Невозможный. Нахальный. Любимый - Ульяна Николаевна Романова

от моего захвата, прикрыл мне рот большим пальцем и тихо, проникновенно заговорил:

– Ты маленький ифпуганный фтенчик, Афрора. Не бойфя меня, я фоть раф дал пофод пуфаться? Фоть раф фделал фто-то плохое тефе? М?

– Нет, – прошептала я, пока он нежно гладил большим пальцем мою щеку.

Мне же не могло это нравиться, да?

– Побуфь со мной? Пфосто пофиди рядом. Я фай пфиготофил, с трафами. Мой папа софирал. И зафомни – я никогта тефя не обифу! Никогта! Поняла?

– Да, – завороженно согласилась я.

– Фай? – подняв бровь, повторил свою просьбу Роберт. – И давай уже на «ты».

– Ну если только с травами, которые собирал твой папа, – решилась я, успев заметить, как сверкнул его глаз. – Но сначала компресс!

Глава 19

Аврора

Мы с Робертом пили божественно вкусный травяной чай. Роберт стоически выдержал тридцать минут компресса и пригласил меня в кухню за уже накрытый стол. Явно готовился к моему приходу.

Сверкая уже двумя глазами – после волшебного лечения Нины Петровны второй, заплывший глаз, даже приоткрылся – он галантно ухаживал за мной, предлагая съесть все, что успел выставить на стол. Фрукты, печенье, чайник чая…

И мы пили чай. И болтали. И я должна была признать, что когда Роберт не учит меня жить, не берет на себя роль главнокомандующего и не отчебучивает что-нибудь в очередной раз, с ним очень комфортно находиться вместе. Так спокойно и умиротворенно мне не было очень давно. Я даже не могла припомнить, когда и с кем я могла так расслабиться. Поток бесконечных мыслей в голове вдруг прекратился, вечная тревога ушла, а я сидела и слушала его шепелявые истории о племяннике, который «наш пиздюк, но крови выпил, ух…», о парнях, которых он тренировал, о службе в армии. Роберт даже не преминул сообщить, что квартира его собственная, а ипотеку он давно выплатил.

В какой-то момент я поймала себя на том, что от души смеюсь очередной его шуточке. Которые уже не казались мне такими идиотскими. И прекрасно понимаю шепелявую речь без переводчика.

От Роберта веяло нерушимостью, безопасностью и домашним уютом. Мне казалось, он весьма органично мог бы вписаться и в охоту на кабана, и в приготовление вечернего ужина для всей семьи.

Перед глазами все неожиданно поплыло, когда я в очередной раз взглянула ему в глаза, а Роберт сглотнул. Периодически мы встречались взглядами, и в такие моменты мне казалось, что земля уходит из-под ног.

– Спасибо, Роберт, за чай, – отставляя, наверное, уже пятую по счету кружку чая, вежливо поблагодарила я, – но мне пора.

– Куда? – напрягся он. – Хорофо фидим. Пифоженку?

– Нет, спасибо. Мне правда пора, у меня куча дел, а я тут с вами уже и так несколько часов просидела.

Я глянула на часы и поняла, что проболтали мы почти четыре часа, а я даже не заметила, как пролетело время.

Испуганно подскочила, покосилась на хмурого Роберта и судорожно засобиралась. В мои планы не входили отношения. Никакие. После расставания со Славиком я твердо решила побыть немного одна и разобраться, чего хочу. Перестать, наконец, жить так, как хотят окружающие, и найти свой путь.

Остаться с Робертом означало признаться самой себе, что этот мужчина вызывает не просто симпатию. Он своими флюидами доставал до самого сердца, вызывая эмоции, которых я не испытывала слишком давно.

– Афрора, – Роберт поднялся и мягко пошел на меня.

– Мне правда пора.

Я выдохнула, выпрямила спину и твердо посмотрела на него.

– Уфидимся зафтра, – решил за нас двоих Роберт, подумав несколько мгновений.

– Хорошо, – облегченно выдохнула я и поспешила в прихожую.

Багров, недовольно сопя и топая, пошел за мной. Я обула сандалии на плоской подошве, выпрямилась и вздрогнула.

Он стоял слишком близко, хмурил бровь и, казалось, видел меня насквозь. Словно заглянул в душу, обнажая все мои страхи и сомнения.

Я смутилась и отвела взгляд, а Роберт протянул руку, взял меня за подбородок и заставил поднять голову:

– Ифпуганная мафенькая птифка.

Он говорил мягко и нежно. А от того места, где он меня касался, по всему телу разбегались мурашки. Дыхание тоже сбилось, что не укрылось от всевидящего ока главнокомандующего.

– До завтра, – чопорно решила я, игнорируя тот факт, что сердце в груди сошло с ума.

– Мофет, мне ф тофой пойти? – игриво предложил Роберт. – Помофу.

– Спасибо, я сама. И мне не нужна помощь, с бухгалтерией я справлюсь сама. А ты лечись! Спи, ешь, отдыхай, делай компрессы и больше не приставай к пчелам.

По-моему, надо мной смеялись, но вида не подавали. Роберт величественно кивнул, взял меня за руку, проводил до дверей и долго не отпускал мою ладонь, стоя на пороге и глядя мне в глаза.

Только диким усилием воли мне удалось отнять свою руку и на негнущихся ногах уйти.

В растрепанных чувствах спускалась по лестнице, так же растерянно села за руль и задумалась. Домой не хотелось, на работу, впервые за долгое время, тоже.

Подумав, что мне нужно поговорить с кем-то, кто не Роберт, я поехала в гости к Катерине, предварительно написав ей сообщение.

Подруга ответила, что она дома и ждет. Кивнув своим мыслям, я вжала газ в пол и спустя полчаса парковалась во дворе Катерины.

Вышла из машины, достала ключ от домофона, вошла в подъезд и поднялась на третий этаж. Постучала и принялась ждать.

– Кто там?

– Я, – обалдела я от такой встречи.

– Ты одна? – подозрительно уточнила Катя.

– Если мое эго не считается, то одна, – хмыкнула я.

Заскрежетал замок, Катерина открыла дверь, за руку втащила меня внутрь и снова заперлась на все замки.

– Катя, что случилось? – испугалась я.

– Ты там на улице никого подозрительного не видела?

Катерина выглядела непривычно растерянно.

– Нет, вроде, – постаралась припомнить я и не выдержала, – да что случилось? Где Федя?

– Федя в детском спортивном лагере. Стас решил, что ему это необходимо.

– Так ты от Стаса прячешься? – озарило меня.

– Стаса я легко могу спустить с лестницы.

– Тогда что? Новый поклонник?

– Это не поклонник, Рори. Поклонник – это тот чел, который звал меня на свидание, дарил цветы и ухаживал как нормальный человек. А у меня собственный псих завелся!

– Поехали в полицию.

– Вызывала уже, – кисло призналась Катя, – поржали и сказали, что состава преступления нет. Просто я не понимаю толк в ухаживаниях.

– Заинтриговала, – присвистнула я.

Мы вошли в гостиную, где по случаю жары окна лоджии были распахнуты настежь.

– Угу. Мартини будешь?

– Я объявила пьянству бой. Иначе с такими темпами я сопьюсь.

– А я буду, – пробурчала Катя,