Кейси Марс - Сон

Стометровое судно лежало на дне океана, накренившись левым бортом. Глубина здесь составляла около сорока метров.

Все плавание, занявшее два с половиной часа, Дженни провела на палубе, завороженная солнцем и морем. Пластырь действовал превосходно! Она не испытывала и намека на тошноту. Это значило, что молодая женщина впервые в жизни получила возможность насладиться всем, что ее окружало: безоблачным, голубым небом, величавыми морскими птицами, прекрасным лазурным океаном и пенистыми дорожками, разбегавшимися в стороны от носа «Мародера».

Вдалеке виднелись очертания островов Сан-Мигель, Санта-Роза, Санта-Круз и Анакапа, вершины гор которых пронзали утреннюю дымку как настоящая горная гряда. Для начала ноября погода стояла превосходная — прохладный, прозрачный воздух, теплое солнце и разносимый ветром едва заметный туман.

Мужчин же эта красота совершенно не трогала. Они были слишком заняты делом и поглощены надеждой на то, что наконец удастся схватить удачу за хвост. Все, но только не Джек. Не в пример остальным он радовался соленому туману и волнам, как будто сам был их порождением.

До сегодняшнего дня Дженни не представляла себе, как много значит для него океан. Она отвлеклась от раздумий и увидела Бреннена, вдыхавшего соленый морской воздух полной грудью и глядевшего на острова. Тенниска обтягивала его широкие мускулистые плечи, линялые джинсы плотно облегали узкие бедра и длинные ноги. Солнечные зайчики играли на его глянцевых черных кудрях и заставляли смуглую кожу сверкать, как раскаленные угольки в камине.

Поймав на себе ее взгляд, Джек поднял голову, улыбнулся и пошел навстречу. При виде его длинного, великолепно сложенного тела у Дженни неизменно учащался пульс.

— Похоже, ты довольна, — сказал он, увидев ее румяные щеки и благодарную улыбку. — Как себя чувствуешь?

Улыбка Дженни стала шире.

— Нормально — нет, слабо сказано. Замечательно! — Она обвела взглядом океанский простор и увидела узоры, которыми солнечные лучи украшали поверхность воды. — Это прекрасно, Джек! Ничего подобного я и представить себе не могла.

Выражение его лица смягчилось:

— Рад, что тебе нравится. Для меня это самая прекрасная вещь на свете.

— Очень нравится! Кажется, я начинаю понимать, почему море так много значит для тебя. Не думаю, что ты мог бы быть счастлив в каком-нибудь другом месте.

Лицо Джека вмиг стало серьезным.

— Не мог бы, Дженни. Это моя жизнь. Только такую жизнь я могу вести. Так было всегда.

— И ты думаешь, что женщину и море нельзя совместить?

Джек отвел взгляд и уставился на воду. Группа дельфинов одновременно взлетела в воздух и снова нырнула, отразив голубизну неба и серебристый солнечный свет.

— Не знаю, как это сделать. — Он повернулся к Дженни лицом. — А ты знаешь?

— До сих пор у нас все получалось неплохо…

— Да, нас влечет друг к другу. Я никогда не отрицал этого, и ты тоже. Но такой женщине, как ты, нужно от мужчины нечто большее. Большее, чем полупостоянная связь. А с мужчинами вроде меня не может быть ничего другого.

Дженни промолчала, но у нее сжалось сердце.

— До сих пор нам везло, — продолжал он, — у меня была работа в проливе. А бывали времена, когда я проводил в море по нескольку недель. Что бы ты делала без меня?

Дженни посмотрела ему прямо в глаза:

— Ждала бы тебя, Джек. Вот и все. Волновалась бы, как ты там. И дожидалась твоего возвращения.

Что-то мелькнуло в глазах Джека.

— Не время сейчас для такого разговора. — Он заставил себя улыбнуться. — Я хочу, чтобы тебе здесь понравилось, — сказал он и довольно прохладно чмокнул ее в щеку. — Пойду помогу Олли поднять снаряжение для первого погружения. Увидимся чуть позже.

Дженни только кивнула и поглядела ему вслед. Не следовало этого говорить. Не следовало выдавать свои чувства. Слава Богу, ей хватило ума не признаться Джеку в любви. Можно было представить себе, что он на это ответит.

— Похоже, пластырь вам неплохо помогает? — сказал неслышно подошедший Пит. Его рыжие волосы прикрывала шапочка с коротким козырьком, на которой красовалась золотисто-голубая кокарда «Океаногрэфикс лимитед». Он был худощав, костляв и жилист, но Джек говорил, что второго такого водолаза нет на свете. Глядя на Пита, в это было легко поверить.

— Как ни странно, помогает. — Она сама не знала, как относится к Питу, и догадывалась, что вызывает у него такие же смешанные чувства.

— Сказать по правде, я удивлен, что Джек взял вас с собой. Раньше он никогда не брал на корабль женщин.

— Нужда заставит.

— Что верно, то верно, — он отвернулся и посмотрел на покрытую легкой рябью поверхность моря, — ясно, что вы ему нравитесь. Но если вы ожидаете чего-то большего… я не советовал бы вам влюбляться в него.

Дженни насторожилась:

— Да? Почему это?

— Потому что он не сможет ответить на вашу любовь.

Эти слова глубоко уязвили ее:

— Откуда вы так хорошо его знаете?

— Мы подружились во время службы в военно-морских силах. Оба были водолазами. Подводными минерами. — Выражение лица Пита оставалось дружеским, но интуиция подсказывала Дженни, что с ним надо держать ухо востро.

— И это дает вам право считать себя знатоком его души?

Пит пожал плечами, ничуть не смущаясь.

— У Джека никогда не было продолжительных связей — и не потому, что женщины, которых он знал, не стремились к этому. Он мог выбрать любую от Сингапура до Ближнего Востока. Как ни прискорбно, у Джека была девушка в каждом порту. Это не значит, что он обольщал их. Наоборот, был честен, предупреждая с самого начала. Они были уверены, что смогут заставить его измениться, но до сих пор это еще никому не удавалось, и для них все заканчивалось крахом.

У Дженни перехватило дыхание. Она вспомнила о том, что плохо знает Пита Уильямса, вспомнила вечер в баре «Морской бриз» и ночь, которую он провел на корабле с двумя блондинками.

— А как же вы сами, Пит? — спокойно спросила она, справившись с волнением. — Тоже разбили множество сердец? Или держались за хвост Джека, надеясь, что и на вашу долю кое-что перепадет?

Ореховые глаза Пита сузились, в них загорелся недобрый огонек.

— Может быть, тогда это было правдой. Я не умел обращаться с женщинами, а у Джека их всегда было с избытком. Поскольку мы были друзьями, естественно, мне приходилось иметь дело кое с кем из них.

— А теперь?

У него напряглись плечи.

— Теперь я прекрасно управляюсь сам.

— Вы уверены?

— Как дважды два. Мне больше не нужны подачки с барского плеча Джека Бреннена. Я могу получить столько женщин, сколько захочу.