#ЛюбовьНенависть - Анна Джейн
Этот суслик не пригласил меня на день рождения. И я так обиделась, что даже подарок дарить ему не стала. Купила дорогущую гарнитуру, которая как раз была ему нужна, родителям сказала, что подарила, а на самом деле оставила себе.
Матвеев повзрослел, но и я тоже поменялась. Постепенно из шумного подростка я превращалась в изящную девушку. Если в детстве я всегда была недовольна своим ростом — хотела быть выше, чтобы взирать на всех свысока, то сейчас поняла, что хрупкость — это даже плюс. Только вот кудрявые волосы по-прежнему раздражали, и порой я пыталась распрямить их, однако особенным успехом мои попытки не увенчивались. У волос был отвратительный характер. Папа шутил: как у меня.
Чтобы отвлечься от мыслей о Дане, я налегла на учебу — хотела быть лучше, чем он, а еще стала ходить в танцевальную студию — выбрала направление «вог». Сначала у меня ничего не получалось, и я чувствовала себя довольно глупо, когда не могла повторить движение за преподом или когда у меня не получалось выучить связку. Однако постепенно все удавалось. И я начинала двигаться все лучше и лучше, выражая в танце свои эмоции и чувства.
Однажды я репетировала в своей комнате — в черной широкой футболке и легинсах со звездным принтом. Представляла себя прекрасной и свободной и двигалась, отдаваясь каждому движению. Громко играла музыка, под которую я танцевала, а потому я не сразу заметила, что дверь моей комнаты открыта и на меня смотрит изумленный Клоун. Как же мне стало неловко! Щеки тотчас залил румянец, а смущение сковало тонким льдом по рукам и ногам. Как будто меня не за разучиванием танца застали, а голой в душе. Танец был слишком личным.
— Что? — резко спросила я, выключив музыку и старательно делая вид, что ничего не произошло, хотя коленки подрагивали.
— Хотел узнать, что по истории задали, — усмехнулся Даня. — Неплохо танцуешь, кстати.
— Мог бы и не смотреть, — буркнула я и полезла за тетрадкой по истории, вдруг поняв, как неловко было Дане, когда я прочитала его стихи, посвященные Каролине.
Он ужасно смутился. А я обиделась.
Каролина… Наверное, она до сих пор была дорога Дане. Окольными путями я узнала, что он общается с Серебряковой, которая до сих пор жила в Москве. Я несколько раз заходила на ее страницы в соцсетях — аккуратные, изящные, вылизанные, как и сама она, и читала многозначительные короткие посты, посвященные любви на расстоянии. Думаю, Серебрякова писала их для Дани, но знала ли она, что у него есть подружки? Наверное, знала. Потому что он, бывало, выкладывал совместные фото с девушками. Однако я не считала, что Матвеев может понять намеки Каролины — он был из тех, до кого информацию нужно было доносить прямо.
Однажды, уже ближе к концу учебного года, я встретила Артема Стоцкого, который теперь учился в каком-то техникуме. Странно, но после того случая на вписке у Таньки мы не виделись — он куда-то исчез. Я стояла на остановке, а Стоцкий подошел ко мне со спины, изрядно напугав.
— Привет! А ты похорошела, — улыбнулся он мне.
Без пивного аромата и трезвый он казался куда более привлекательным.
— Привет, спасибо, — отозвалась я, смутившись.
То, что в последнее время мне стали делать комплименты, улыбаться и даже подмигивать, нервировало.
— Как дела? Давно не виделись. Тебя ведь Дашей зовут? — лучился дружелюбными улыбками Артем.
— Дашей, — хмуро ответила я. — Дела отлично. А твои как?
— Норм все. Вот с тренировки домой еду, — встряхнул он за лямку рюкзак, висевший на плече.
Я тоже ехала домой с танцев. И оказалось, что ехать нам нужно было в одном автобусе, потому что жили мы в одном районе. Вообще, я не слишком сильно хотела ехать с этим назойливым типом в одном автобусе, однако уже опаздывала к репетитору по математике, к которому должна была успеть после танцев, и выбора у меня не было.
Конечно же, всю дорогу Стоцкий болтал, хотя, надо признать, в трезвом виде он был не столь разговорчив, как в нетрезвом, и иногда давал мне возможность вставить слово. Поэтому поездка прошла не так плохо, как я боялась, — Артем даже отвоевал мне местечко и заставил сесть. Когда мы выходили из автобуса, Стоцкий спустился первым и подал мне руку — не знаю зачем. Я хотела проигнорировать его жест, однако в этот момент на остановке появился Матвеев, и я тотчас схватила Артема за руку и спустилась на тротуар. Стоцкий ладонь мою отпускать не подумал, и со стороны, наверное, мы смотрелись, словно влюбленная парочка.
— Здорово, щегол, — увидел Матвеева Стоцкий.
В его глазах появилось нехорошее выражение. Впрочем, и глазки Дани нельзя было назвать добрыми. Он взирал на нас так, будто мы ему чем-то изрядно насолили.
— С дураками не здороваюсь, — отозвался Клоун, почему-то глядя на меня. Глядя так пристально, что я смутилась. И попыталась выдернуть руку из лапы Артема.
— Ты нарвешься, чувак, — пообещал ему Стоцкий. — Давно меня бесишь.
— Хочешь, чтобы я тебе еще раз…
Однако я перебила Даньку:
— Стоп-стоп, ребята. Берите тайм-аут! Хотите разборок? Устраивайте их не при мне.
— Желание девушки, особенно такой красивой, — закон, — хмыкнул Артем.
И мы разошлись, как в море корабли. Только Даня сжал кулаки и поспешно сунул руки в карманы джинсовой куртки.
— Почему вы не можете жить мирно? — сердито спросила я Стоцкого, стараясь держаться от него на приличном расстоянии.
— Потому что этот дебил слишком много возомнил о себе. Вы мутили? — спросил вдруг Артем.
— Ага, воду в общем котле, — отозвалась я.
— Ну реально?
— Реально. Кашу-малашу в детстве делали, — хмыкнула я. — Но если ты имеешь в виду «встречаться», то нет, не
