История сердца в мировой культуре от Античности до современности - Уле Мартин Хейстад
Царь Приам, отец Гектора, приходит к Ахиллу и униженно просит его отдать тело сына, чтобы похоронить его как подобает.
Согласно воззрениям древних греков эротика имеет несколько уровней, или измерений, что нисколько не умаляет ее ценности. Здесь эта мысль выражена посредством фигур различных божеств.
Здесь сердце представлено как символ Божественного духа, нисходящего к человеку. В исламе и суфизме превращение сердца — предпосылка приобщения к Божественному.
Ацтеки вырывали сердца из груди тысяч молодых людей и приносили их в жертву богу солнца. Испанские конкистадоры отреагировали на этот ритуал с беспримерной в мировой истории жестокостью.
Ацтеки унаследовали и богов, и ритуал принесения в жертву сердца у майя и своих завоеванных предшественников. На рисунке изображен храбрый пленник со связанными руками, у которого кремневым ножом вырезают сердце.
Наши предки приносили человеческие жертвы воинственному Тору, богу плодородия Фрейру и богу повешенных Одину. Сравнивая эти два изображения древнескандинавских богов с изображениями Христа того же периода и более поздними изображениями средневековых рыцарей, мы осознаем, что перед нами два совершенно различных мировоззрения и два образа человека, причем второе нам понятно, а первое, по всей видимости, нет.
Говорят, что любовь была изобретена в рыцарскую эпоху в период Высокого Средневековья, в поэзии трубадуров, возникнув в рамках литературного сюжета с сердцем как символом. Рыцарский роман и песни трубадуров освобождают любовь, заменяя физическое завоевание женщины с оружием в руках куртуазным ухаживанием.
В период Высокого Средневековья сердце символически указывало на то, что два человека испытывают друг к другу одинаковые чувства. Влюбленные совершали ритуальный обмен сердцами, что описывается в рыцарском романе «Клижес», а также изображено на данной книжной иллюстрации.
Аналогия между солнцем и сердцем, характерная для Средневековья, сохранилась вплоть до Возрождения и Нового времени. На этой иллюстрации человек представлен как микрокосм, а сердце — «cor» — соответствует солнцу — «sol».
Это одна из самых чувственных картин эпохи Возрождения. Мало кто из мастеров Ренессанса так хорошо умел соединить чувственное с возвышенным. В основе картины — мифологический сюжет. Зевс, принявший образ лебедя, выходит из волы и обнимает купающуюся нимфу Леду, красавицу жену спартанского паря Тиндарея. Так происходит зачатие Прекрасной Елены, чья божественная красота свела с ума троянского царя Париса и стала в конце концов причиной Троянской войны. Поза лебедя — его напряженная шея и обвивающее Леду крыло — прямо-таки пышет чувственностью. Однако, хотя речь идет о совращении и супружеской неверности, Леонардо изображает сексуальность нс как нечто греховное, а как Божественное начало, высшую жизненную радость.
Эта картина свидетельствует о том, какие изменения претерпела живопись по форме и содержанию со времен греческой и римской Античности до эпохи Возрождения. Любовь изображается более чувственно, интимно и антропоморфно, чем в Античности. И в то же время реалистический чувственный аспект становится двусмысленным в связи с эстетической стилизацией и аллегорическим контекстом, который напоминает о взаимосвязи между страстью и безумием, временем и смертью.
Страсть, страдание и сострадание — различные аспекты христианской любви. Люди, которые больше всего любили Иисуса Христа, касаются его тела. Дева Мария символизирует сострадание, Мария Магдалена, целующая окровавленную руку любимого человека, — символ эротической любви. Она изображена в центре полотна, в светлом наряде, оттенок которого перекликается с цветом одеяния Иисуса. Иоанн Креститель символизирует любовь, которую Сократ называл филиа, дружба. Кровь на картине — символ страдания как необходимого аспекта любви и страсти. Кровь занимала в христианской символике то место, которое постепенно перешло к сердцу.
Картина рассказывает о метаморфозах, произошедших с сердцем со времен Античности. Здесь Амур со стрелами изображен в виде младенца Иисуса, сопровождающего Марию так же, как Эрос сопровождал Афродиту. В Античности стрелы Амура не были направлены в сердце, этот мотив получил распространение в период Высокого Средневековья, а затем Возрождения и особенно характерен для живописи барокко.
В живописи барокко христианские символы крови и сердца достигают апогея. Ярким примером является искусство Бернини. Картина «Свитая Кровь Христова» написана Франческо Спьерой, который взял за образец рисунок Бернини. Набожный Бернини воображал, что можно в буквальном смысле смыть с себя грехи, омывшись кровью Иисуса.
Иезуиты почитали сердце как символ Божественной любви, страдания и спасения. Можно считать историческим парадоксом тот факт, что картина, изображающая почитание христианской символики сердца, создана в Мексике, стране, где сердца обливались кровью — буквально и символически — до завоевания этой страны испанскими конкистадорами в XVI в., во время этого завоевания и после него.
В 90-е гг. XIX в. Эдвард Мунк был одним из первых европейских художников, создавших модернистский образ человека, расколотого на светлые и темные составляющие, разрываемого на части жизнерадостными порывами и иррациональными разрушительными страстями. Мунк также теоретически сформулировал особенности мировоззрения человека с различными, порой противоположными, побуждениями, причем в центре духовной жизни этого человека находится сердце как символ всех чувств. Эта теория нашла свое художественное выражение в картине «Разрыв». Здесь окровавленная рука становится символом сердца и всего эмоционального и эротического. Картина представляет яркий контраст портрету Данте кисти Генри Холлидея (1883), портрету, на котором поэт хватается за сердце, когда встречает на улице Флоренции одетую в белое Беатриче.
Простыми штрихами, свойственными гениям, художник показывает, что главное в человеке — его сердце. На картине изображен Икар, поднявшийся к небе сам, вдохновленный творческим пылом своего сердца. Возгордившись тем, что он преодолел силу тяготения и парит в воздухе на крыльях, сделанных из воска, он поднимается все выше к солнцу, пока крылья не тают и Икар не падает вниз. Однако картина называется не «Падение Икара», а просто «Икар». Она была создана во время Второй мировой войны, но актуальна и сегодня, в век безумных войн. Вместо солнца изображены звезды, которые похожи на разорвавшиеся гранаты, поразившие сердце. Пылающее сердце Икара — сердце окровавленное и страдающее. Икар
