Наталья Светлова - Квартира, муж и амнезия

Глава 7

— Матвей Алексеич, заказчики из Тулы звонили. То есть представитель их звонил, он в Москве, через час в офисе будет. Я курьера за печеньем к чаю послала. Вы когда подъедете?

— Сейчас подъеду, минут через тридцать. Я тут недалеко.

Матвей завел машину и медленно выехал на дорогу, оскальзываясь и пробуксовывая в снежной каше. Бурно началась в этом году зима. Первый снегопад, и сразу столько насыпало! Голос Светы-менеджера разбил хоровод странных мыслей, в котором Матвей кружил уже битую четверть часа. Он так и сидел в машине, вполуха слушая шлягеры по радио и шаг за шагом, слово за словом перебирал свой дурацкий визит к Рите. Вот он заходит, вот, как дундук, требует эти дурацкие, никому не нужные бумаги. Вот велит писать заявление на отпуск. Весь такой из себя начальник! И вот в квартиру врывается Дунечка и устраивает дикую сцену, вдребезги разбивая его авторитет и ставя его в идиотское положение. И чего, спрашивается, он к Рите приперся? На мужа захотел посмотреть? Ну посмотрел, дальше что? А дальше — ничего. Только вот не складываются они вместе, Рита и ее красавчик муж. Ну никак не складываются.

Еще в институте Матвей открыл у себя одну особенность: глядя на чертеж, он сразу понимал, как будет работать механизм. Или не будет. Он так и сказал молодому преподавателю-аспиранту, который сам года два как окончил МАТИ и теперь вел у них практические занятия по прикладной механике: этот агрегат работать не будет. В чертеже ошибка. Аспирант сначала фыркал, потом чесал в затылке, потом пожал Матвею руку и поставил зачет за семестр. После эта его особенность, это чутье, стала проявляться и в других, житейских ситуациях. На студенческих посиделках одного взгляда на компанию Матвею хватало, чтобы понять, получится вечеринка или нет. Если все собравшиеся подходили друг к другу, как зубчики шестеренок в редукторе, значит, сколько бы ни было выпито, что бы ни было сказано, все разойдутся тихо-мирно, с ощущением хорошо проведенного времени. Если же кто-нибудь из присутствующих торчал как болт с неверным шагом резьбы — жди пьяных разборок, хватаний за грудки. В таких компаниях он не задерживался, а назавтра слушал рассказы о вчерашней драке.

Позднее, на заводе, это ощущение гармонии помогало ему выбрать нужный тон с мастерами и работягами. Да и с начальством тоже. Когда занялся бизнесом, Матвей по ощущению «будет ли работать редуктор» набирал себе команду. И не ошибся — почти все его сотрудники переехали за ним в московское представительство. В офисе было комфортно, компания работала как отлаженный механизм. Вот только с Дунечкой чутье ему изменило. Вернее, не смогло пробиться через его сексуальную одержимость этой ведьмой.

А с Ритой? С Ритой чутье работает? Матвей остановился на красный свет и задумался. Нет, все верно. По его ощущениям Рита не просто вставала каждым зубчиком в другие колесики его фирмы. Она кусочком пазла входила в его личную жизнь, добавляя в нее какие-то важные линии. И дорисовывая какие-то картины. А этот, ее муж, все линии ломал. Он был чужим, другим, неправильным. И, представляя их вместе, Матвей очень четко видел: не работает механизм. И не заработает. Ошибка в конструкции.

Машины на Тверской выстроились в вереницу, ехать быстрее тридцати километров в час не получалось, и Матвей нервно поглядывал на часы, прикидывая, успеет ли на встречу с клиентом из Тулы. Клиент вез очень хороший контракт, они там на своем заводе затевали реконструкцию котлов и намеревались купить у «Измерина» солидную партию автоматики и измерительной аппаратуры. Этих клиентов привел он лично, познакомился с директором завода на одной из выставок. Душевный мужик оказался. Опаздывать на встречу не хотелось. Разгильдяйство это. И неуважение. Клиент не должен страдать оттого, что гендиректору «Измерина» шлея под хвост попала. Оттого, что ему пазлы всякие мерещатся. Зазвонил мобильник — ну вот, наверное, Света. Наверное, клиент пришел уже.

— Матвей, привет. Как жизнь молодая? — Голос в трубке был незнакомым. Номер — Матвей взглянул на экранчик — не определился.

— Кто это?

— Ты не поверишь, но это Всеволод Козловский.

— Какой Всеволод? — переспросил Матвей. Что-то знакомое было в этом сочетании, что-то из очень далекого прошлого…

— Ну ты даешь! Друзей детства не помнишь! Неужели и вправду меня забыл? Я Севка, Севка Козловский! Ну, помнишь, как ты мне в девятом классе нос расквасил?

— Севка?! Привет, Вот уж чего не ждал, так от тебя звонка. Ты давно в Москве?

— Да шестой год уже.

— А как мой номер узнал?

— А это, Самарин, тема для разговора. Я ведь теперь знаешь кто? Частный детектив! Можешь себе представить, как я удивился, когда сегодня утром узнал, что ты у нас в разработке. И что по заказу одной очень симпатичной дамы за тобой уже второй месяц ведется наружное наблюдение с полным отчетом о твоих передвижениях!

— Козловский, если это шутка, то слишком дурацкая даже для тебя.

— Матвей, не хами. Я тебе, между прочим, услугу оказываю. Разглашаю тайну клиента. Знаешь, кто тебя пасет? Некто Авдотья Незабудько. Во, дал Бог имечко!

— Понятно, Дунечка, значит. То-то я удивился, как она меня у Риты нашла…

— О, братец, да ты, я вижу, не промах насчет баб. Повзрослел, возмужал. Стихи им пишешь?

— Нет, со стихами завязал давно.

— А жаль. Хорошие, между прочим, стихи были. Это я от зависти тогда тебя дразнил. Кстати, тогда, наверное, и детективный талант во мне проснулся. Я придумал, как телефон через магнитофон подключить, чтобы мы со Смирновой оба сразу слышали, что ты отвечаешь. Ты извини за тот случай, дураком я был. И к Аленке тебя ревновал.

— Да ладно, проехали. Как Алена, кстати, не знаешь?

— Знаю. Растолстела, похорошела, второго сына нянчит. Моего, между прочим.

— Так вы поженились? Молодцы.

— Стараемся. Слушай, твоя Авдотья полчаса назад отозвала наших сыщиков. Сняла она тебя с поводка, можешь расслабиться.

— Точно могу? Может, вы еще у меня в офисе «жучков» понаставили, телефон прослушиваете?

— Нет, брат, такого заказа не было. Хотя, если хочешь, могу в офис подскочить, проверить. Заодно повидаемся. Ты телефончик мой запиши!

— Давай диктуй.

«Ну и Дунечка, ну и хватка у бабы! Да, вовремя мой ангел-хранитель мне на нее глаза открыл», — думал Матвей, уже подъезжая к офису. Он успевал. И приехать, и раздеться, и убрать бумаги со стола. И встретить тульского директора по снабжению с деловым радушием, любезной улыбкой и головой почти свободной от посторонних мыслей. Историю с Ритой Матвею удалось загнать в самый уголок сознания. Там она и сидела, напоминая иногда о себе легким зудом, который, впрочем, совершенно не мешал обсуждать детали поставки, сроки оплаты и особые условия договора.