Бывшие друзьями не бывают (СИ) - Бельская Анастасия

Но если судьба действительно оказалась милостива к идиотке – имею ли я права «отдавать» Влада другой?

Даже если другая более хозяйственна, достойна, и является моей лучшей подругой?

Я отставляю картину в сторону, и тяжело поднимаюсь с места. Сперва поговорить, а уж затем решать. Это будет правильно.

Я поворачиваюсь, испытывая какое-то странное напряжение внутри, будто предчувствие чего-то плохого. Делаю шаг к балконной двери, поднимаю глаза… И вскрикиваю от неожиданности.

Прямо за стеклом, едва ли не дыша на перегородку, стоит Яна, и не моргая наблюдает за мной.

- Боже! – я резко распахиваю балконную дверцу, и оглядываю подругу, - ты же должна быть в больнице! Что случилось?!

Яна выглядит помятой и потухшей. Кожа лица бледная, губы без обычного блеска и улыбки какие-то синеватые, щеки слегка обвисли, будто она схуднула, и кожа, раньше натянутая, теперь устремилась вниз.

Только глаза горели каким-то нездоровым огоньком, и выдавали в этой замершей статуе живого человека.

- Угу. Должна быть.

Я думаю, что мы вернемся в комнату, но Яна делает шаг вперед, и закрывает за собой дверь. Теперь мы обе стоим на тесноватом балкончике среди моих картин и мольберта.

- Что-то ты ни разу не навестила меня там, подруга, - цедит Яна, цепким взглядом обводя мои работы, - вот я и решила навестить тебя… Сама.

Мне натурально жутко от ее слов, а еще оттого, где девушка останавливает свой взгляд. Все верно – на работе с нарисованным Владом.

- Как ты… Сюда попала? – говорю, а сама прикидываю, где оставила мобильник.

Черт, забыла в комнате. Хотя кому я собиралась звонить?

- Забыла, что у меня экземпляр ключей? Творческая безголовая Бель, которая на каждом шагу умудряется попадать в истории. Даже не додумалась спросить, что сделала соседка с ключом от собственной квартиры, когда переехала.

Мне хочется настучать себе по голове, но я действительно об этом не подумала. А ведь это моя «крепость и берлога», место, где мне всегда спокойно и безопасно. Видимо, это оттого, насколько родной я считала Яну…

- Ну и хорошо, не пришлось стоять под дверью, - я пожимаю плечами, делая вид, что ничего странного не происходит, - знаешь, я только приехала от деда, как раз собиралась навестить тебя. Нам с тобой передали такое малиновое варенье… Но, раз ты здесь, может, попьем чай на кухне?

- Зачем? Мне и тут неплохо… С такими-то видами.

Она намеренно кивает на картину за моей спиной, и смотрит теперь с интересом. Мол, как будешь оправдываться. А мне практически нечего сказать…

- Ян… Это старая работа. Прости, что соврала тебе, мы с Владом когда-то встречались…

- Избавь меня от запоздалых признаний, - она машет рукой, вынуждая замолкнуть, - то, что между вами что-то есть, я поняла еще при первой встрече. Но решила понаблюдать, прислушаться… Не пороть горячку. Ведь это моя любимая Бель, она не такая, и не может обмануть и предать…

Яна отводит голову, будто я залепила ей пощечину, и мне самой хочется сделать то же самое. Невыносимо все это, вот так, с глазу на глаз и со всей правдой, но нам обеим это необходимо.

- Ян… Прости. Я правда не хотела…

- Не хотела?! – срывается на визг девушка, - то есть хочешь сказать, что в ту ночь, когда я на полу в крови вызывала скорую – он не был здесь?! Не трахал тебя, будто имеет на это хоть какое-то право?!

Я молча выдерживаю атаку, потому что понимаю, что ей надо высказаться. Вылить на меня этот мешок помоев, чтобы хоть немного отпустило и стало легче после пережитого…

- Какая же ты двуличная, дура-Бель, - цедит Яна, и размазывает по лицу злые слезы, - улыбалась мне, а сама… За спиной… Ты ведь даже ребенка не пожалела…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Яна, окстись! – кричу, потому что слышать такое уже слишком, - я не знала о твоей беременности, ты сама сказала, что это получилось случайно…

- Случайно?! – она смеется так, что у меня холодеют ладони, - ты серьезно?! Наивная идиотка, ты хоть знаешь, как велик шанс залететь после отмены противозачаточных?! Да я костьми легла, чтобы спланировать эту беременность, чтобы иметь козырь против тебя, а ты!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она смотрит волчицей, что потеряла семью, и мне и жалко ее, и противно. Как она могла придумать в голове такое? Привязать с помощью ребенка… Зачем?

- Зачем тебе мужчина, который не готов жениться на тебе просто по любви?

- Потому что это ты наивняк, который еще верит в сказки. А я немолодая женщина без собственности в Москве, и старыми невыносимыми предками! Мы с Владом были отличной парой, я была готова на все ради свадьбы… Но ты со своими картинками и шлюховатыми повадками повела моего мужика не на ту сторону!

Я трясу головой, понимая, что в мозгу Яны правда смешалась с откровенным бредом. Я не хочу продолжать разговор, мне хочется спрятаться от ее рекой льющегося негатива, но как выбраться отсюда и не разозлить девушку окончательно, я не представляла.

- Почему он пошел к тебе? – вдруг четко спрашивает Яна, отбрасывая темные пряди назад, - ты – пробованный материал, пройденный этап, и отнюдь не идеал красоты и семейного уюта. Я же делала для него все, старалась быть лучшей… Что он нашел в тебе, чего я бы не смогла ему дать?!

О, если бы я знала!.. Кто бы мне самой мог объяснить, почему Влад пришел сюда, не смотря на идеальную женщину под боком? Дело в сексе? Да, нам хорошо вместе, но я прекрасно знала Влада, и понимала, что одним хорошим трахом его на сторону не потянуло бы…

Значит, было что-то еще, о чем нам обеим не известно. Но известно кое-кому другому…

Я замечаю движение в комнате как раз в тот момент, когда Яна зачем-то делает шаг мне за спину. Хватает картину, со слезами оглядывает «моего-своего» Влада, и с треском рвет полотно острым ножом из своей сумки.

- Чтоб ты сдохла, сука!!! – орет она, и в это время балконная дверь распахивается, впуская в «мастерскую» еще одного нежданного гостя.

Глава 24

Бель

- Яна?

Громкий вопрос Влада заставляет девушку вздрогнуть, и как-то странно посмотреть на испорченную картину. Затем на мужчину, что сейчас с трудом влез на мой небольшой балкон.

И снова на картину.

- Что ты тут делаешь?

- Забавно. Я собиралась спросить тебя о том же, - надломленно шепчет она, а мне приходится прикусить язык.

Потому что это я, черт возьми, хочу знать, зачем они тут все собрались! А еще хочется реветь, ведь для художника испортить картину – то же самое, как для писателя безвозвратно потерять свою книгу! Столько труда и эмоций было вложено… А теперь все изорвано, а из глаз Яны все еще не исчезла эта безумная злость.

- Ты должна сейчас быть в больнице, - Влад, кажется, тоже замечает горящий взгляд девушки, и начинает потихоньку двигаться к ней, - твой врач сказал, что тебе нельзя даже вставать надолго…

- А также нервничать, напрягаться, заниматься сексом, готовить, и пытаться заводить детей в ближайший год! – рвано выкрикивает Яна, срываясь в конце на визг, - ты поэтому пришел сейчас к ней?! Понял, что я теперь только обуза, и поспешил метнуться на сторону?!

Она ненормальна. Не знаю, как вообще, но сейчас все в ее облике кричит о безумии. Мне страшно, потому что девушка стоит, зажимая в руке большой кухонный нож, и переводит зрачки с меня на Влада.

И я вижу, что ко мне претензий у «подруги» намного больше…

- Яна. – Очень медленно и четко говорит Влад, - ты сейчас же бросишь нож, и я отвезу тебя в больницу…

- Нет! – полушипит-полувизжит девушка, - стой на месте! Не трогай меня, слышишь?! Ты говорил, что хочешь тишины и спокойствия дома, хочешь уюта, и я давала тебе все! Почему ты выбираешь ее?!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Я не собираюсь объясняться с тобой, пока ты в таком состоянии. Давай вернемся в больницу, и спокойно поговорим…

- Я хочу знать! – девушка кричит, слезы, скапливающиеся в уголках глаз, льются теперь по щекам, и она вытирает их прямо рукой с ножом, - я потеряла твоего ребенка! Знала, что ты не уйдешь к Бель, если у нас будет малыш… Поэтому решилась… А в итоге я чувствую, что теряю тебя, ты уходишь все дальше, и не хочешь быть со мной! А ведь я останусь калекой после этой беременности!