Исчезнувшая - Кира Романовская
Сейчас, остыв от эмоций, Роман точно знал, что если бы Полина начала с ним войну из-за детей, он бы сдался сразу. Только бы не признаваться в своей лжи. Теперь все казалось иначе, чем в тот момент, когда они бросались друг на друга, как звери, в ограниченном пространстве машины. Им обоим было больно, но вместо того, чтобы поделиться этой болью, они оба предпочли её причинить другому.
На ночь Серебряков забрал детей домой, читал им сказки перед сном, долго сидел рядом с их кроватями, пока они не уснули. Он всё думал — уехать или остаться? В чужой стране нужно будет начинать всё с нуля, а на это не было ни сил, ни молодого задора. Вроде бы он был ещё относительно молод, но все события будто навалились на него сверху и потянули к земле, прожитыми годами и грузом ошибок.
Ночью в пустой постели, Рома ворочался без сна, так и не придя к какому-то решению. Здесь оставаться было опасно, но там даже некому помочь детям, если с ним что-то случится.
Было ещё одно обстоятельство, которое держало его здесь цепями — убийца жены, который где-то ходит, безнаказанный. Игорь обещал, что будет держать следствие на контроле по старым связям, что-то попытается нарыть сам, но брат сразу предупредил:
— Улики смыло водой и временем, шанс, что убийцу найдут почти нулевой...
Поворочавшись еще немного Рома начал бесцельно бродить по просторам интернета, наткнулся на пост в желтой полоске с фотографиями с похорон жены, сделанными с улицы издалека. Рома пролистал несколько штук, а затем резко поднялся на кровати, всматриваясь в лицо человека, которого на похороны Полины точно никто не приглашал.
— Какого хрена ты тут делаешь? — задал правильный вопрос Рома в тишине ночи.
Глава 19. Хрупкие крылья бабочки
Серебряков нервно постукивал пальцами по столешнице, ожидая своего собеседника, которому хотел задать всего один вопрос, что он делал на похоронах его жены? Роман встречался с ним три раза, но он каждый раз выбирал такие места для встреч, что хотелось после них вымыться и пройти несколько этапов дезинфекции.
Все три раза он опаздывал, но Роман будто кожей чувствовал, что он где-то рядом, наблюдает. Неприятный был тип, но дело своё делал хорошо. Один раз он встречался с ним, чтобы тот нарыл компромат на Яну, так её легче было держать в узде. Кое-что у него уже было, когда у её мужа случился сердечный приступ в пятьдесят два года прямо дома, Яна первым делом позвонила не в скорую, а Полине. Рыдала и плакала, не знала, что делать.
Серебряковы приехали, когда из дома Яны уже забирали труп Широкова. Рома смотрел на крокодильи слёзы Яны и понимал, что-то нечисто, вдова ни черта не скорбит. Уже тогда Яна делала робкие попытки подкатов к Роме, например, помочь с документами. Рома помог, но среди бумаг нашёл несколько тревожных звоночков.
Почивший Широков выводил весомые суммы заграницу, через свою жену, но это были не его деньги, он был просто подставным лицом, через которое их отмывали. Яне грозило несколько лет тюрьмы, в которую посадить её так и не хватило духа. Если сядет — то девочка перейдёт на воспитание к отцу, чего он не хотел. Возможно, его дочь живет с убийцей, Яна просто избавилась от мужа, который планомерно подставлял ее под статью.
Из задумчивости Рому вывело появление визави, который сел напротив и снял капюшон толстовки. Он молча смотрел на мужчину напротив и ждал, что тот скажет. Вместо слов, Рома выложил на стол телефон, где этот парень в чёрном пуховике и капюшоне, стоит полубоком к камере, но лицо его можно узнать.
— Что ты делал на похоронах Полины? — спросил Рома, вглядываясь в лицо Крота.
Он усмехнулся, порылся в своём потёртом рюкзаке, что валялся у его ног. Крот достал пачку фотографий и кинул на стол перед Романом.
— Так и знал, что фоточки будем смотреть, ностальгировать, поздно очухался, мозгами не блещешь, конечно.
Роман его не слушал, перебирая фотографии, на которых везде была Полина — в ресторанах, кафе, на тренировке, в магазине с детьми, около детского сада. У него перехватило дыхание, сначала он подумал, что фото свежие, но после фотографий с детьми, понял, что снимали давно.
— Полина такая красивая, правда? — тихо сказал Крот, взяв одну фотографию в руки. — Яркая, сильная, больше всего мне нравилось смотреть на неё, когда она тренировалась. Не давала себе спуску и слабину.
У Романа потемнело в глазах от злости, он вскочил на ноги и метнулся к Кроту, хватая его за толстовку и поднимая со стула. Рома швырнул его влево и прижал спиной к стене. Гости в кафешке даже не шелохнулись, наслаждаясь бесплатным зрелищем, только девочки официантки начали жалобно щебетать.
— Ты следил за ней? За моей женой?
— Да, — ничуть не испугавшись, ответил Крот.
— Зачем ты её сталкерил?! — в ярости закричал на него Рома.
— Я же сказал, она красивая, мне нравилось на неё смотреть.
Серебряков зарычал сквозь стиснутые зубы, глядя на предполагаемого убийцу своей жены. Этот маньяк-сталкер следил за ней... Он её убил...
— Я не могу вам помочь, я не знаю, кто с ней это сделал, — с надтреснутым голосом сказал Крот. — И это сделал не я. Зачем кого-то убивать, если мне просто нравилось на неё смотреть?
— Ты больной?! Извращенец чёртов?
— Из нас двоих я самый здоровый, а ты точно больной, ведь это ты её убил. Ей убийца просто уничтожил оболочку, а ты будто убил её изнутри, — равнодушно сказал Крот.
С неожиданной для него силой, он ударил Рому по рукам и выбрался из захвата.
— Я пришёл, чтобы узнать, что от меня надо и сколько ты платишь, а не чтобы ты меня в убийстве обвинял. Что надо?
Крот оттолкнул Рому и сел за стол, спокойный и собранный, так убийцы себя не ведут. Только психопаты. Серебряков опустился напротив, взяв в руки фотографии, разглядывая свою жену. В носу защипало, от её улыбки, счастливых глаз, как она откидывает волосы назад, касаясь шеи тонкими пальцами.
— Ты знал Полину?
— Встречался с ней один раз, в жизни она ещё красивее, — слегка улыбнулся Крот. — Твоя жена хотела узнать всё про твою измену. Я узнал и показал, видео с вашего октябрьского свидания со Шлюхояной. Сдал все ваши адреса встреч, как вы их назначаете. Всё...
«Она всё знает!» — раздался у Ромы в голове шёпот Яны.
— Потом я помог опустошить
