Исчезнувшая - Кира Романовская
Видимо, его родителям, особенно, отцу находиться здесь было невмоготу. Он поднял свою плачущую жену за руку и увёл из дома, никакой Новый год они так и не отметили.
Роман пристально смотрел на тёщу, которая, казалось, была довольна их дуэтом, которым они стали.
— Леонида, скажите честно, год назад, это вы прислали мне сообщение о том, где искать жену и её любовника? Даже номер Арслана в отеле мне сказали!
— Не понимаю, о чём ты, рогоносец, — хохотнула тёща. — Если это правда, то почему ты остался с моей дочерью? Извращенец какой-то? Нравится, что у твоей жены в постели есть кто-то кроме тебя? А Поле моей не нравится, что у мужа есть шлюха.
— Откуда вы знаете про Яну?
— Дочь рассказала, какая ты сволота неблагодарная. Хотел быть альфачом, а стал альфонсом.
— Это не правда, Леонида, я вам не верю! — покачал головой Роман. — Полина с вами личной жизнью никогда не делилась. Она не изменяла мне с вашим любимым Арсланом, вы заставили меня в это поверить, а я был, как слепой котёнок. Скажите, о бесплодии Полина вы тоже соврали, втянув меня в эту подмену?
*****
Эта ложь насчёт детей была самой первой в череде его лжи перед женой. Полина и её родители обслуживались в одной частной клинике премиум-класса. Именно Леонида первая узнала, что генетический материал Полины не годен для использования. У Леониды здоровье дочери было всегда на первом месте в списке подконтрольных дел. Она рассказала об этом Роме, но ни слова дочери.
— Что будешь делать? Лучше ты ей скажешь, чем врач.
Рома схватился за голову от отчаяния. Для Полины стать матерью было идеей фикс. Он не мог разбить её мечты, как не мог её потерять. Полина дала ему чётко понять, если детей у них не будет, то она уйдёт, чтобы Рома обрёл своё счастье отцовства со здоровой женщиной. Это было поступком любящей женщины, которая не собиралась держать мужчину на крючке его любви и заставлять чем-то жертвовать.
— Можем ей ничего не говорить, можем сделать по-другому, — вкрадчиво сказала тёща.
Роме надо было уже тогда понять, во что он ввязывается, и что Леонида теперь до конца жизни будет держать его на крючке этой лжи. Она с помощью связей в клинике подменила яйцеклетки, потом подменила ДНК тесты, когда Полина затребовала их после рождения обоих детей. Рома утонул в этой лжи и когда полгода назад Полина завела разговор о третьем ребёнке, он чуть было ей всё не рассказал. Но заставил себя улыбаться и кивать, стоя по пояс в болоте лжи и своей измены.
*****
Леонида всё-таки ушла из его дома, ещё до боя курантов, которые в ту ночь Рома так и не услышал. Он уложил детей спать и провёл полночи, глядя в окно, на ворота особняка. Он всё ждал и ждал, что они откроются и Полина вернётся. Не к нему. Её он потерял насовсем, хотя бы к детям, с которыми он все эти годы просто позволял ей играть...
В это время на другом конце города в кругу семьи отмечала праздник сиделка Глаша, которая вчера психанула, что было ей несвойственно, и ушла от своего работодателя, громко хлопнув дверью. Пусть без рекомендаций, но зато без всяких сожалений. Она терпела эту вздорную старуху только ради её прелестной дочери. Узнав, что она пропала, Глаша не стала тревожить Леониду по просьбе Романа. Она украдкой смахивала слёзы, взбивая подушки на диване, на котором любила смотреть телевизор Леонида. Новый год Глаше предстояло провести со своей работодательницей, которая со скрипом отпускала её на один выходной в неделю, никаких праздников и отгулов.
Глаша стискивала зубы и терпела, слишком высокая была плата за такую работу, она помогла выплатить ипотеку старшей дочери, теперь младшей. Хотя они сто раз говорили, чтобы она не надрывалась с этой богатой старухой. Глаша старалась видеть в больных, за которыми ухаживала, сначала их боль, а потом её последствия в виде несносного характера, но тут, кажется, характер был ещё до болезни. Он просто стал ещё хуже.
Утром тридцать первого декабря к Леониде пожаловала гостья — лучшая подруга Полины. Они с ней уединились в старом кабинете мужа Леониды, Глаша принесла им чай, недоумевая, почему Яна пришла.
Яна же не дождалась, пока закроется дверь за Глашей и начала угрожать Леониде.
— Мне нужны деньги! Я всё сделала, как вы сказали — соблазнила Рому! Полина узнала! Сама! Их браку конец! Но мне тоже конец! Рома меня шантажирует!
— По-моему, предмет его шантажа уже на всех порно-сайтах, — усмехнулась в ответ Леонида.
— Это работа вашей дочери! У Ромы на меня совсем другой компромат! Мне нужны деньги и я уеду из страны, иначе я всё расскажу вашей дочери, как сильно её любит мать и желает ей счастья!
Ошарашенная Глаша услышала глухой стук, а потом громкий крик Яны:
— Ай, вы с ума сошли меня палкой бить?! Я же беременна!
— Это была твоя собственная инициатива, хочешь я тебя от неё избавлю? Бесплатно! — проскрипел голос злодейки. — Как твоя инициатива была продолжить отношения с этим кобелём, я от тебя хотела другого... Как и от него!
— Я не думала, что всё так получится... - захныкала Яна. — Вы сказали, что мне ничего не грозит! А ваша дочь мой бизнес с землёй сравняла!
— Обожаю таких как ты, детка, которые своей башкой вообще думать не умеют. Вам в пустую голову, что угодно можно засунуть, помимо детородных органов, и вы всё проглотите, даже не переварив... - захохотала Леонида хриплым смехом старой ведьмы.
Глаша не стала дальше слушать этот мерзкий разговор о предательстве дочери собственной матерью. Ей пора увольняться, хватит с неё этого гадюшника! Мать не может так поступать со своей дочерью, как и муж со своей женой...
Глава 15. Бестолочь
Серое утро принесло зловещую тишину, даже дети ещё не проснулись. Роман спал всего несколько часов, которые превратились для него в сонную пытку. Обрывки снов были похожи на кадры из триллеров — кровь на снегу, лай собак и вой волков, красный шарф, что висел на дереве в заснеженном лесу словно петля висельника, следы на снегу. Не было только одного — Полины. Она будто исчезла не только из реальности, но и из его снов.
Он медленно поднялся с кровати, разминая затёкшие мышцы. Рома снова с надеждой выглянул в окно, будто надеясь увидеть следы на снегу. Ничего и никого. Даже снег, что валил последние
