#ЛюбовьНенависть - Анна Джейн
В апреле же случилось поворотное, можно сказать, событие. Гуляя вместе с Леной по торговому центру «Атриум» в другом районе города — втайне от мамы, разумеется, — я встретила рыжую Шляпу под руку с каким-то незнакомым светловолосым типом, по виду довольно взрослым, может быть, даже студентом. Они, никого не замечая, шагали мимо многочисленных павильонов, а мы с Ленкой, прячась и боясь спугнуть, пошли следом, незаметно фотографируя парочку.
Шляпа и ее новый парень зашли в несколько магазинчиков, где она, в лучших традициях любовного жанра, мерила модные платья, а он оценивал, идут ли они ей или нет, и даже купил парочку. Потом Шляпа захотела пожрать и потащила кавалера в дорогое кафе — не чета фастфуду, на который у нас хватало денег, чтобы забежать после школы и потратить их на гамбургеры, картошку фри и молочные коктейли.
Мы тоже пошли в кафе и, пересчитав все свои сбережения, заказали суши по какой-то акции. Кроме того, у меня получилось сделать несколько замечательных фото. Вот Шляпа кокетливо хихикает над шуточкой (наверняка несмешной), а блондин заботливо поправляет ей волосы. Вот она отправляет в его рот кусочек чего-то там из своей тарелки, а он послушно разевает рот и влюбленно таращит глаза. Вот целует — сначала в щеку, для совместного селфи, а потом в губы.
— Фу-у-у… Они же только что ели, — поморщилась Ленка, с кислым видом дожевывая свои суши — ей они не очень-то и нравились, в отличие от меня. Но, как говорится, голод не тетка.
— Ты не понимаешь, у них любовь, — хмыкнула я и нажала большим пальцем на клавишу «Отправить».
И в этот славный миг несколько фото полетели сквозь интернет-пространство на телефон Клоуна. Он, к счастью, был в сети и тотчас увидел эти сообщения, хотя в последнее время нечасто открывал мои послания, которые обычно были репостами каких-нибудь забавных картинок.
«Где?» — только и спросил моментально все понявший Данька. Я написала адрес, почему-то воспринимая все это как очередной прикол, по которым даже немного соскучилась. И только когда спустя двадцать минут Клоун появился в кафе, видимо, примчавшись на такси, я поняла, что для него все это очень серьезно.
Я поняла это по его лицу и какому-то даже отчаянию, плескавшемуся в серо-голубых глазах. Он решительно направился к столику парочки и с широкой, крайне неестественной улыбкой сел на диванчик рядом с опешившей Шляпой. Я не знаю, что он говорил, но вид у рыжей становился все печальнее, а лицо молодого человека — все удивленнее. Он попытался взять ситуацию в свои руки, стал что-то раздраженно отвечать, хмурить брови и тереть лоб, но не уходил и даже положил развязно руку Шляпе на плечи…
А потом Данька ударил его. Я второй раз в жизни видела, как он дерется — по-настоящему. Не борется в шутку с пацанами в школе или во дворе, не пытается дать отпор мне, когда в прошлом году я то и дело пыталась хорошенько треснуть его, а бьет со всей силы прямо в лицо. Блондин отлетел в сторону, чуть не перевернул соседний стол и с трудом поднялся, держась за окровавленную губу. А у меня сжалось сердце — так жалко стало Даньку, который, кажется, порывался нанести второй удар. Черт, у него ж проблемы будут!
Не думая, что делаю, я вскочила и побежала к нему наперерез, распахнула руки в стороны, как крылья, и спешно стала твердить:
— Нет, Дань, не надо, не надо, не бей его!
— Отойди, — попытался он отодвинуть меня, но я не позволила ему, зная точно, что мне он больно не сделает — по крайней мере специально. Это больше не ребенок, а почти мужчина, у которого есть что-то вроде кодекса чести.
— Нет.
— Отойди, я сказал!
Клоун вновь попробовал убрать меня со своего пути, но я просто обняла его — или нет, вцепилась, как в самое большое свое сокровище, и он не смог сдвинуться в сторону. Я слышала, как гулко бьется в груди его сердце — словно он только что пробежал стометровку на скорость. И нехотя отпустила.
— Придурок, — процедил сквозь зубы блондин и поманил за собой Шляпу, которая жалобно и неотрывно смотрела на Даньку.
А я мрачно взирала на нее. Рыжая поймала мой взгляд и вдруг бросила:
— Все из-за тебя, мелкая гадина.
— С какого фига я мелкая?! — возмутилась я и спохватилась: — Сама овца.
Меня припечатали нецензурным хлестким выражением. И откуда только такие знает?! Надо на заметку взять…
— Хватит препираться с малолеткой, идем, — отрывисто бросил Шляпе парень. — И пакеты не забудь.
— Извинись, — вдруг сказал глухим голосом Данька.
— Слушай, чувак, я тебя знать не знаю, — с неприязнью посмотрел на него блондин, промокая салфеткой кровь на губе. — Я позволил тебе меня ударить, потому что спал с твоей девчонкой, хотя подчеркну — я о тебе не знал. Но извиняться — пошел-к а ты.
— Извинись, — повторил Клоун, глядя на рыжую.
— Дан, я… Прости, — сказала она тихо.
— Малышка, если ты идешь со мной — ты выбрала меня, — вмешался блондин. — Если остаешься с ним, оставь, пожалуйста, и все шмотки, которые я тебе купил. И телефон. Окей?
— Сейчас бы в двадцать первом веке содержанкой быть, — громким шепотом вставила Ленка, которая примчалась следом за мной, видя, что дело пахнет жареным.
— Извини, Дан, — тихо повторила Маргарита.
— Не передо мной. Перед ней, — вдруг Матвеев кивнул в мою сторону.
— Что? — опешила Шляпа.
Я тоже обалдела. Передо мной?..
— Не буду я перед ней извиняться, — дернула плечом рыжая.
Ее блондин, которому
