «Mr. Brownstone» чуть ли не пропагандировала употребление наркотиков. Геффен рассчитывал, что группа вызовет достаточный резонанс своими выступлениями в «Marquee», чтобы британская пресса ими заинтересовалась, а это, в свою очередь, могло заставить американскую рок-общественность пристальнее взглянуть на то, что пока считалось очередной надоедливой группой из Лос-Анджелеса.