Алиса в Стране Идей. Как жить? - Роже-Поль Друа

– Наоборот! С индуистской точки зрения тогда-то мы и существуем наконец, полно и бесконечно. А обычное наше существование – низшая, иллюзорная форма.

– Ух… Давай попроще!

Кенгуру задумывается, чешет хоботом голову, раз уж он в слоновьем обличье. Как по-простому объяснить, насколько сильно все меняется, если встать на царящую в индийской части Страны Идей точку зрения? На то, что остальные считают действительностью, здесь смотрят как на иллюзию, начиная с индивидуальности, с “я”, отделенного от остального сущего… Так сразу и не опишешь. Хотя… кажется, он нашел, как преодолеть это препятствие. Лишь бы Алиса ухватила!

– Ты – Алиса? – спрашивает Ганеша-Ведока.

– Ну да, она самая… И что?

– И ты не та обезьянка?

– Нет, конечно! А дальше что?

– И не та муха, не то дерево?

– Разумеется. Ты это к чему?

– К чему? К тому, что ты ошибаешься! По крайней мере, с точки зрения индусов. Они считают, что все это – ты! Древний, и до сих пор очень знаменитый текст “Чхандогья-Упанишада” объясняет, что ты также и та обезьянка, и та муха, и то дерево, и все что угодно еще. В Индии фразу “то – тоже ты”, или “тат твам аси” на санскрите, считают одним из “великих изречений”, важнейшими словами. Они означают, что твоя убежденность в том, что ты лишь Алиса и существуешь изолированно, как отличный от остального мира индивид, – чистое заблуждение! Ты – Алиса, но еще и та обезьяна, то дерево, та муха…

Алиса в замешательстве смотрит на носки ботинок – как всегда, когда сосредоточенно думает.

– Может, я и все, что ты назвал, но я этого не чувствую! Я чувствую только, что я – это я! И что я – не ты!

– Откуда ты знаешь? Понимаю, это кажется очевидным. Но что ты называешь словом “я”? Свое тело? Оно постоянно меняется. Характер? С ним то же самое. Воспоминания? Со временем преображаются и они. Единственное, что постоянно, – это сознание. Самая важная для Индии идея в том, что это абсолютное сознание и образует единственную действительность. И там мы все: ты, я, обезьяна, дерево, муха, солнце…

– И я? – пищит Мышь из-под ноги Ганеши.

– И ты тоже, дорогая, как же иначе. Чтобы дойти до этого единства, в которое все мы включены, нужно суметь отказаться от иллюзии, что мы отдельные, замкнутые в себе индивиды. Таков путь к освобождению. Чтобы ступить на него, нужно много работать, очищаясь от нашего “я”, от частных черт, от личных желаний, и тогда доберешься до того неизменного сознания, которое уже есть в нас.

– Это еще не факт! – заявляет Алиса. – Мое сознание тоже меняется! Причем постоянно! Бывает, я осознаю себя усталой, или замерзшей, или вспотевшей, а в другое время осознаю, что отдохнула, или проголодалась, или взволнована, или мне весело! В общем, с этим неизменным сознанием я что-то не улавливаю.

– Попробуй вынести за скобки все свои чувства, мысли, образы, ощущения. Что останется?

– Не знаю…

– Чистое, пустое, изначальное сознание без образов, без слов, без формы. В индуистском понимании это и есть “то”, чем являешься ты и все сущее. Никакой раздельности, никаких отличий. Единое и безграничное космическое сознание. Освобождение заключается в том, чтобы ощутить свое единство с этим Абсолютом, отбросив ложные представления, желания и иллюзии, которые мешают…

– Постой, – перебивает Алиса. – Получается, есть только то сознание? Хочешь сказать, остального не существует?

– Ну вот, ты начинаешь понимать. То, что ты зовешь “я”, “ты”, обезьяна, дерево и так далее, все, что есть во вселенной, – лишь тени, грезы, обманчивая видимость. И главная идея здесь в том, чтобы выбраться из этого сна, ложного “я”, вороха иллюзий и обрести истинного “Себя”, которым мы уже являемся и всегда являлись, сами того не замечая, что и есть Абсолют.

– Не идея, а отвал башки!

– От нее поначалу теряешься, это правда. Но раз есть лишь одна действительность, всеобщее “Я”, то наши ощущения, будто мы существуем изолированно, полностью иллюзорны. И если мы не развеем это наваждение, оно обречет нас на страдания и несчастья, приковав к миру и миражу отдельных от всех жизней. А если сумеем от него избавиться – тогда перестанем рождаться и освободимся!

– Погоди немного, дай сообразить… Мы продолжаем рождаться заново, потому что думаем, что существуем независимо?

– Все чуть сложнее, но в целом ты права. Веря в свою уникальность, мы подпитываем желания, ставим себе цели, заботимся о своих интересах и предпочтениях. Все это приводит к последствиям, определяющим наши будущие жизни. Это накопление хороших и дурных поступков, хороших и дурных мыслей называется на санскрите “карма”. Твоя следующая жизнь зависит от того, что ты делаешь и думаешь. А значит, чтобы прекратить это, нужно избавиться от мыслей и желаний!

– Но это невозможно!

– Разумеется, это непросто, но в большинстве индуистских течений считается, что возможно. Таких течений много, но они едины в одном – поиске способов, как приблизиться к окончательному освобождению. Некоторые делают ставку на ритуалы, подношения и жертвы. Другие ставят на первое место медитацию, йогу, упражнения для концентрации ума и выхода за пределы материального. Третьи вывели вперед логические построения и философскую мысль, чтобы – парадоксальным образом – отказаться от мышления. Все эти разнообразные пути часто сочетаются и в конечном счете ведут к одной цели: отбросить привязанности ради освобождения. Кстати…

Но объяснения прерывают резкие крики. Под сводами галереи две обезьяны затеяли драку. Сидящая на краю самка держит своего малыша подальше, защищая от потасовки. Алиса завороженно наблюдает. Она забыла про Ганешу с его мышкой. Та из обезьян, что посильнее и половчее, наконец прогоняет противника.

– Эта похожа на Ханумана! – замечает Слон-Кенгуру.

– На кого? – переспрашивает Алиса.

– Бога-обезьяну, который борется с кровожадными чудовищами. У него здесь недалеко храм – вон та красная крыша. Этот обезьянобог преданно сопровождает в битвах Раму.

– А это-то еще кто?

– Удивительный воин, совершенный человек, о чьих подвигах рассказывается в “Рамаяне”, очень древнем эпосе. Надо тебе пояснить, что в индийских эпосах, которыми зачитываются до сих пор, описываются невероятные войны, где действующие лица – это герои, использующие фантастическое оружие в битвах с ужасающими противниками. Так что нынешние фильмы не придумали ничего нового! Хануман, соратник Рамы, летает как стрела, передвигает горы, опирается на облака и всячески борется со злом. В общем, вроде супергероя!

– Возражение! – раздается голос Феи.

Алиса удивленно приветствует ее, но тут же понимает, что лучше сейчас не встревать.

– Разумеется, я тоже здесь, как и всегда, и вынуждена вмешаться. Друг мой Кенгуру, Слон, Ведока, Ганеша – не знаю,