Невозможный. Нахальный. Любимый - Ульяна Николаевна Романова

Сходил умыться, но от тревоги избавиться не получилось. Поэтому тренировку пацанов я смотрел в режиме прямой трансляции. Артик, мой пиздюк, сбегал за ноутбуком, поставил его в зале так, чтобы я мог видеть всех, а меня – никто. Пугать пацанов своим внешним видом я не хотел.

В итоге похвалил племянника, который справился с задачей так, словно всю жизнь тренировал, и, успокоившись, вспомнил, что скоро приедет Аврора.

Заварил чай с травами, расчесался, снял футболку и приготовился ждать.

Когда в дверь постучали, сразу же дернулся открывать, постарался выдать свою лучшую улыбку, вспомнил, как я выгляжу и зачем она пришла, и нацепил на лицо страдающее выражение.

Открыл дверь и выдохнул.

– Япона мать, Роб, ты спал в муравейнике? – обалдел мой приятель Никитос.

Когда-то мы вместе тренировались, а сейчас он служил в прокуратуре и был мне очень нужен как ценный источник информации по Попову и Ильицкому.

– Фходи! – пригласил я. – Фай?

– Ничего не понял, – заржал Никитос. – Роб, кто тебя так?

Я махнул рукой, мол, не заморачивайся. Друг вошел, снял обувь и прошел сразу в кухню.

– Так, моя твоя не понимать, поэтому я быстро изложу ситуацию. А ты моргни, если нужна еще помощь.

Я кивнул, сел напротив и приготовился слушать.

– Начнем с Ильицкого. Ильицкий Лазарь. Не знаю, чем он тебя доконал, но обычный барыга купи-продай. Покупает здания подешевле, продает подороже. Проблем с законом не было, а вот с налоговой были, но у него там сестра сидит, порешали все быстро. Не женат, детей нет. Цель твоя какая?

Я взял телефон и быстро напечатал:

«Компромат!»

– Поищу, но рыть советую со стороны налогов. Если грамотно дело раскрутить, сестра не поможет.

Я снова кивнул, а Никитос продолжил:

– Дальше, Попов. Попов Игорь. Владеет тремя кофейнями в городе. А вот этот мутный тип.

Я напрягся и впился взглядом в Кита.

– Пока не знаю, за что схватиться. Просто рожа у него так и просится в протокол. Ты же знаешь, у меня чуйка.

Я знал.

– Конечная цель какая, Роб?

Я снова взял мобильный и написал:

«Эти двое на кофейню моей женщины проверки заказали. Хотели закрыть. Я в моменте порешал, но, думаю, сюрпризы будут!»

– Твоей женщины? Кто она? – загорелись любопытством глаза друга.

Я просто сжал ладонь в кулак и потряс им в воздухе.

– Любопытно же, – снова заржал Никитос. – На свадьбу позвать не забудь.

Я расслабился и кивнул.

– Ладно, попрошу кое-кого в налоговой. Если основания найдем – устроим Ильицкому прокурорскую проверку. А мы найдем, я чувствую. Не факт, что что-то накопаем, но покошмарим от души.

Я поднял большой палец.

– Попов что?

«Сам на проверку нарвался, я договорился с пожарными! Задолбается штрафы и откаты платить!»

– Добро. Василий разруливал?

Я кивнул.

– Позвоню ему, спрошу, может, там и для нас чего есть. Не переживай, отобьем мы твою кофейню.

Я поднялся и пожал товарищу руку. Никитос глянул на часы и сообщил:

– Так, мне идти надо. Придешь в себя – набери мне!

Я молча кивнул, проводил друга до двери, закрыл ее и решил встретить Аристарховну красиво.

Чай заварился как нужно, и вся квартира пропахла травами, которые собирал мой батя. Я достал мед, порезал фрукты, нашел конфеты и накрыл поляну. По-моему, вышло красиво, даже романтично. Говорить я тоже почти не мог, поэтому сойду за галантного.

Выглянул в окно и заметил ее машину. Вовремя.

Руки задрожали, сердце хреначило о ребра, а я ржал сам над собой. Налил в стаканы чай и пошел в прихожую – встречать свою женщину. Галантно, мля.

Открыл дверь нараспашку и встал в проходе с чаем. Глотнул, чтобы промочить горло, и поперхнулся, когда в мою скромную берлогу вошла не Аврора, а очень крупная женщина лет шестидесяти. Такая, что, наверно, и меня ушатает, если задастся такой целью.

Дамочка прижимала к груди большую сумку и недовольно кривила губы. Заметив меня, такого опухшего, красивого и почти голого, хмыкнула, остановилась и заинтересованно осмотрела с ног до головы, нисколечки не стесняясь.

Клянусь, я в тот момент сам себя ощущал нашкодившим пацаном под взглядом строгой учительницы математики.

– Хорош, – резюмировала она.

Первая реакция была – бежать и прятаться.

– Фы фто? – обалдело спросил я.

– Медсестра. Не будем терять время. Ложитесь на диван и оголяйтесь. Где у вас тут можно руки помыть? Ампулы с лекарствами приготовьте.

Такой подставы от Аристарховны я не ждал и хотел уже было признаться, что ценную часть своего тела я доверю только ей, но решил, что медсестра меня не поймет.

– Я не буфу! Фамо пфойдет! – отказался я, оставляя чашки на обувницу.

– Вы как маленький, – закатила глаза медсестра, уже бодро командующая на моей территории. – Будете. Аврора очень за вас переживает, а значит, я вас вылечу. Еще компресс сделаем!

– А фде Афрора? – полюбопытствовал я.

– В магазин пошла. Ложитесь, не будем терять время, – так гаркнула женщина, что даже наш комбат бы позавидовал.

Эту дамочку бы в армию – дисциплина в ее дивизии была бы на высшем уровне.

– Меня зовут Нина Петровна! – представилась несостоявшийся генерал, вытирая руки полотенцем. – Почему вы еще здесь?

– Я не пойфу!

– Почему?

– Стефняюсь, – признался я.

– Божечки, что я, мужских жоп не видела, милок? Твоя ничем не отличается! Ложись давай, а то с такой рожей, как у тебя, и самому на себя в зеркало смотреть, поди, страшно, да? А ты Авророчку мне пугать вздумал.

– Фпасибо фа компфлимент! – обалдел я от такого напора.

– Пойдем, болезный. Все мужики как дети. Ты-то вон какой вымахал, а как младенчик, уколов боишься. Ты не переживай, я не больно делаю, рука легкая. Пойдем, пойдем, касатик. Я Авророчку с детства знаю, сама ей уколы делала. Она, хулиганка такая, пошла с подружками на речку купаться и воспаление легких подхватила, вот ее матушка меня и попросила ей укольчики поделать. А Рори у нас шприцов тогда боялась ух как. Плакала, когда иголку видела. А после меня бояться перестала. Это она сейчас смелая, даже тебя, бугая, не испугалась, а маленькая каждого жучка боялась.

Я сам не заметил, как меня заболтали, уложили на диван, лишили штанов и сделали укол.

– Ну вот, а ты боялся, – откладывая использованный шприц в сторону, продолжалаотвлекать меня женщина. – полежи немного, подожди, пока препарат разойдется. Не бойся, Авроре не расскажу, какой ты на самом деле смелый. Но если ты мне девочку обидишь…

– Не обифу, – испугался я.

Женщина вызывала оторопь и восхищение одновременно. Я даже не мог вспомнить, когда последний раз в жизни вообще