Влюбить босса. Новогодний спор - Ника Лето

— Нет, — качаю головой я, и внутри растёт странная уверенность. Я нащупала слабое место. — Это всё равно игра в одни ворота. Вы же бабник, хм… простите за прямоту. Для вас «инициировать контакт» — это как вдохнуть. Не показатель. А для меня — целая катастрофа. Нечестно.

— Что же ты предлагаешь? — его голос звучит с искренним любопытством.

Ему явно нравится, что я сопротивляюсь. Нравится слишком. И это напрягает. Кажется, будто я уже поймала его на крючок, сама того не желая. Можно порадоваться, что победа близка?

Сомневаюсь, ох, как я сомневаюсь, что босс прямо влюбится. Желать меня — да. Но попасть в его душу — это задача посложнее. Не уверена, что туда вообще кто-то когда-либо попадал. Наверное, он никогда никого не любил…

И вот зачем оно мне? Чтобы доказать… что?

Я делаю шаг к нему, подпитываемая отчаянием и остатками шампанского.

— Я предлагаю проверить не мою слабость, а вашу силу. Вашу… серьёзность намерений. Месяц — отлично. Но условия другие.

Я выпрямляюсь во весь свой невеликий рост, глядя ему прямо в глаза. Стараюсь выглядеть внушительно и серьёзно.

— Вы держите паузу. Полную. Никаких флиртов, никаких намёков, никаких попыток меня трогать или целовать. Как будто я — стеклянная. Вы — джентльмен и босс, не более. Если за месяц вы сорвётесь и полезете меня целовать — вы проиграли. Это докажет, что вы не можете себя контролировать и вам нужно только тело. А значит, ни о какой «влюблённости» и речи быть не может.

Шереметьев явно недоволен моим предложением. Я уже представляю, как он в уме прокручивает. Месяц без секса… Стоп. А вот тут поправочку надо внести!

— Ну и, естественно, никаких контактов с другими представительницами женского пола. Совсем, — добиваю я его.

Я жду его колкой реплики из разряда «а не обалдела ли ты, Жукова?» или «иди ты лесом со своим спором!», но вместо этого Шереметьев вдруг… смеётся. Уверенно, весело, запрокинув голову. Я застываю в недоумении. Смотрю на него и всеми силами уговариваю не улыбаться, глядя на него.

Выглядит Шереметьев… забавно. Кажется, я никогда не слышала от него такого искреннего смеха. Это как-то даже… мило.

Навеселившись, он опускает на меня взгляд.

— А если ты сорвешься? — спрашивает он, и в его взгляде мелькает азарт. — Если ты не выдержишь моих ухаживаний и первая проявишь плотский интерес…

— Еслия́сорвусь и поцелую вас первая или и того хуже… — я хихикаю, не выдержав. Нервы, они такие. С ним вести беседу, как по минному полю ходить. — Тогда… тогда вы победили. Значит, я влюбилась в вас без памяти.

Я вижу, как в его голове идут сложные вычисления. Он взвешивает риски. Месяц воздержания от откровенного флирта с другими, сосредоточенность на одной жертве.

Блин, вот и зачем оно мне нужно?

— Жестокие условия, Жукова, — наконец говорит он. — Ты лишаешь меня всех козырей.

— Зато если вы выдержите, — парирую я, — это будет самый весомый козырь. Доказательство того, что вы — не тот, за кого я вас принимаю. И тогда… тогда, возможно, я перестану вас бояться.

Последняя фраза вырывается почти шёпотом, искренне. Помимо моей воли. Будто я признаюсь в сокровенном. Глупо и наивно. Но слово уже вылетело наружу. Не забрать. И это, кажется, решает всё.

Он протягивает руку.

— Идёт. Месяц воздержания. Я — джентльмен. Ты — неприступная крепость. Но крепости, — его взгляд становится тяжёлым и обещающим, — имеют обыкновение сдаваться. Особенно когда осада ведётся правильно.

Я кладу свою ладонь в его. Рукопожатие твёрдое, продолжительное. От его прикосновения по коже расползаются приятные, многообещающие мурашки.

— Договорились. Но помните, Шереметьев, — я с силой сжимаю его пальцы, — никакого саботажа. Никаких «случайных» прикосновений или подстроенных ситуаций. Чистая, честная игра. Вы ведёте себя, как нормальный мужчина.

— Чистейшая, — соглашается он, и в его глазах зажигаются новые огоньки спортивного интереса. — Начинаем завтра. А сегодня… сегодня мы можем потренироваться… Без привязки к нашему спору.

Пока я обдумываю очередную опасность, не понимая, к чему он клонит. Босс резко обхватывает меня за талию и усаживает на стол. Я и пискнуть не успеваю, как он оказывается у меня между ног.

Слишком близко, слишком интимно.

Сердце подпрыгивает в груди, я невольно обхватываю его за плечи, вжимаясь пальцами в его рубашку. Божечки, ну почему он так обалденно пахнет?

— Аванс, — вдруг выдаёт он. — Хочу знать, ради чего я буду бороться, Жукова.

Его губы зависают в сантиметре от моих.

— Один поцелуй. И больше я не буду к тебе приставать сегодня. И… ближайший месяц. Наше общение будет в рамках этикета и моих милых ухаживаний за понравившейся девушкой. А сейчас… поцелуй.

Господи… Он неисправим.

Глава 10

Поцелуй

Я пытаюсь вывернуться, упираясь ладонями в его твёрдую грудь. Бог мой, из чего он сделан? Из гранита и запретных фантазий? Не босс, а сплошное искушение, ёлки-палки. Как мне от него отделаться?

Вот как не натворить дел и не создать себе проблем, м?

Когда рядом такой железобетонный мужчина, который уверен в каждом своём действии и слове? Не то, что некоторые. Которые с трудом находят в себе силы для сопротивления. Так ведь нечестно!

— Мы же договорились! — звучит моё слабое, никого не убеждающее шипение.

— Договор, — его дыхание обжигает мое ухо, и по телу пробегает импульс, сжимая в тиски нижнюю часть живота. Ой-ой, дело плохо, очень плохо, — начинается завтра. Первого января. А сегодня… — его губы скользят по моей щеке, оставляя за собой след из огня, — всё ещё тридцать первое декабря. Старый грешный год. И в нём остались невыполненные… обязательства.

Я открываю рот, чтобы выпалить что-то язвительное про его обязательства перед всеми Алёнами этого мира, но это становится моей роковой ошибкой. Прежде чем успеваю издать хоть какой-то звук, его губы находят мои.

Сначала я впадаю в самый настоящий шок. Тишина в голове. Белый шум. Потом — волна. Горячая, солоноватая от икры и шампанского, безумная, опустошающая и невероятно… приятная.

Его губы активно требуют от меня ответа. Настырно, страстно, властно. И мой предательский организм, забыв про все лекции о женской гордости и корпоративной этике, отвечает.

Женя, ты идиотка. Ты только что подписала себе приговор. Мыльный пузырь твоей бравады лопнул с первым же прикосновением этого несносного босса к тебе.

Совесть. Помолчи хоть минутку, а? Попозже себе кровушки попьём. Сейчас-то уже явно поздно страдать и саморефлексировать…

Мысли глохнут, уступая место ощущениям.

Я тону в его восхитительном аромате, в его парфюме и запахе его кожи. Мои