Предатель. Ты недостоин нас (СИ) - Юлия Ильская

достучаться до ее души. Ну не может же быть такого, что она совсем меня не услышит! Просто нужно подобрать правильные слова. Я ведь знаю, она меня любит и желает добра, только вот делает это своеобразно.

Внезапно звонок на мамин телефон прерывает наш спор, она смотрит на экран и поднимает на меня испуганный взгляд.

Глава 12

— Это Слава, — почему-то шепотом говорит она.

— Не бери!! — так же шепотом отвечаю я.

Не понимаю, почему так боюсь. Тело начинает сотрясать мелкой дрожью, я чувствую себя преступницей, которая сбежала с места преступления. А ведь это он предатель, он изменил и приволок в наш дом, в наше уютное гнездышко свою любовницу.

Это он лгал мне, он почти заставил меня поверить, что я параноик и мне все показалось. Из-за него я теперь сижу здесь и ломаю голову как мне жить дальше. Подонок, мразь! Злость поднимается во мне, как черная удушливая волна. Я готова порвать его своими руками. Так лучше! Злость лучше страха, злость лучше боли! Я должна быть злой, чтобы выжить!

Я протягиваю руку к маминому телефону, чтобы выплеснуть всю ярость, но он умолкает. Мы обе смотрим на телефон.

— Интересно, почему он мне звонит? — запоздало удивляется мама.

— Мой наверное разрядился. — глухо отвечаю я.

Я иду в комнату и подключаю свой телефон к зарядке. На него немедленно начинают приходить СМС. Двадцать пропущенных от Славы, десять фото с незнакомого номера. Я догадываюсь что там за фото, но как зомби открываю их и тупо смотрю. Десять квадратиков запечатлели историю предательства моего мужа.

Десять квадратиков за одну минуту рассказали мне столько, сколько я бы никогда не узнала за годы “счастливой” супружеской жизни. Слава со Снежаной на белоснежном пляже, Слава со Снежаной на фоне Эйфелевой башни, Слава со Снежаной в альпийских горах. В ресторане, в парке, в бассейне. Снежана на Славе, Слава на Снежане, сверху, снизу, сбоку в самых откровенных позах.

“Ишь ты, в нашей семье гимнастка появилась” — отстраненно отмечаю я. Вон как изогнулась ради удачного кадра. Все фото датированы и я вспоминаю все отмазки совпадающие с этими датами.

То в Париж с деловыми партнерами, то в командировку в Дубай, то открытие нового офиса в Америке. Самое по последнее вчерашним числом, он и она в постели. Он и вчера был у нее! Я уже ничему не удивлюсь, может и сейчас лежит в ее постели и мне названивает, подонок.

Телефон как по команде начинает звонить.

— Да — спокойно отвечаю я на громкой связи, сама смотрю на фото, подкидываю дрова доказательств в моей костер злости и обиды.

— Васен, ты где?! Я извелся весь! В больнице тебя нет, сказали выписалась, и дома нет.

— Дома?! — я поражаюсь такой наглости — Ты что, ожидал что я с твоей Снежаной буду сидеть чаек попивать, тебя дожидаясь?! Султан ты хренов!

— При чем тут Снежана? — неподдельно удивляется Славик, ай да артист!

— Ты идиота то не разыгрывай, она там в моем халате уже ходит. Давно ты ее в наш дом перевез?

— Никуда я ее не перевозил! Ты опять за свое?! Так, нам надо поговорить!

— Нам не о чем говорить! Я не позволю тебе больше обманывать меня! — кричу я в ярости — за что ты так со мной?! Что я тебе сделала? Ты мразь, ты врал мне все время!

— Василиса, ты должна меня выслушать! — его голос становится злой и холодный.

— Не буду я тебя больше слушать! — я в ярости бросаю трубку.

Выхожу на кухню и показываю маме наименее откровенные фото.

— Вот! Смотри! И ты хочешь чтобы я дальше с ним жила?!

Маме в кои-то веки нечего сказать, смотрит неодобрительно, качает головой и уходит в свою комнату.

Я бессильно опускаюсь на стул. В голове шумит, как после алкоголя, я как будто оцепенела и не в силах сдвинуться с места. Наваливается страшная слабость, тошнит. Я бегу в туалет и освобождаю желудок, я даже рада отвлечься на это неприятное физиологическое действие.

Только легче мне не становится. Чувствую, что вот вот упаду в обморок, скорее выпиваю тёплого, очень сладкого чая. И плетусь в комнату, шаркая тапочками как старая бабка. Падаю на кровать рядом с дочкой и забываюсь тяжелым беспокойным сном.

Резко просыпаюсь от того что дочь начала хныкать, подгребаю ее к себе и кормлю, напеваю тихонько песенку, глажу мягкую нежную щечку. Я не знаю что бы сейчас со мной было, если бы не она.

Мне стало значительно лучше, теперь я готова противостоять всему миру, не то что какому-то изменщику. Слышу негромкие голоса на кухне, наверное к маме пришла очередная подружка. Не торопясь переодеваю Еву, укладываю удобно в подушки и выползаю на кухню.

Смотрю на накрытый стол. На столе фирменные мамины пирожки, и чашки с недопитым чаем. Какая мило! Любящая теща угощает любимого зятя пирогами, хоть картину пиши! Всю сонливость как ветром сдувает! Ну сейчас я тебе покажу!

— Что ты приперся?! — вызверилась я с порога, глядя на беспечно улыбающегося без пяти минут бывшего мужа.

— И ты его еще тут пирогами кормишь?! — это уже маме.

Мама с испугом и удивлением смотрит на разъяренную растрепанную ведьму в которую превратилась ее дочь и бочком отступает:

— Ну вы тут поговорите, а я с внучкой посижу.

Я провожаю ее злым взглядом и поворачиваюсь к негодяю.

— Уходи!

— И снова здравствуй, жена! — Слава протягивает мне огромный букет роз.

Я швыряю его ему в рожу и с удовлетворением вижу, что одна роза глубоко царапнула по гладко выбритой щеке.

Слава удивленно приподнимает бровь, вытирает капельки крови большим пальцем и смотрит на него, затем он делает то, что никогда не позволял себе за все годы нашего брака…

Никогда за все годы нашего брака я не видела своего мужа таким. Он медленно поднимается, в глазах холодная голубая ярость. Я вдруг обращаю внимание какие они пустые, бесцветные как у рыбы, а ведь раньше считала их самыми прекрасными. Его рот кривится, красивые черты лица искажаются от злости. В этот момент он по настоящему уродлив.

Он хватает меня за плечи и припечатывает к стене, от неожиданности я стукаюсь головой и прикусываю язык.

— Пус-с-с-ти! — шиплю я и тщетно пытаюсь вырваться из цепких лап.

Ну почему я такая слабая? Почему вместо того чтобы заниматься йогой я не занималась боевыми искусствами!? Мне оставалось только кипеть от злости и смотреть в мерзкие водянистые глаза.

— Послушай меня — цедит