Анита Андерсон - Пикассо в придачу

На следующее утро Флора разбудила меня в шесть часов утра. В руках у нее была чашка чая.

– Спасибо за чай, милая, но разве ты не знаешь, что это противозаконно – будить человека в субботу утром?

– Мы идем по магазинам.

– Но мы же не можем туда пойти, пока их не откроют, не так ли?

– Подождем у дверей, пока откроют.

Спорить было бесполезно. Все равно я уже проснулась. Со стороны Флоры было очень любезно запретить Эвелин лезть в ванную, пока я ею не воспользуюсь. Таким образом Флора хотела отблагодарить меня за то, что я согласилась составить ей компанию. Забавно, что люди то дают тебе пинка, то гладят по головке.

Прежде всего мы решили зайти в наш родной универмаг на Оксфорд-стрит. И это в выходной день! Позор! Я потащила Флору в отдел косметики, она же взволнованно шептала:

– Не думаю, что могу позволить себе это, даже со скидкой…

– Цыц!

Я была незнакома с девушкой, которая работала в этом отделе. Дело в том, что ее рабочее место находилось в стороне от самой короткой дороги к бухгалтерии, по которой я пробегала каждое утро. Она была элегантно одета, красиво накрашена и очень похожа на модель. Флора знала ее и представила нас друг другу.

– Кажется, услуги визажиста предоставляются бесплатно? Это как раз то, что нам нужно.

Девушка усадила Флору на кресло и накрыла ее плечи большой белой салфеткой.

– Как мне вас накрасить?

– Так, чтобы со стороны казалось, что сегодня Флора вообще без макияжа.

– А, понятно. То есть «Абсолютно натуральный и естественный модный макияж номер четырнадцать»?

Кажется, Флора почувствовала недоброе.

– А номер один в таком случае как называется? – обеспокоенно поинтересовалась она.

– «Первый бал».

– А у вас есть какой-нибудь специальный макияж для тех, кто отправляется на художественную выставку? – взволнованно спросила Флора.

– «Национальная галерея» и «Тейт галерея». Выбирайте.

Я повторила:

– Надо, чтобы она выглядела естественно. Слушай, Флора, пусть лучше мужчины думают, что мы будем выглядеть еще лучше, если чуть подольше постоим у зеркала, и не знают, что все возможное уже сделано.

Наконец-то мы избавились от толстого слоя пудры, жирной подводки для глаз, пурпурных теней и ярко-красных румян! Теперь лицо Флоры нежно засияло: ее кожа приобрела фарфоровый оттенок, а глаза и губы словно стали ярче. Консультант подчеркнула цвет ее глаз светло-серыми тенями, и теперь они засияли, будто два изумруда. Цвет румян почти не отличался от цвета пудры, и поэтому казалось, что прелестный румянец Флора приобрела после продолжительной прогулки на свежем воздухе. У нее был очень здоровый и жизнерадостный вид, какой бывает только у людей, которые занимаются спортом и много времени проводят на природе. За один час вульгарная девица превратилась в спортсменку.

Но Флора, как ни странно, не особенно обрадовалась.

– Что-то я сама на себя не похожа.

Визажист успокоила ее:

– Да нет же, как раз наоборот. Кроме того, когда вы так накрашены, ваше лицо не выглядит таким круглым. Постарайтесь привыкнуть к своему новому образу. А теперь посмотрим, что вам нужно приобрести для этого.

Я быстро сказала:

– Честно говоря, Флора еще не определилась. Мы лучше пойдем выпьем кофе и решим, что купить из косметики. Знаете, вы просто волшебница.

Когда мы вышли, Флора произнесла:

– Как бы мне ни нравился этот макияж, он не сохранится до начала выставки.

Я засмеялась:

– Мы сейчас же закажем все, что нужно, в интернет-магазине, пока косметика не смылась. На самом деле самое ценное – это совет эксперта. А ты только что получила консультацию бесплатно.

Флора, по-видимому, все еще не привыкла к своему новому образу.

– Что ж, по крайней мере теперь утром на макияж будет уходить меньше времени.

Когда я вижу витрины нашего универмага, то мне хочется просто рычать от злости. Флора заметила это:

– В чем дело, Кэрон?

– Ненавижу эти витрины. В секонд-хэндах они и то привлекательнее. Интересно, почему они никогда не переодевают манекены?

– Ну да, нельзя сказать, что когда видишь наш универмаг, то от изумления глаза из орбит выскакивают. Но уже к Рождеству окна оформят по-новому. Будет праздничная иллюминация. Понимаешь, дизайнерский отдел у нас небольшой, и, видимо, это все, на что они способны.

После того как мы заказали косметику, я повела упирающуюся Флору в шикарный парикмахерский салон. Как мы и ожидали, все мастера были заняты.

– Мы бы хотели использовать вашу компьютерную программу, чтобы решить, какая прическа подойдет Флоре, а потом записаться на прием к мастеру.

Парень посмотрел на нас скептически:

– Вообще-то наши посетители не занимаются этим самостоятельно. Вам поможет младший ассистент парикмахера. Но ее куда-то позвали, кажется. Наверное, моет кому-нибудь голову. Ей постоянно приходится бегать взад-вперед.

– Отлично, – сказала я, прежде чем Флора успела выразить свой протест.

У моей подруги была прекрасная шапка густых каштановых волос, и было очень трудно собрать их в пучок. Но это было необходимо, потому что на компьютере должно было быть видно все ее лицо. А затем на ее фотографию накладывались изображения различных причесок.

Флора была взволнована.

– Как будто меня по телику показывают! Я даже и не знала, что это возможно. Я, конечно, читала об этом, но кто бы мог подумать! – Она просто сияла от счастья.

Правда, ее улыбка померкла, когда мы стали подбирать ей прическу.

– Ну нет, этого я никогда не сделаю! Я же не панк!

А мне казалось, эта прическа особенно шла ей. Это была короткая стрижка. На макушке – пряди разной длины. Гладкая челка. Некоторые прядки окрашены в красновато-рыжий цвет, который прекрасно подходил к ее натуральному темно-каштановому.

– А почему бы и нет? Мервину явно нравится панковский стиль.

– Да-а-а?

– Ну, что-то я не видела, чтобы он ходил в котелке и классическом костюме в светлую полоску.

– У меня всегда были длинные волосы. Потребуется вечность, чтобы опять отрастить их.

– Велика важность. Действительно, будет здорово в восемьдесят лет рассказывать всем и каждому, что никогда в жизни не стригла волосы. Все будут падать в обморок от зависти.

– Ты надо мной смеешься.

– Да нет же. Посмотри на экран. Постарайся забыть, что эта женщина – ты сама. Что бы ты о ней сказала?

Она внимательно посмотрела на фотографию.

– Начнем с того, что у нее наверняка больше денег, чем у меня. Уверена, она не останется незамеченной. И еще видны ее уши. Не знаю, хорошо это или плохо. – Потом она замолчала и посмотрела на меня. – А знаешь, что на ней должно быть надето? Ярко-оранжевое платье, возможно, с вплетенными пурпурными нитями. А еще очень длинные серьга, яркие, в виде попугаев. Когда я представляю себе ее в таком наряде, мне кажется, что Мервин на своей выставке стал бы с большим удовольствием общаться с ней, а не со мной.