Клеймо бандита - Любовь Попова
Сегодня иначе все. Словно она себя отпустила, подарила без остатка. И в себе это не держу. Хрен знает, говорю, как есть. Соня долго не отвечает. Потом выпускает воздух, как проколотый шар, поднимается на дрожащих руках и снова падает.
— Не знаю. Не знаю. Просто я так рада, что беременна. И так рада, что ты не злишься и что мне ничего не нужно доказывать. Я так рада, что мне никуда не нужно бежать. Я не хочу бежать. Вернее, хотела. Всегда хотела быть подальше от тебя и твоих дел, но при этом не хотела. И второе побеждало. Блин, кажется я тупею.
— Ничего, — скалюсь, облизываю щеку, испачканную в крови. — Я буду думать за двоих, а ты будешь подчиняться.
— Не уверена, что все будет так просто, — смеется она, а я подхватываю. — Пить хочу.
— Ну погнали, тут не далеко, — подхватываю ее под задницу и мне нравится, что член еще твердый и в ней как сцепка. Мы вместе покачиваясь, идем к раковине, где я сажаю ее на кухонную столешницу и тянусь за стаканом. В джинсах вдруг звонит телефон, и я набираю в стакан воду, и одновременно отвечаю Матвею.
— Чего тебе?
— Слушай, не то чтобы я хотел оправдаться…
Почему — то напрягаюсь. Что он несет?
Подаю стакан Соне, она тут же обхватывает мягкими пальчиками, улыбается. Но видит мое выражение лица и кивком головы, задает немой вопрос. Я плечами пожимаю.
— Зачем тебе оправдываться?
— Да незачем. Просто если Сонька все-таки трахалась с кем — то, то это Зотов, который Костя.
Я молчу, меня дергает. Но я все равно сжимаю пальцы Сони, смотрю ей в глаза, специально произнося:
— А Зотов тут причем?
— Его несколько раз видели возле нее. Я тут выяснил, решил помочь. — Какой блять, молодец. — Не знаю, общались ли они. Ты только не дури, если это его ребенок, то он просто хотел тебе отомстить.
— Я понял, фотку мне Зотова пришли. Прямо сейчас.
Я отключаюсь, смотрю на Соню, а та наклоняет голову.
— Я снова вижу в твоих глазах недоверие.
— Просто задам тебе вопрос и получу честный ответ, лады?
— Лады.
Телефон тут же пиликает входящим, и я поворачиваю экран к Соне, чтобы она посмотрела на Зотова. И я вижу узнавание.
А потом прищур и толчок в грудь.
— Только попробуй найти повод меня в чем — нибудь обвинить!
— Я еще ничего не сказал!
— А я уже все вижу! Ты специально подослал какого — то мужика за мной следить, а теперь хочешь мне приписать с ним связь?! Да пошел ты!
— Эй, эй! — даже не даю ей слезть со стойки. — Даже у меня бы мозгов на такую тупую схему не хватило. Как давно он за тобой следит?
— С твоего ранения. В кофейне меня нашел. Иногда вижу его в продуктовом. Да везде. Не часто. Но он словно дает понять, что никуда не делся.
— Контактировал?
— Дал салфетку с номером телефона.
— Даже так. И ты молчала? Думала, что от меня и молчала?
— Я не знала, от тебя ли. А если бы даже нет, мне нужен был запасной выход.
Даже не знаю злиться или восхищаться.
— А кто это?
— Зотов Костя. Он был моим так сказать другом. Потом в ментовку пошел, меня сдал. Он и еще один.
— А почему ты в ментовку не пошел?
— Потому что там бы приходилось лизать зад начальству, а мне всегда это противно было.
— Но ведь в этом бизнесе ты тоже общается с теми, кто выше тебя, опасаешься их.
— Это уже другое. Это игра в шахматы. Кто кого зарубит первым. А там скорее поддавки.
— Почему Матвей сказал про месть? Это же он тебя посадил.
— Ага, я трахнул его жену.
Соня даже руки от меня убирает. Ну конечно, святой девочке это не по душе.
— А как она могла с тобой переспать? Или ты ее изнасиловал?
— Нет, малыш, обычно телки текут только моего вида. Да и ты потекла, разве нет.
— Не сравнивай. Я не хотела с тобой спать. Мне было не по душе то, чем ты зарабатываешь.
— Ну вроде ничего не изменилось, да?
— Не изменилось. Значит она была с тобой добровольно.
— Да, мне потребовалась ровно одна встреча, чтобы она отсосала мне. Я снял это и отправил Зотову. Так что у него есть все причины для мести мне.
— Ну и гад же ты. До сих пор удивительно, как ты поверил, что ребенок твой. Я реально боялась, что придется тебя убить, чтобы выжить.
— Скучала бы по мне. — игриво трусь носом, пальцами поддеваю соски, а она кивает. Обнимает меня, прижимаясь всем телом.
— Очень. Хотя порой ты меня бесишь.
— Это у нас взаимно, — целую ее шею, чувствую вкус крови. Смотрю на свою руку. Кровь больше не идет, но ухойдакали мы кухню прилично. И тут в голове начинают крутиться шестеренки, рождая план. Ее слова про страх, что не поверю, еще в ушах настойчиво звенят.
Никто не поверит, что я так легко поверил. Прям тавтология. Все знают меня как ублюдка, и никто не может даже представить, как сильно я верю Соне. Вопрос в том, как сильно она верит мне.
Глава 52
План начал как пазл трансформироваться, но такой шаткий и опасный, что знать о нем должны лишь двое, иначе крах.
— Захар, ты в порядке.
— Замерзла? — смотрю в глаза, а она головой качает.
— С чего бы?
— А я вот замерз.
— Почему?
— Потому что когда чего — то боишься, зад мерзнет. Пойдем под одеяло, — снова подхватываю ее под задницу и несу в спальню, где бросаю на кровать, ложусь рядом и одеялом накрываю.
— Захар, ты меня пугаешь.
— Я сам себя пугаю. Ты у врача была?
— Нет, только анализ сделала. Захар, расскажи, о чем ты думаешь? Как собираешься выйти из всего этого. Если конечно собираешься.
— Думаешь я пиздобол?
— Нет, но в порыве страсти ты многое говоришь… Ну в общем, Того, что в обычное время не скажешь.
— Есть такое. Но тут не то. В общем тебе придется меня сдать.
Соня рядом застывает, поднимается на локте и на меня взирает как на дебила.
— Не смешная шутка.
— А я не смеюсь. Нам нужно с тобой обставить все так, чтобы каждый был уверен, что я не только не поверил в то, что ребенок мой, но избил тебя и изнасиловал. Молчи. Дай сказать. Потом ты позвонишь Зотову и скажешь, что хочешь с ним
