Теперь мы квиты - Виолетта Роман

самый дальний, и чтобы попасть в него необходимо протий через еще два. Здесь полно народу. Удивительно для этого места. В ресторане редко бывает людно.

Когда мы подходим к арке, ведущей в наш зал, Оскар останавливается.

– Без глупостей давай. Роме не стоит знать о наших разногласиях. Это в твоих же интересах.

Я усмехаюсь.

– Здесь вроде как все должно быть в моих интересах.

Вижу, как он стискивает челюсть, и уже жалею о сорвавшихся словах. Но Оскар просто отворачивается и проходит в посещение.

Здесь несколько столов. Один длинный, занимает практически весь зал. За ним неизвестная мне компания, в основном мужчины, лет сорока—пятидесяти. У самой стены, за небольшим столом я замечаю Рому. По правую руку восседает Юля. Она что—то шепчет ему на ухо, поправляя локоны своих волос. Рядом с Юлей сам Орлов.

Чувствую как напрягается хватка Оскара при виде моего брата, но внешне он не выдает волнение. Подводит меня к столу и сдержанно поздоровавшись, устраивается напротив Ромы.

– А она тут зачем? – фыркает пренебрежительно Юля.

Поднимаю глаза и сталкиваюсь с Ромиными, полными гнева и злости.

– Она, – Оскар делает ударение на местоимении . – Здесь и должна быть. А вот для чего сюда пришла ты?

Он переводит взгляд на Юлю, а потом возвращает его к Роме.

– Или ты ее специально взял, чтобы моральное давление на Ию пыталась оказать?

Глаза Ромы наливаются огнем.

– Че ты бл*ть сказал?! – он едва ли не срывается с места, в ответ на что Орлов вдруг громко стукает по столу.

– Угомонитесь, оба! – он переводит строгий взгляд с Ромы на Оскара. – Когда Глеб пришел ко мне с просьбой помочь открыть свое дело, я не раздумывая дал согласие. Потому что знал, Вершинин—старший человек дела. Не смотря ни на что, он поднимет фирму. Вся семья столько лет живет в полном достатке только благодаря ему. И сейчас, когда Глеба не стало, вы мало того что с фирмой не можете разобраться, превращаете ее в свалку, так и между собой как собаки грызетесь!

Поднимаю глаза на Рому. Ноздри раздуты, с презрением смотрит на мужчину. Мог бы, придушил его тут же, но боится. Ждет решения судьбы акций. Все еще надеется, что ему обломиться фирма.

– В том то и дело, Александр Васильевич, —цедит сквозь зубы Рома. – Тут судьба фирмы решается, семейное дело. Не пойму, каким образом это касается личного помощника Глеба…

Оскар на спинку стула откидывается, смотрит на Рому с улыбкой.

– Так мы породнимся с тобой через пару дней.

Ромино лицо напоминает каменную маску, только глаза наливаются кровью. Юля начинает смеяться, а у меня даже злости на нее нет. Хочется встать и покинуть это заведение. Такое чувство, что они меня в грязи изваляли.

– Ты за него замуж собралась? Идиотка, – смеется девушка.

– Хватит.– рычит Орлов. – Для меня этот ужин такая же вынужденная мера как и для вас. Хотя бы на время станьте нормальными людьми, – рычит мужчина. – Имейте ввиду, за соседним столом отдыхает уголовный розыск. Здесь и начальник полиции, и руководитель комитета. Поэтому без драк и ругани, все ясно?

Все молчат.

– Александр Васильевич, – произносит с ухмылкой Рома. Замечаю, что он успевает взять себя в руки. – Так не тяни. Скажи, кому акции решил продать, и покончим с этим.

– Сейчас скажу, – смотрит на часы. – Еще один гость опаздывает.

В этот момент за соседним столом закричали «ура» и прозвучал звон бокалов. Я удивленно посмотрела на Оскара. Судя по его выражению лица, он тоже не понимал, что происходит.

– Какой еще гость? – рыкнул Рома, а Орлов повернулся ко входу.

– А вот и он, – произнес довольно мужчина, и мы все как один посмотрели по направлению его взгляда.

В этот момент, по проходу в нашу сторону шло двое мужчин. Высокие, широкоплечие, одетые в шикарные костюмы. Они выглядели словно боги, только что спустившиеся с Олимпа. Я застыла, боясь сделать вдох… чтобы не прогнать это видение…

Клянусь богом, я видела Луку. Идеально уложенная прическа, цепкий умный взгляд и спокойное с виду лицо, но я чувствовала его напряжение. Позади него шел Илай.

Отвернулась, смотря на свои руки. Нет. Это галлюцинация. Разве может быть такое, чтобы здесь был Лука? И Нейман в костюме? Я ни разу в жизни не видела этого мужчину в деловой одежде.

С другой стороны, это будет настоящим испытанием. Если вспомнить, как мы расстались с Варламовым… Да еще и за одним столом с Оскаром! Боже, хоть бы это было видением!

Но когда я подняла глаза и посмотрела на присутствующих за столом, то увидела на их лицах изумление и шок.

– Простите за опоздание, были срочные дела, – раздалось над головой, и когда мужская теплая ладонь, словно так и надо, опустилась на мое плечо, я поняла что пропала.

Лука

Как только мы вошли в зал, я понял, что идея взять с собой Илая была полным отстоем. Он не видел Юлю с того самой ночи, после похорон Потапа. Когда из—за этой шкуры сбежала Нинель и все пошло кувырком.

Он знал, что она теперь с Вершиниными, про ребенка знал. Но одно дело просто слышать, а другое сидеть за одним столом с этой мразью и смотреть на то, как она жмется к своему муженьку.

Провел взглядом по присутствующим, зацепившись за рыжую копну волос. Мотор в груди тройными рывками, а вены жгутом крутит. Шел прямо к ней и пох*й мне, кто там сидел рядом и кем считал себя по отношению к Ослику. Я пришел сюда забрать свое.

– Простите за опоздание, были срочные дела, – провел взглядом по каждому из присутствующих. Один только Орлов кивнул в знак приветствия.

Гесс – красавчик. После того как подсобил мне в этом вопросе, я готов под каждое его дело подписаться. Как я понял, Орлова долго и уламывать не пришлось. Он тот еще м*дак, трясущийся за свою шкуру. А у Гесса есть на него хороший компромат.

Подошел к столу и словно само собой, положил руку ей на плечо. Хочу, чтобы знала, из—за кого я здесь. Чтобы понимала, с кем выйдет из этого зала. У нее просто нет шансов на другой исход.

Глаза свои огромные испуганные подняла на меня, а я в лицо каждому смотрю, удивление их впитываю и злость. Ловлю себя на мысли, что ожидал большего кайфа от их вытянутых физиономий. А сейчас плевать. Нет упоения, нет чувства облегчения от того, что ублюдку Вершинину поперек горла встал. Даже обозленный взгляд предательницы Юли не трогал. Уселся рядом с