#ЛюбовьНенависть - Анна Джейн
Только злость никуда не прошла.
Глава 11
Первая измена
ГОВОРЯТ, ЧТО ДЕВОЧКИ взрослеют быстрее, чем мальчишки, но в нашем случае было иначе. Быстрее повзрослел он. И стал другим, почти позабыв про меня — глупую на тот момент девчонку, больше всего на свете интересовавшуюся компьютерными играми, роликами и театралками, которую Даня, кстати говоря, бросил — играть в школьном театре было не круто. Теперь мы не проводили вечера дома вместе и не гуляли — теперь Матвеев тусовался с новыми друзьями, что очень тревожило его маму. Оценки у него снизились, и это дало мне повод позлорадствовать, но если раньше Данька хотел быть одним из лучших, то теперь, мне казалось, ему было плевать: все его мысли наверняка крутились вокруг Шляпы — рыжеволосой тоненькой девочки с задорными синими глазищами.
Она была обманчиво хрупкой, симпатичной, имела звонкий голос и привычку прикрывать ротик ладошкой при смехе. Многие считали ее очень милой и женственной. Я же смотрела на нее с подозрением весь наш девятый класс.
Когда наши мамы собирались, чтобы попить чай у нас в квартире, я слышала, как тетя Таня жалуется:
— Я его просто не узнаю, Ева! Он словно стал совсем другим мальчиком — замкнутым, раздраженным. Успеваемость снизилась, вечно пропадает или в интернете, или на улице со своей этой компанией, или с девочкой — помнишь, я тебе рассказывала про Маргариту? Она мне так не нравится — вроде бы милая, глазки в пол, но вот что-то с ней не так.
— Да брось ты, Тань, — отвечала мама. — Это переходный возраст. Он стал чувствовать себя взрослым. Да и первая любовь в его возрасте — это нормально. К тому же он мальчишка видный — как вымахал-то за лето. Естественно, что к нему начнут липнуть девчонки, вспомни себя в пятнадцать.
— У Дашки переходный возраст не так проходит, — не соглашалась тетя Таня. — Осталась точно такой же, какой была год назад! А взять Даньку год назад и сейчас — разница в поведении очевидна. Да и в оценках…
Еще через какое-то время, когда Клоуна впервые засекли не совсем трезвым после чьего-то дня рождения и в квартире Матвеевых разгорелся скандал, я слышала, как расстроенная тетя Таня сказала маме: «Тебе так повезло, что у тебя дочка!»
Постепенно отношения между Даней и родителями сгладились, да и я стала привыкать к его новому облику, но ужасно скучала по тому мелкому пакостнику, который методично действовал мне нервы с младшей группы детского сада. И… возможно, он все-таки нравился мне, но я старалась не думать об этом — всячески забивала время, чтобы глупые мысли не лезли в мою кудрявую голову. А еще Даня точно вызывал во мне раздражение. И тогда я думала, что ненавижу его.
В этом году он впервые не присутствовал на моем дне рождения, который раньше всячески портил то шуточками, то пластиковыми мухами в моей тарелке, то искусственной рвотой в красивой коробке, на которой написано «Конфеты». В этот раз Даня быстро поздравил меня в школе, сунув в руки подарок, и убежал — поехал на выступление какого-то знаменитого рэп-исполнителя. А я пошла с подружками на квест, а потом в кафе.
Зимой произошел еще один дурацкий инцидент. Я забежала к Матвеевым, чтобы передать какие-то специи от своей мамы Даниной маме, и она пригласила меня попробовать только что состряпанный ею черничный пирог. Мы сидели на кухне, когда в квартиру зашли с мороза Данька и его клуша в шапке с бирюзовыми помпончиками — это считалось модным, но меня почему-то смешило. Они поздоровались с тетей Таней и исчезли в Данькиной комнате. Я решила забежать к ним — попросить у Дани тетрадь по физике, но вовремя остановилась около его приоткрытой двери — услышала их голоса.
— Что она у вас делает? — спрашивала Шляпа недовольно.
— Я же говорил, что соседка, заходит иногда, — отмахнулся Клоун, и я нахмурилась.
— Ты слишком много о ней говоришь, и она часто бывает у вас дома… Мне это не нравится, Дан.
Ты мне тоже не нравишься, коза остроносая. И не Дан, а Даня. Но я, разумеется, промолчала.
— Ты ревнуешь? — усмехнулся он. И я почему-то представила, как Клоун сейчас обнимает свою рыжую пассию. Стало противно.
— Ревную, — с вызовом отвечала Маргарита. — Эта девчонка все время около тебя ошивается.
— Мы в одном классе учимся вообще-то. Да и знаем друг друга тысячу лет.
— Все равно. Она мне не нравится, — стояла на своем девушка.
— Марго, она мне как младшая сестренка, — отозвался Даня.
— У вас разница — несколько месяцев, — фактически озвучила мои мысли Маргарита.
— Перестань, — в голосе Даньки послышалось раздражение. — Я же сказал — она мне как младшая сестра. Сводная, — почему-то хмыкнул он.
Я даже оскорбилась. А ты мне как никто. Просто никто.
— Не общайся с ней, — попросила Шляпа.
— Я буду общаться с теми, с кем хочу общаться, — вдруг рассерженно сказал Клоун. — Не ставь ультиматумы.
— Но она меня раздражает!
Ой, можно подумать, я от восторга несусь в звездную высь, увидев тебя.
— А меня раздражаешь ты, — ухмыльнулся Матвеев.
Что ответила Шляпа из «Г», я не знаю. Послышались чьи-то шаги, и мне пришлось ретироваться, дабы не быть застуканной в подслушивании чужих разговоров. Этот диалог заставил меня изменить свое отношение к Клоуну. Если раньше я действительно постоянно к нему лезла и обращала на себя его внимание, то теперь решила стать холодной и недоступной, как айсберг. Это почти получилось. Правда, сначала где-то глубоко в сердце жила робкая надежда, что Клоун заметит, что я больше
