Теперь мы квиты - Виолетта Роман

он сел в машину и выехал со двора. Внизу, на первом этаже он поставил нескольких охранников, поэтому выбраться отсюда у меня нет никакой возможности.

Не описать словами, как мне было страшно. И я не могла сказать, за кого я переживаю больше. Куда он уехал? К Луке? Даже представить не могла, что Оскар может с ним сделать. В таком состоянии как сейчас, он и убить может.

Паника лишила меня сил, и я просто села в углу комнаты и стала плакать. Я сидела и рыдала, думая о том, что в моей жизни нет места спокойствию и счастью. Мало мне было Ромы, теперь еще и Оскар…

Что на него нашло?! Ревность? Так разве я хоть единожды дала ему повод думать, что между нами что—то может получиться? Для меня он был лишь помощником Глеба, не более того. Да и брат не позволял никому из своих парней даже намеков в мою сторону.

Смахнула с лица слезы. Нет. Не дело так сидеть и киснуть. Нужно пытаться выбраться. А если и не выйдет, то хотя бы предупредить Луку и Демку. Не хватало еще им пострадать из—за этого психа.

Я поднялась на ноги и направилась к рабочему столу Оскара. Почему он вообще решил запереть меня в своей комнате? Глупость какая—то.

Принялась открывать все ящики, надеясь найти что угодно. Старый телефон или ключ, я и сама не знала, что ищу.

В столе были какие—то документы. Многочисленные отчеты и бухгалтерские счета фирмы. Я перерыла все вверх дном, но ничего нужного так и не нашла.

Тогда я прошла в гардеробную. Стала рыться в обувных коробках, надеясь, что Оскар спрятал в них хоть что—то полезное. В самом углу, в нижней коробке, обнаружила пистолет.

Сидела и пялилась на него, боясь прикоснуться. Холодок пробежал по спине. Не по себе стало. И в любой другой ситуации я ни за что бы не взяла его, но это оружие могло спасти мою жизнь. Выдохнув и собравшись с силами, осторожно коснулась металла, взяла его в руки. Он был тяжелым.

Передернув затвор, привела его в боевую готовность. Нужно было спрятать его. Но, куда? Вернулась в комнату и положила под подушку. Больше всего я боялась, что Оскар решит исполнить свои угрозы. И если вдруг я окажусь с ним на одной кровати, то с этой вещью, я смогу защитить себя.

Вернувшись в гардеробную, принялась обыскивать его одежду. И, когда надежды практически не осталось, в нагрудном кармане его пиджака я что—то нашла. Что—то похожее на телефон.

Затаив дыхание, в нетерпении залезла в него и вытянула наружу свою находку. Едва не завизжала от радости. Это был мобильный. Я покрутила его в руках, но когда увидела заднюю часть чехла, недавний восторг сменился паникой.

Черный, с серыми разводами чехол. Такой ведь был у Глеба…

Меня бросило в жар. Трясущимися пальцами я стала включать телефон. Загорелась приветственная заставка, зарядки было на половину батареи. Первом делом я открыла журнал вызовов. Последний звонок был датирован трехмесячной давностью. Ровно в тот день, когда пропал Глеб. Опустившись на пуфик рядом с полками, открыла его переписки. Первым был чат со мной. Зайдя в него, обомлела…

Пробежалась глазами по двум последним сообщениям.

Ия: «Брат, нужно поговорить. Кода ты будешь дома?

Глеб: «Приходи завтра на ужин, к пяти. Сегодня несколько совещаний. Времени нет совсем.»

Я не могла поверить своим глазам. Снова залезла в журнал звонков, а потом просмотрела все чаты. Последний разговор был за день до моего сообщения. И это странно. У брата обычно с утра начинается «смольный». Бесконечные звонки, а тут ничего. Такое чувство, будто он включил телефон, написал мне и тут же выключил…

Меня бросило в жар. Ноги стали ватными, а перед глазами потемнело. Я понимала уже все, но просто отказывалась в это верить…

Но как бы я не гнала эти мысли прочь, были неоспоримые факты. Телефон в кармане Оскара. Что он тут делает? Если Оскар не при чем, то почему не говорил мне о сотовом Глеба? И почему сообщение, которое отправил Глеб мне, было единственным в его последний день нахождения в городе?

Я услышала звук приближающихся шагов в коридоре. Испуганно подскочила с места и спрятала обратно телефон в карман пиджака. Выскочила из гардеробной, закрывая за собой дверь. В этот момент Оскар зашел в комнату.

Я замерла. Мое сердце выпрыгивало из груди.

Его злые глаза скользили по моему телу. Бросило в дрожь. Я обняла себя за плечи, желая хоть как—то спрятать от него свой страх.

В руках Оскара был бумажным пакет с маркой магазина женской одежды. Я выдохнула, понимая, что он не был у Варламова. Уверенность в этом была безосновательной, просто чутье.

– Рано радуешься, – ухмыльнулся Оскар, будто мысли мои прочитал. Швырнул в меня пакетом. Я поймала его, заглянула внутрь. Там лежала черная ткань.

Не успела опомниться, он уже стоял рядом. Чувствовала сквозящую от Оскара агрессию. Замерла в страхе.

– Я убью этого ублюдка, и всю его гребаную семейку, – он схватил меня за хвост и потянул его, заставляя в глаза ему смотреть. Я накрыла своей ладонью его, умоляя ослабить хватку. Голова еще болела от его прошлых «касаний».

– Он увидит смерть каждого из них.. а потом Варламов посмотрит, как ты станешь моей, и, осознав, что у него ничего не осталось, сдохнет…

Мне было страшно даже слушать это. В глазах стояли слезы, и все, чего я могла желать – оказаться как можно дальше от этого человека. Сколько ненависти и злости было в нем. Только сейчас я поняла, какого монстра держал Глеб возле себя.

Но как бы мне не было страшно, я не могла позволить ему сделать больно Луке. Варламов и так достаточно настрадался от моей семьи. И не важно, что изначально он смеялся над моей внешностью, и как сильно я обижалась на него. Все это пустое. Его жизнь, и его счастье – вот что имеет значение. Я поняла это сейчас как никогда раньше.

Даже если это будет стоить мне жизни, я не позволю Оскару навредить никому из них. И пусть они все отказались от меня, я не откажусь.

– Не трогай его, не надо… – взмолилась. –У меня правда ничего не было с ним. Я просто пошла в клуб потанцевать, а там он оказался. Слово за слово, я сказала, что замуж выхожу, а он… пьяный был, взбесился вот и позвонил. Оскар не нужно этого делать… что бы подумал