Клеймо бандита - Любовь Попова
Захар ворчал что я выгляжу как блядь на аукционе девственности, но все равно потащил меня в ЗАГС, если можно так назвать маленькое квадратное здание с тремя кабинетами.
— Беру, давай дальше
— София Мышкина уверены ли вы, что хотите связаться с этим грубияном и хамом? Хорошо подумайте!
Я прыскаю со смеху и даю свое согласие, а Захар не выдерживает и бьёт толстяка Смирного в нос. И пока я подаю платок. Пытаюсь помочь сдержать поток крови, ставит свою подпись в документе. Потом забирает у меня побитого и кивает на бумаги.
Я подписываю почти не задумываюсь, но словно вижу не синие чернила, а кровь, которой заправлена ручка.
Но даже это ощущение не мешало мне радоваться хорошему дню.
Уже днём я увидела, что эту деревню даже не сравнить с моей.
Тут отремонтирована школа, есть детский сад и даже какое-то кафе, где зависает остатки молодежи.
Нет, люди при этом не стали лучше, они все равно продолжали пить и жить в нищете, без желания элементарного комфорта.
Но Захар пытался. Просто людям, живущим здесь это оказалось не нужно.
Я сразу поняла, что все обновки деревни его рук дело. И от этой мысли тепло на душе, потому что, несмотря на все зло, он умеет быть бесконечно бескорыстным.
Только вот заслуги свои он не отрицает, но и не превозносит. Отмахивается, говоря то что я и сама думаю:
— Это никому нахер не сдалось. Если человек сам ничего не хочет, ты ему хоть миллион дай, хоть десять, он все равно все просрет, — он смотрит на меня, я тону в его глазах, готовая ехать с ним в город, в новую жизни…
Но вдруг изображение с его мужественным, напряженным лицом бледнеет.
Рябит.
Теряется.
Словно на сломанном телевизоре.
Потом и во все пропадает. И звук, в том числе. Остается только темная шершавая стена.
И понимание. Я все ещё в полной заднице. Меня похитили и уже сутки я неизвестно где....
Просто мозг отправил меня в счастливый день, который был совсем недавно. Разгрузил так сказать психику после всего, что случилось в последние сутки. Я до сих пор не могу понять, почему охранник не появился.
До сих пор не могу понять, почему Захар не взял трубку. И понимаю только, что за свою жизнь буду бороться до конца.
Цепляюсь рукой за стену возле которой потеряла сознание и встаю, разминая затекшее тело. Сколько я была в отключке. Искали ли меня уроды, которые похитили меня прямо возле универа.
Иду босая по холодному бетону, как вдруг ногу простреливает боль. Адская. Многогранная.
Опускаю взгляд и поднимаю ногу. Черт, осколки. Тут их множество. Следующий шаг может оказаться еще более фатальным.
Сглатываю, прикрывая глаза. Образ Захара заполняет сознание. Не дает расслабиться. Нужно просто успокоиться. Иначе зачем я выбралась. Зачем охранника ударила тарелкой, в которой принесли похлебку. Зачем ложку сломала и в ногу ему воткнула. Грех на душу новый взяла.
Горло болит нещадно, но я все равно заставляю себя подняться и двигаться дальше. Это лучше, чем сидеть и ждать смерти.
Или того хуже, группового изнасилования на которое намекали похитители.
Статус жены Абрамова не спасет меня, хотя Захар был уверен в обратном.
Если я не спасу себя сама, ничего не спасет. Ждать Абрамова… Захара... А как он найдет меня.
Ехали мы долго и дорогу я не запомнила, потому что на голове был мешок.
Эхо голосов и выстрелом заставляет меня очнуться от мыслей. Посмотреть вперед, подумать в конце концов.
Если есть стекла, то есть алкаши. Значит где — то будет и выход.
Надежда, хоть и слабая, но есть.
Я снимаю с себя свитер, в котором меня и похитители. Уже грязный и порванный. Наматываю на ладони и встаю на колени. Начинаю расчищать себе путь. Метр за метром, пока не вижу свет. Тонкая полоска, она становится все больше. Надежда сильнее боли, хотя стопа болит все сильнее.
Голос за спиной становятся все громче, сердце бьется все чаще, а руки работают быстрее, уже не замечая осколков, которые впиваются в руку.
Пожалуйста, пожалуйста.
Именно в этот момент меня оглушает выстрел. Пуля врезается в стену, которая тут же осыпает меня пылью и некрупными камнями.
Застываю от страха, с которым не могу совладать. Не могу. И тут же воплю от боли, когда пальцы сгребают волосы и тянут голову назад. В нос бьет мерзкий запах дешевых сигарет и крови.
— Попалась, сука! — шипит с акцентом похититель.
Стекло в руке оказывается быстрее, чем я успеваю подумать.
Резкий бросок и похититель воет от боли, хватаясь за лицо, в щеке которого торчит осколок. Я тут же убегаю вперед, уже не замечая боли стоп и вдруг натыкаюсь на что — то очень твердое и горячее. Начинаю колотить руками, борюсь, не хочу умирать, не хочу!
Меня отрывают от пола неведомая сила и прижимает теснее, а голос знакомый басит над ухом.
— Успокойся, все закончилось.
Захар?
Поднимаю глаза и не верю сама себе. Зажмуриваюсь сильнее. Поднимаю ресницы снова, но видение не пропадает.
В этот момент раздается выстрел, и я закрываю уши руками.
Захар, если это действительно не сон, несет меня по осколкам мимо человека во всем черном. От него веет смертью, и я невольно бросаю взгляд туда, где только что был мой похититель.
— Ты знаешь, что делать. — только и говорит Захар и этот человек прикрепляет к стене какое — то устройство. На нем начинает мигать крошечная лампочка.
Больше я и не вижу, Захар уносит меня их здания, которое оказывается заброшенной стройкой в области. Я была на шестом этаже, я была там, где мое тело вряд ли бы кто — то нашел.
Шок проходит быстро и тело словно вспоминает о боли, которая буквально разрывает нервные окончания на атомы. Я кричу, а Захар ускоряется.
Мы оказываемся за пределами заброшенного дома, довольно далеко пройдя за несколько деревьев. Оглушительный взрыв побеждает в соревновании за самый громкий звук, и я даже на мгновение забываю о боли, которая разрывает мои стопы.
Я смотрю на Захара, который продолжает нести меня вперед. И кажется совсем не удивляясь происшествию.
Я помню, что там были люди. Много людей, которые подчинялись моему похитителю
Мне хочется задать много вопросов, но все что я могу это тихонько выть, пока мы продолжаем идти меж деревьев, на которыми клубится дым от грандиозного пожара за нашими спинами.
Наконец
